Чтение онлайн

Все так и продолжалось. Пока не подул очень сильный Западный ветер. Обычно к ночи ветер имел обыкновение стихать. Но той ночью разразилась настоящая буря. Красивая Луна, проснувшись от того, что какой-то очередной порыв распахнул ее окно настежь, подошла к нему для того, чтобы закрыть. За ним бушевал ужасный вихрь, но в одно мгновение он стих и, казалось, сложился в некую странную воздушную материю, взглянувшую на нее. Да, это было совершенно удивительно и необъяснимо, словно в этой самой массе выделились два воздушных глаза или же два черных пятна, и посмотрели непросто на нее, они попробовали залезть вовнутрь, как будто желая вывернуть ее наизнанку. Ей стало очень страшно. Но через мгновение сгусток воздушной массы рассеялся, и не стало ни сильного ветра, ни каких-то странных и страшных видений. Наступила мертвая тишина. В это самое время Директор театра марионеток внезапно проснулся от того, что окно его спальни также резко распахнулось из-за порыва ветра. Он сунул ноги в тапочки и отправился к нему для того, чтобы его закрыть. Вдруг что-то то ли дунуло, то ли как-то брызнуло в сторону его лица. При этом он ощутил какую-то необычную и резкую сухость во рту и резь в горле.

На следующий день Директор театра марионеток, проснувшись утром, ощутил, что боль в горле не только никуда не ушла, а лишь усилилась. Как и неприятная сухость во рту. Он выпил около литра воды. Но при этом сухость совершенно не исчезала, а боль в горле при каждом глотке словно бы даже увеличивалась. Впервые за долгое время своей службы на посту директора театра он решил остаться дома, сообщив, что заболел.

Целый день он провел в кровати. Периодически полоскал больное горло, но резь в нем лишь усугублялась. Более того, он стал ощущать колики в области живота и сильную головную боль. Следующей ночью он почти не спал, его мучили какие-то странные сны, суть и содержание которых он тут же забывал, когда внезапно просыпался, но осадок чего-то ужасного и темного словно оседал у него не только в памяти, но и в области горла, болевшего все сильнее. Наконец под утро ему приснился удивительный и страшный сон, который на этот раз он запомнил. В нем он проснулся ночью и сел на кровать. Его мучила жажда, при этом продолжало сильно болеть горло. Но вместо того, чтобы налить себе стакан воды, он сидел на кровати и смотрел в сторону окна.

И в этот самый момент что-то внутри него проделало страшную и необыкновенную штуку. Оно сказочным образом расстегнуло невидимую молнию в области шеи, при этом голова Директора механически откинулась назад, наподобие крышки рояля. И из образовавшегося отверстия вылезло нечто, устремившееся в сторону окна, которое тут же распахнулось. Спустя некоторое время (Директор театра марионеток не мог понять, сколько именно прошло времени, пока его голова была откинута в сторону) нечто, выбравшееся из него вернулось через окно обратно, при этом последнее само по себе закрылось. И оно опять залезло в него, застегнув невидимую молнию на шее изнутри. И тут же голова Директора вернулась на свое прежнее место. Жажда уже больше его не мучила. Он опять лег спать.

Вот такой был странный сон. Но на утро боль в горле если и не сошла полностью на нет, то заметно уменьшилась. И колики в животе, а также мучения с головой прекратились. Поэтому препятствий для того, чтобы отправиться на службу более не существовало. Надо было только немного привести себя в порядок. Подравнивая свою густую бороду, Директор театра марионеток обратил внимание на то, что на его шее присутствовала то ли царапина, то ли шрам очень странной формы. Это что-то напомнило ему. Но с первого взгляда определить форму ему не удалось. Лишь спустя некоторое время, надевая брюки и застегивая ширинку на них, его поразила удивительная мысль. Он подошел к зеркалу в не до конца застегнутых брюках и немного приподнял свисавшую нижнюю часть бороды, обнажая под ней шею. Эта царапина очень сильно своими контурами походила на молнию или застежку. Точно, кто-то или что-то сначала расстегивало, а потом застегивало, выбираясь из него наружу и возвращаясь обратно. Директор театра марионеток дал сам себе пощечину. Потом еще одну, чтобы взбодриться. И третью. Но царапина не исчезала. Шрам в виде аккуратной, но злобной змейки тоже.

В это самое время Красивая Луна, оставшаяся дома, пропустив обучение, пыталась понять, что же все-таки произошло предыдущей ночью. Внезапный порыв ветра спровоцировал сквозняк в ее спальне, она встала, чтобы закрыть окно. Но только она сделала несколько шагов по направлению к нему, как оттуда что-то вылезло. Даже не то, чтобы вылезло, скорее, просочилось. Это одновременно напоминало и ту самую воздушную сущность с черными глазами и, как ни странно, Директора театра марионеток с его черной бородой. Но только в этом облике он выглядел не характерно для себя слишком зловещим. И при этом воздушным, словно черты его лица нарисовали на каком-то облаке и запустили к ней в комнату. И это нечто черными глазами поверх черной облачной бороды сверлило ее своим взглядом. Ей было очень страшно, но она была не в силах пошевелиться. Она сдвинулась в самый угол, поплотнее укрывшись одеялом так, что только одни глаза были поверх него. Облако с черной бородой приблизилось к кровати на угрожающее расстояние. Но за окном ветер внезапно изменил свое направление, и страшное облако в одно мгновение вылетело в окно. Красивая Луна ледяная от ужаса покрепче закуталась в одеяло.

