Чтение онлайн

Оккупационные власти поощряли коммунистов Литвы к быстрому расширению LCPIB], формированию ее структур, руководящих органов и аппарата таким образом, чтобы она охватывала все сферы жизни, менялась и контролировала их в соответствии с советской моделью. 21 сентября 1940 года Политбюро ЦК ВКП (Б) сформировало Бюро Центрального комитета LCPIB — высшего оперативного руководящего органа коммунистической организации Литвы. В него вошли первый секретарь Антанас Снечкус, Второй секретарь Исикас Мескупас, Третий секретарь Казис Прейкшас и члены: председатель Президиума Временного Верховного Совета Литовской Советской Социалистической Республики Юстас Палецкис, председатель Совета народных комиссаров (КПК) Мечисловас Гедвилас, народный комиссар внутренних дел Александрас Гузявичюс и начальник организационно-инструкторского отдела ЦК ВКП(Б) Даниил Шупиков. Вместе с официально назначенными членами Бюро на его заседаниях присутствовал Николай Поздняков. Формально он не был членом Бюро, но имел решающий голос и фактически был его главой. Председатели временных исполнительных комитетов, начальники или заместители начальников подразделений Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) автоматически назначались членами комитетов территориальных (городских и районных) партийных организаций. Таким образом, было объединено руководство трех наиболее важных местных административных учреждений (партийных комитетов, временных исполнительных комитетов и органов НКВД).

Формирование структуры региональной коммунистической организации Литвы было завершено в феврале 1941 года на 5-м съезде LCPIB]. 5-9 февраля 1941 года был сформирован Центральный комитет LCPIB], состоящий из 47 членов и 16 кандидатов. Она состояла преимущественно из представителей политически доверенной бюрократии (номенклатуры) захватчиков и силовых структур. LCPIB] Члены ЦК составляли даже 84% номенклатурного состава. 1-й пленум ЦК ВКП ( Б), который состоялся 9 февраля, утвердил состав Бюро LCPIB] ЦК, в котором, помимо упомянутых выше лиц, были также секретарь штаба Николай Гридин, секретарь Каунасской городской партийной организации (крупнейшей в Литве) Юозас Григалавичюс, заместитель Наркомата НКВД Петр Гладков и представитель командования армии, дислоцированной на территории Литвы Василий Морозов. Представитель ЦК ВКП(б) и КПК СССР Поздняков присутствовал на заседаниях Бюро, как и ранее, и вместе с Гридиным курировал его деятельность.

В октябре 1940 года в ЦК ВКП (Б) были сформированы следующие подразделения: Организации инструкторов, персонала, агитации и пропаганды, Школьный, сельскохозяйственный, промышленный и транспортный отделы, Специальный, финансовый и экономический секторы. Низшие партийные организации скопировали структуру и функции структурных подразделений Центрального комитета LCP [B].

Стремясь существенно изменить состав коммунистов Литвы и сделать его похожим на состав AUCP [B], в ноябре 1940 года была начата кампания по выдаче AUCPIB] членских билетов коммунистам Литвы, и фактически это была чистка рядов LCP | B]. Ко 2 июня 1941 года из партии были исключены 1109 человек (20% членов), в том числе 300 коммунистов-подпольщиков. Те члены, которые были сочтены руководством AUCP ([B]) враждебными и политически ненадежными из-за их социального происхождения и статуса, мировоззрения, политической деятельности и других обстоятельств, были исключены. После исключения неподходящих людей из LCP [B |] осталась социально и идеологически однородная коммунистическая организация, которая была более послушной, более дисциплинированной и легко контролировалась партийным руководством.

В начале 1941 года в LCP [B] состояло 2653 члена. Более половины членов принадлежали к советской бюрократии. Многие члены были из репрессивных структур. Из всех коммунистов 19,5% (485 членов партии) работали в системе НКВД ЛССР. Литовская коммунистическая организация состояла преимущественно из людей с начальным образованием или вообще без образования (86,7% всех коммунистов). После кампании зачистки национальный состав коммунистов сильно изменился. Количество литовских и еврейских коммунистов сократилось. Литовцы составляли 63%, а евреи — 16% членов партии. Российские и белорусские коммунисты, приехавшие в Литву из СССР, значительно пополнили ряды LCP ([B]) (в июне 1941 года они составляли 40% членов партии). Благодаря этой тенденции LCP [B] постепенно становилась коммунистической организацией для коммунистов, приехавших из других стран, а не для местных жителей. На протяжении 1941 года число местных коммунистов в Коммунистической партии быстро сокращалось, в то время как число членов партии из СССР, особенно русских, увеличивалось. За шесть месяцев 1941 года число литовских коммунистов сократилось до 46%, евреев — до 12%, в то время как количество русских увеличилось в четыре раза. Особенно это было верно в Каунасе и Вильнюсе. В Каунасе русские составляли половину членов городской коммунистической организации, литовцы — всего 21%, а евреи — почти 26%. В Вильнюсе количество литовцев и евреев в партии было еще меньше: около 11% представителей каждой национальности, в то время как русские составляли 77% всех коммунистов. Кстати, в коммунистической организации Вильнюса не было ни одного польского коммуниста. По мере усиления этой тенденции русскоязычные затмили местных коммунистов других национальностей.

