Чтение онлайн

– Можно ли по результатам этого конкурса судить о состоянии оперных дел в России и мире на сегодняшний момент?

– За много лет участия в разных конкурсных жюри могу сказать, что никакой конкурс не даёт такого представления. Да, это определённый срез того, что мы имеем на сегодняшний день в молодёжной артистической среде. Но есть масса субъективных факторов: кто-то не прошёл по возрасту или не смог доехать, у кого-то возникли контракты[?] Думаю, что в первую очередь конкурс – это колоссальная возможность для молодых артистов заявить о себе тем людям, от которых в дальнейшем зависит их судьба: это директора и главные дирижёры театров, импресарио, да и просто публика, которая начинает любить кого-то из конкурсантов, и эта любовь может продолжаться потом всю жизнь. При этом совершенно неважно, прошёл ты на третий тур или нет. Бывают случаи, когда люди не проходят не то что в финал, на второй тур… а на следующий день получают приглашения в театры!

– Но конкурс есть конкурс, в нём должны быть победители…

– За результаты этого конкурса не стыдно! Очень серьёзные музыканты прошли в финал. Сложно было выбирать конкурсантов из первого тура на второй и из второго на третий. Случайностей практически не было, все члены жюри были близки в своих решениях.

– Кто из победителей не вызывал никаких сомнений?

– Валентин Дытюк (Украина), лауреат первой премии. Великолепный тенор, у него фантастические данные. Певец обладает не просто уникальным тембром и отличной выучкой, школой, что в наше время встречается достаточно редко.

– Чем ещё порадовал юбилейный конкурс?

– Вообще в этом году очень сильно выступила именно мужская группа. Все поделённые вторые и третьи места – практически стоят рядом, нет разрыва ни по баллам, ни по качеству. Как дирижёра театра, меня порадовал большой приток людей именно театральных.

– Значит, победители уже, как говорится, прошли «огонь и воду» на оперных подмостках?

– Да, это в первую очередь сложившиеся артисты! В наше время значительная часть учебных заведений (исключая, наверное, Московскую консерваторию) выпускает певцов, но не выпускает артистов. Часто в театр приходят люди, окончившие вуз с золотой медалью, но абсолютно беспомощные: не умеют двигаться по сцене, элементарно не умеют ходить, имеют минимальное представление об актёрской профессии, работе. А оперный певец – это синтетическая профессия, и мы в театрах тратим колоссальное количество времени на то, чтобы сделать из певца настоящего артиста… Все финалисты (мужской группы) нынешнего конкурса работают в оперных театрах, они ведущие солисты в своих коллективах; не говоря уже о том, что на этот конкурс приехали все звёзды монгольской оперы. Они просто прибыли на конкурс целым театром и взяли достаточное количество премий.

– Оперный спектакль – сложный и живой организм. Что, на ваш взгляд, в нём всё-таки самое главное?

– Оперный театр – это всё вместе: пение, музыка, оркестр, дирижёр, режиссёр, художник… Только в том случае, когда все составляющие великолепны, получается спектакль. Это даже не я придумал – это знаменитое письмо Малера…

– Театр Станиславского начинался с великой оперы «Евгений Онегин». Как вы собираетесь отмечать 175-летие Чайковского?

– Тот спектакль был интересный и уникальный, но его время прошло. Каждая постановка имеет свою историю и жизнь, свою ценность. Главное, чтобы она не превращалась в музейный экспонат. 10 лет назад новым «Евгением Онегиным» наш театр открывался после глобальной реконструкции (в своём роде это было эпохальным событием, практически вторым его рождением)... Этот спектакль идёт в нашем театре по-прежнему.

Что касается меня, то 2015 год будет действительно годом Чайковского. В Петербурге планируется очень интересная серия концертов, где будут звучать сочинения Чайковского и музыка композиторов, с которыми он «рифмуется»: с кем полемизировал, дружил, общался. Мне досталась очень интересная программа – Вторая симфония Чайковского и Малеровские вокальные циклы, которые будет исполнять солистка Большого театра Елена Манистина. В апреле дирижирую концертом из произведений Чайковского в Доме музыки. С камерным оркестром Московской консерватории выступим в Эстонии, в городе Гапсале, где Чайковский писал оперу «Мазепа». Там, в центре города, со времён великого русского композитора сохранилась «ракушка» для парковых концертов, где мы будем играть вечер из его произведений, буквально в ста метрах от той скамеечки, на которой он сидел и смотрел на море…

Беседу вела Анна ВЕРОНИНА

Теги: искусство , музыка

Фото: ИТАР-ТАСС

Две на первый взгляд противоречащие друг другу выставки развёрнуты в ГМИИ им. А.С. Пушкина. Продолжает знакомить российского зрителя с произведениями великих мастеров Ренессанса камерная экспозиция "Пьеро делла Франческа и его современники. Образ Мадонны в картинах эпохи Возрождения из музеев Италии", открытая до 22 февраля. А в здании Музея личных коллекций до 8 марта тотально царит русский конструктивизм 1920-1930-х – «В гостях у Родченко и Степановой». 

