Чтение онлайн

— Ты давно сотрудничаешь с людьми? — насторожено спросил Локи.

— По их меркам — давно, — объяснил Алгир. — Около двадцати зим. Люди изучают природу асов и синтезируют нужные нам лекарства. Я давно отчаялся найти что-то похожее в Асгарде, слишком бедном на целительные травы.

— Подожди, — Локи помотал головой. — Почему ты ничего не говорил? Как переправлял пациентов?

— Не говорил, чтобы не вызвать смуту и вопросы, — пожал плечами Алгир. — А переправить через Радужный Мост пару добровольцев или даже себя не слишком сложно — была бы причина, понятная Хеймдалю. В Мидгарде есть больница, где несколько врачей тайно нас изучают. Я думаю, что они смогут помочь тебе с твоим воспалением легких. Если не они, то больше никто, уж поверь мне.

— Где находится эта больница? — спросил Локи после непродолжительной паузы.

— В Европе, в Германии.

Светлоокой показалось, что лицо царевича потемнело при слове «Германия».

— Как удачно, — вклинился Раиду и разве что на одно колено не опустился. — Сын Одина, прости мне мою дерзость и позволь сойти с тобой. Я жажду посетить Штутгарт, город твоего театра. Я должен найти музеи фыркающих автомобилей и узнать всё об их строении, чтобы создать такие для тебя! — повисла неловкая тишина. — И для Асгарда, — добавил естественник, почти ни капли не смутившись.

Наутиз закатила глаза: кто о чем, а Раиду о работе. Мало ему велосипедов, водопровода, так теперь на автомобили заглядывается. Хоть бы зубы вылечил, может, характер улучшился бы.

— Хорошо, — кивнул Локи. — Отправимся вместе. Я с Наутиз — к лекарям, а ты — в музей. Встретимся на следующий день. Главное, чтобы Хагалар ни о чём не узнал, — младший сын Одина глубоко задумался и пошел прочь из дома исцеления в одному ему известном направлении.

Сиф места себе не находила с тех пор, как Один объявил о скорой свадьбе с Тором, даже при отсутствии согласия самого Тора. Воительница не знала, чего больше не хочет: становиться царевной или… Нет, двух мнений быть не может: она не желает становиться царевной, пока жив Локи. Его положения при дворе Сиф никак не могла понять. В конце концов, решилась задать Всеотцу прямой вопрос и получила не менее прямой ответ:

— Он мой сын и младший царевич Асгарда. Жизнь с преступниками — его выбор, но скоро он вернется во дворец и займет подобающее ему место.

Такое положение вещей Сиф категорически не устраивало. Мерзкий, скользкий, безжалостный подлец! Она не будет плясать под его дудку, она уберет его с пути. Решение было принято давно, а воспоминания о детстве, когда Локи науськивал брата на всякие подлости, а сам выходил сухим из воды, убедили в правильности благих намерений. Она должна тщательно подготовиться к восхождению на трон Асгарда, но как это сделать тихо? Проще всего через преступника, преподнесшего птицу. Локи приблизил его к себе, однако Сиф хорошо разбиралась в асах и видела, что Ивар никакой глубокой любви к господину не испытывает, а за милыми ужимками и лестью кроется не самая приятная личина. Он поселенец, значит, вор, мужеложец или насильник — совершившим меньшие преступления не пришло бы в голову сбегать в поселение. А асы, обесчестившие себя такими проступками, уж точно убивали. Сиф несколько раз бывала в мире отверженных, краем глаза видела разноцветные смеси. Подсыпать одну из них Локи в бокал — и все. Ивар — лучший из возможных исполнителей. Отверженные живут вне общества. Попробуют вякнуть что-нибудь про невесту самого Тора — их убьют в лучшем случае, а в худшем запытают. Они удобнее рабов, потому что никому не нужны и не приносят пользы. С такими мыслями воительница оседлала лучшего коня и отправилась на юго-запад. Лишний раз на территории отверженных лучше не появляться, поэтому она через слугу попросила Ивара выехать навстречу в сопровождении свободного аса.