Русификация и чистка административного аппарата. Номенклатура

После присоединения Литвы к Советскому Союзу Коммунистическая партия начала внедрять сталинскую модель национальных отношений и реализовывать свою национальную политику. Механизм политического контроля местной администрации, характерный для всех советских республик, был передан Литве. Учреждениями ЛССР фактически управляли и контролировали представители СССР: ВКП (Б) ЦК и представитель СССР в Литве Н. Поздняков (он покинул Литву в 1941 году, и его функции были переданы секретарю аппарата ЦК ЛКП [Б] Н. Гридину) и другие преимущественно граждане России, направленные ЦК ВКП [Б] в Литву и нанятые органами Коммунистической партии и административными учреждениями. Например, из 47 членов ЦК ВКП(Б) 18 были выходцами из СССР, из 11 членов Бюро ЦК ВКП(Б) 4 были русскими из СССР, из 56 секретарей ВКП(Б) в городах и районах 39 были присланы из СССР. Из 18 народных комиссаров 7 были выходцами из СССР (2 из них были русскими), из 31 заместителя народного комиссара 17 были неместными (15 из них были русскими). В бюрократической иерархии ЛССР они были вторыми в команде, однако фактически обладали властью. Эти люди руководили работой властей и контролировали работу литовских бюрократов.

Стремясь создать надежный административный аппарат ЛССР, руководство AUCPIB] ускорило миграцию русских из СССР в Литву, поощряя их трудоустройство в различных учреждениях, особенно административных. К июню 1941 года не менее 1695 коммунистов из СССР прибыли на партийную и административную работу в Литву (в дополнение к Советской Армии, дислоцированной в Литве, и коммунистам, работавшим в репрессивных органах). Во время первой советской оккупации русские и люди других национальностей, приехавшие из СССР, полностью доминировали в Репрессивные органы ЛССР: более 80% сотрудников Народного комиссариата внутренних дел и около 75% сотрудников Народного комиссариата государственной безопасности не были местными жителями. Под прикрытием лозунгов пролетарского интернационализма и социалистического патриотизма русский язык, культура и образ жизни проникли в административный сектор ЛССР вместе с советской российской бюрократией.

Закрепление русского языка в учреждениях ЛССР было приоритетом национальной политики ВКП(Б), что отражало цели коммунистов по созданию надежной местной администрации и использованию ее для реализации политики ассимиляции и русификации литовской нации. Коммунисты стремились исключить литовский язык из канцелярских отношений и повседневного общения персонала, а вместо этого внедрить русский язык и сделать его сначала рабочим, а затем официальным языком людей, проживающих в Литве, то есть фактически государственным языком. Русский язык быстрее всего распространился в руководящих органах LCP [B]. Русскоязычные коммунисты, не знавшие литовского языка, призвали ЛКП [Б] ввести русский язык в качестве партийного. Начиная с лета 1940 года, пленумы и заседания Бюро LCPIB] Заседание проходило, и протоколы велись на русском языке. В 1940-1941 годах многие подразделения LCP [B] ЦК и некоторые городские и районные комитеты ВКП (Б) приняли русский в качестве рабочего языка. Чтобы ускорить использование русского языка, некоторые российские руководители начали запрещать использование литовского языка на работе и потребовали, чтобы говорили только по-русски. Из-за доминирования России в партийных и административных институтах и политики русификации часть общества отождествляла Советский Союз с Россией, а правительство СССР и тоталитарный режим — с диктатурой российских коммунистов. Отождествление оккупационного режима с русской нацией особенно распространилось в повседневном сознании.

Стремясь управлять Литвой и сделать ее советской, правительство СССР было политически заинтересовано в формировании слоя советской бюрократии. В результате Коммунистическая партия начала заменять оставшихся государственных чиновников Литовской Республики, которые работали в административных органах ЛССР, коммунистами и другими должностными лицами, лояльными оккупационному режиму. Уволенные сотрудники были заменены новыми с корнями из «народных глубин», как правило, малообразованными людьми. Наиболее важными требованиями были членство в партии, революционное прошлое, «хорошее» (пролетарское или полупролетарское) происхождение и, конечно же, безоговорочное повиновение. Однако во время первой советской оккупации в LCP [B] не было достаточного количества квалифицированных людей, способных выполнять административную работу, поэтому они не могли уволить всех сотрудников сразу. Были быстро заменены только руководители учреждений. Не желая разрушать управление страной, коммунисты сохранили многих государственных чиновников среднего и низшего звена и намеревались использовать их на административной работе до тех пор, пока партия не подготовит подходящих людей для их замены. В ноябре 1940 года LCPIB] решил начать организованную кампанию по зачистке сотрудников правящего аппарата. В начале 1941 года в LCPIB] ЦК заявил, что коммунистам, тем не менее, не удалось радикально изменить состав аппарата и сформировать советскую бюрократию. Бывшие государственные чиновники Литовской Республики по-прежнему доминировали в административном аппарате ЛССР.