На следующее утро Директор театра марионеток встал в весьма благоприятном расположении духа. Горло уже совершенно не болело, головная боль и колики в животе также его не беспокоили. Напротив, у него было исключительно приподнятое настроение. Он, конечно, никогда не приходил в театр в дурном настроении, но так, чтобы в таком приподнятом… Этого не было давно, если же вообще когда-либо имело место. Выйдя из дома, он внезапно столкнулся лицом к лицу с девушкой, которую в тайне любил, но даже в этой самой тайне разрешал себе о ней только мечтать. Ее бледное лицо в слезах и какой-то испуганный и холодный взгляд, а также отсутствие пожелания хорошего дня и скорый уход при его появлении, сильно озадачили Директора театра марионеток. Все это серьезно разнилось с его необычайно позитивным тонусом, отличным самочувствием и солнечной погодой. Это было крайне неприятно, поэтому в один миг, и солнце, как ему показалось, немного укрылось одеялом из облаков, и в горле что-то опять запершило, и настроение как-то резко ухудшилось. Тем не менее, он все-таки отправился на службу, хотя совершенно в ином, нежели утром, расположении духа.

Ночью Директору театра марионеток приснился сон. Во сне у него очень зачесалось горло, и в тот момент, когда он решил налить себе стакан воды, горло перестало чесаться, а вместо окна, его глаза теперь были устремлены в потолок. И стала немного неметь шея. Ему показалось, что почти одновременно произошли два события: Нечто изнутри расстегнуло молнию своей лапой с черными острыми когтями на его шее и вылезло наружу. После же совершения этого действия Нечто решило заговорить с ним, вернув голову Директора театра марионеток на место, не застегивая молнию.

Буду краток. Вся твоя пропитанная гноем и мерзкими соплями история мне совершенно неинтересна. Но мне нужна Она. Поэтому у нас с тобой только два варианта. Первый – я быстро съем все то, что у тебя внутри. Но тогда мне понадобится другой футляр, что не очень хотелось бы. Либо мы вместе начнем интересную игру, ее, конечно, ты не получишь, но хотя бы сможешь немного поучаствовать – что в твоем случае вполне себе неплохой вариант. Выбирай. Времени у меня не очень много. У тебя еще меньше.

Директор театра марионеток с огромным трудом смог лишь вздохнуть и выдохнуть.

Да, понимаю, говорить в таком виде не очень удобно, мы еще вернемся к этому разговору. Мне нужна она. А ты хотя бы будешь неподалеку, это для тебя даже больше, чем ты мог мечтать до моего появления, – продолжило Нечто. –Я сейчас еще раз взгляну на нее, потом вернусь и застегну тебе шею, чтобы твоя голова могла произносить слова. Мы пообщаемся. Пока она не до конца застегнута, есть время подумать.

Нечто облаком вылетело в окно. Голова Директора театра марионеток смотрела стеклянными глазами перед собой. Он неподвижно сидел на кровати, уставившись в сторону окна. Спустя небольшое время там снова появилась Облачная сущность. Она приблизилось к кровати и своими черными впадинами заглянуло внутрь Директора, точно сжав в своей когтистой лапе все его внутренности.

Решение?

Да…, тихо выдавил из себя Директор театра марионеток.

Отлично, усмехнулось Нечто, значит, пока я не съем у тебя все внутри, но времени мало, ветер скоро поменяется, я должен забрать ее, а ты в любом случае в моих руках. Пока так. Но мой крюк в любой момент, если ты посмеешь не то, чтобы передумать, а просто допустить мысль надуть меня, вспорет тебе живот в одно мгновение.

Нечто зловеще рассмеялось и, достав откуда-то из-за своей облачной спины, что-то похожее на гарпун или какой-то крюк на толстом канате, швырнуло его в сторону головы Директора театра марионеток, чья голова каким-то образом откинулась назад, и гарпун влетел глубоко внутрь, оцарапав ему живот изнутри. После чего, Нечто само влетело внутрь его тела, застегнув за собой молнию. Директор театра марионеток аккуратно лег на бок для того, чтобы боль от гарпуна в его животе была несколько меньше, и пролежал так с открытыми глазами до конца ночи. Он даже не понимал, спал он в это время или нет. Он просто смотрел перед собой стеклянными глазами.

Девушка по имени Красивая Луна, которая ночью то ли снова увидела кошмар, то ли ее действительно опять посетило зловещее Облако с чертами лица ее соседа, Директора театра марионеток, в ужасе вспоминала это утром. Черные глаза этого зловещего Облака словно хотели затянуть или даже засосать в себя целиком все то, что было у нее внутри даже вместе с ней самой.

И еще был этот страшный шепот, более напоминавший шипение, мое…

Утром Директор театра марионеток, все больше склонявшийся к той мысли, что сильно заболел, решил обратиться за медицинской помощью. Он был уверен, что где-то подхватил паразита, какого-то необычного глиста, вызывавшего у него галлюцинации и резь в животе и горле. Еще эта царапина в виде молнии, в появлении которой не было разумных объяснений, а иные, от греха подальше, он сразу отмел в сторону. Придя на прием в больницу, Директор начал расстегивать рубашку для того, чтобы врач мог осмотреть его тело. Но только он расстегнул несколько пуговиц, как в его брюшной полости молнией ударила такая резкая боль, что в глазах у него потемнело, и он потерял на несколько минут сознание. После того, как оно к нему вернулось, и врач уточнил, все ли с ним в порядке, и можно ли продолжать прием, либо же стоило его отложить, Директор театра марионеток прошептал, что лучше в другой раз.