Крупнейшие художественные собрания Италии – национальная галерея Марке из Урбино и венецианская Галерея Академии – предоставили для московской экспозиции произведения художников, чьи работы отсутствуют в коллекциях российских музеев. Это сам Пьеро делла Франческа и Джованни Беллини, Карло Кривелли, Козимо Тура. У каждого мастера не только свой «почерк», своя палитра, но и своё понимание данной темы, хотя, казалось бы, жили они все в одно время и относятся к живописной школе Северной Италии. Классическому образу Мадонны с Младенцем на этой выставке посвящены четыре изумительные картины, столь разные по манере исполнения, цветовому и композиционному решению, наконец, по эмоциональному наполнению, что сравнивать их друг с другом не имеет смысла.

Ко второй половине XV в. в области живописи, существовали различные техники, делались новые открытия – сама эпоха была наполнена экспериментаторским духом. Традиции светоносного, роскошного византийского искусства с его иконографическими канонами и богатством колорита соединились в итальянском Ренессансе с новаторскими опытами северной, в частности нидерландской школы живописи, с её манерой передачи световоздушной среды, строгой статичностью и холодной цветовой гаммой. Это синтезирование было обусловлено попыткой объединить Восточную и Западную церкви и присутствием в Европе многочисленных представителей византийской культуры, бежавших от османского покорения.

Пьеро делла Франческа в работе «Мадонна с благословляющим Младенцем и двумя ангелами», или «Мадонна Сенигалья» (1491), изображает восседающих на троне Богородицу с Младенцем, и по обеим сторонам – двух архангелов. Композиция восходит к образцам V–VI вв., и каждая деталь имеет символическое значение: одеяние Иисуса похоже на хитон античных философов, льняное полотно означает занавесь Иерусалимского храма, пламя свечи – Страстную седмицу[?]

Символика миниатюрной, удивительно изящной работы венецианца Карло Кривелли «Мадонна с Младенцем» традиционна: щегол на ветке почти лишённого зелени дерева за окном – Страсти, моллюск в раковине, помещённой в ладонь Иисуса, – Воплощение, однако скреплённые в одну связку яблоко и огурец трактуются в противоречии первородного греха смертного и первородной безгрешности Девы Марии... Удивительно свежие краски весенней гаммы сада, который на дальнем плане возделывают крестьяне, как будто изнутри картины дают свет. Мария с нежностью держит своё дитя за стопу, отложив в сторону раскрытую книгу…

Работа феррарского мастера Козимо Туры «Мадонна со спящим Младенцем» (ок. 1470) так же известна, как «Мадонна Зодиака» – прописанные тонкими золотыми линиями, знаки зодиака окаймляют «треугольник» матери и ребёнка, словно именно они являются центром мироздания. Астрология тогда входила в моду при утончённом дворе Феррары. Мастер стремится примирить религиозную веру и светские увлечения, он не только оправдывает одновременное существование и взаимное влияние христианских и языческих символов, но и отражает широту Божьего Замысла. Сюжет связан с темой Воскресения: евхаристический смысл несёт изображение спелых гроздьев в верхних углах композиции, напоминая слова Иисуса в тексте Евангелия от Иоанна: «Я есмь истинная виноградная лоза»…

«Мадонна с херувимами» (ок. 1490) Джованни Беллини из знаменитой венецианской Галереи Академии построена иначе – это тихий диалог Матери и Младенца, над головами которых в облаках затаились шесть алых херувимов. Вдали на заднем плане – тщательно прописанный пейзаж с холмами и витиеватой рекой подсказывает зрителю, что разговор этот происходит в мире реальном: природный ландшафт так же реален, как и херувимы. Тёмно-синий покров Богородицы лёгкой драпировочной складкой «выпадает» за пределы рамочного ограничения – в этой «случайности» видится Её присутствие в земной жизни….