Антанас Снечкус в своей рабочей комнате, 1941 год.

5-й съезд LCPIB] 5-9 февраля 1941 года.

5-й съезд ВКП (б) 5-9 февраля 1941 года постановил расширить чистку рядов государственных чиновников. Весной 1941 года коммунисты начали кампанию кадровой чистки, начав с тех народных комиссариатов, которые казались им «катастрофически зараженными»: юстиции, финансов и торговли. Руководство LCP [B] обвинило руководителей этих учреждений в невыполнении кадровой политики партии и уволило тех, кто не заменил бывших государственных чиновников Литовской Республики коммунистами. В апреле-июне 1941 года Бюро ЦК ВКП(б) уволило народного комиссара финансов Тадаса Залескиса, народного комиссара финансов Юозаса Вайшнораса и народного комиссара юстиции Кястутиса Домашявичюса. По сути, судьба народного комиссара юстиции Повиласа Пакарклиса также была предопределена. В апреле были уволены глава Управления по делам искусств при КПК ЛССР Петрас Юоделис и заместитель председателя Комитета по планированию Дзидас Будрис, работающий в этом направлении. Всего за время первой советской оккупации из было уволено не менее 2400 государственных служащих ЛССР административных учреждения по политическим и социальным причинам. Руководство LCP [B] часто просило прислать администраторов из Советского Союза в Литву. К июню 1941 г. LCPIB] в различных административных учреждениях работало 2184 коммуниста, почти столько же, сколько государственных чиновников Литвы, уволенных из административных учреждений ЛССР. Эти коммунисты составляли ядро советской бюрократии и были основным источником кандидатов на замещение должностей в номенклатурной системе. В сентябре 1940 года система номенклатуры — отбор лидеров по их верности Коммунистической партии, их назначение на должности и политический контроль — была перенесена в Литву. Для заполнения номенклатурных должностей требовалось около 3700 человек, лояльных коммунистам. К июню 1941 года LCP [B] отобрала и назначила около 2000 человек на высшие и исполнительные должности. Руководящие должности в основном занимали коммунисты. К январю 1941 года 1412 коммунистов были наняты в качестве высокопоставленных должностных лиц в ЛССР административные учреждения. В то время в коммунистической партии, комсомоле и административных учреждениях работали 2064 коммуниста и 574 комсомольца, в общей сложности 2638 человек. Коммунистические администраторы составляли довольно небольшую часть литовской советской бюрократии, но они занимали высокие посты в бюрократической иерархии и, следовательно, составляли наиболее политически влиятельный слой администраторов, которые в глазах общества по праву олицетворяли оккупационную власть.

Политическая реструктуризация

Осенью 1940 года, после изменения юго-восточной границы страны, территория Литовской ССР расширилась: большинство литовских территорий, которые в 1920-1939 годах были оккупированы и контролировались Польшей, а осенью 1939 года, после оккупации их Красной Армией, были присоединены к Советскому Союзу и переданы в управление Белорусской ССР, были возвращены Литве. Согласно указу Президиума Верховного Совета СССР от 6 ноября, литовские населенные пункты Адутишкис, Даугелишкис, Дивенишкес, Друскининкай, Марцинконис, Мелагенай, Ратничия, Рудня, Швенчионис и Тверечюс отошли к Литве общей площадью 2647 км2 с населением 82 000 человек.

Законами от 21 июля и 3 августа 1940 года Литве был навязан статус Советской республики и началось быстрое разрушение ее государственности путем преобразования всех аспектов жизни по советской модели. 25 августа Народный Сейм,,,Казисом Прейкшасом. Конституция была по существу аналогична «основному закону» любой другой советской республики. Как и на остальной территории Советского Союза, в Литве земля, ее недра, воды, леса, заводы, фабричные сооружения, средства транспорта и связи, крупные фермы, предприятия коммунального хозяйства и все более крупные дома в городах были объявлены государственной собственностью. Вся экономическая и культурная жизнь управлялась в соответствии с государственным народным экономическим планом. Таким образом, новое учреждение, Комитет по планированию ЛССР, возглавляемый,,Пиюс Гловацкас, человек, просидевший в тюрьме за коммунистическую деятельность 15 лет, стал важным государственным учреждением. Важнейшей характеристикой Конституции ЛССР, отличавшей ее от конституций старых советских республик, было то, что в дополнение к социалистической собственности временно разрешалось работать частным крестьянским хозяйствам, мастерским ремесленников и небольшим магазинчикам. Свободы печати, слова, совести, собраний, демонстраций, создания организаций и другие демократические свободы, провозглашенные в КонституцияЛССР была невозможна в тоталитарном государстве. Литовцы, как и все советские граждане, могли (даже были обязаны) участвовать в митингах два раза в год — 1 мая и 7 ноября, в то время как свобода слова означала свободу (часто обязанность) восхвалять Сталина и Коммунистическую партию. Любая критика правительства, не говоря уже о режиме, считалась антисоветской деятельностью и строго наказывалась.