Поднявшись на пригорок, Сиф заметила, что поселение расширилось: отверженные возвели еще один частокол, окруживший достаточно большую полупустынную площадь с недостроенными деревянными сараями. Неужто в Асгарде настолько расцвела преступность, что отверженным не хватает места?

Ивар ждал ее у ворот первого кольца обороны. Уж не собирается ли Локи перестроить поселение в крепость и обучить отребье навыкам воинов? Вполне в его духе.

— Прекрасная Леди, я неимоверно счастлив встречи с вами, — начал Ивар, стоило Сиф подъехать ближе и нетерпеливым жестом отозвать слугу. На дифирамбы не было времени, но падкая на лесть Сиф не спешила перебивать Ивара. Она надеялась, что он оценит ее смелость: немногие мужчины отваживались ездить по Асгарду в одиночестве, а она, незамужняя девушка, спокойно подвергает себя опасности, но Ивар словно не обратил внимания на ее безмерную смелость.

— Я приехала по делу, — решительно заявила она, стоило поселенцу остановиться, чтобы перевести дух. — Это тебе, — она протянула кошель, полный серебра. — Прими его в знак нашей дружбы. Такой же получишь, когда исполнишь то, о чем мы говорили по дороге из Фенсалира.

— Из Фенсалира? — переспросил Ивар, делая вид, что не понимает, о чем речь. Он взвесил серебро на руке, но даже не поблагодарил за щедрый дар.

На лбу читалась усиленная работа мысли. Все же зря Сиф понадеялась на сообразительность преступника. Придётся говорить прямо.

— Когда я спасла тебя от змей, — прозрачно намекнула она. — Многоногих змей Фенсалира.

— Но ваше высочество, — простонал Ивар, нелепо округляя глаза, — это слишком…

— Я почти жена старшего сына Одина, наследника Асгарда, — Сиф позволила своему голосу приобрести стальные одиновские нотки. — Не забывай.

Не подкупом, так угрозой она заставит труса действовать.

— Я рассчитываю на тебя, — с этими словами воительница развернула коня и помчалась обратно в столицу. Помчалась просто потому, что не знала, что делать или говорить дальше. Раньше она решала все проблемы мечом, а вовсе не длинным языком. Сиф была совершено не уверена в правильности своих действий, в том, что серебра достаточно и в том, что отверженный ни о чем не скажет Локи.

Ивар так и остался стоять на границе двух миров. Не то чтобы смерть Локи не казалась ему желанной. Он думал о ней не раз с тех пор, как узнал страшную правду. Прекрасно понимал, что-либо умрет Локи, либо всех перевешают, но очень надеялся решить проблему чужими руками. Мягко науськивал Наутиз и Фену. Одна — синий чулок, чей талант Локи не оценил — оскорбленная невинность; другая — опасный маньяк, убивший десятки мужчин. Ивар считал, что медленно, но верно продвигается к цели. И вдруг такая незадача! Ну что Леди Сиф не сиделось в столице? Почему обязательно надо приезжать сюда? Могла же вызвать его к себе и обо всем договориться. Но нет, надо здесь, где…

— Вот что бывает, когда образование воина одностороннее, — послышался ехидный голосок, который Ивар больше всего боялся услышать. — Во дворце, похоже, обучают исключительно вояк без капли разума. Подъезжать к поселению в одиночестве, устраивать тайный заговор с незнакомцем, много ниже ее положению, надеяться на его честь… Боюсь, молодая царица Асгарда долго не протянет с такими-то навыками.

Ивар предпочел не оборачиваться, чтобы не столкнуться взглядом с собственным мастером. Вот ведь защитник Локи — везде успевает, и как ему это только удается???

— А ведь деньги, наверняка, из казны взяла. Немыслимая расточительность, — продолжал сетовать Хагалар. — Еще не успела стать царицей, а уже ворует у своего… Кем там ей Один получится? Свекром, кажется. Вот времена пошли!

Хагалар замолчал. Ивар постоял еще с полминуты. Заскучал. Обернулся. Хагалара и след простыл. Как теперь спать с ним на одной лавке? Он же его зарежет — вот уж у кого рука не дрогнет! Не спасут ни длина дома, ни многочисленные соседи — с виду безобидный боевой маг запросто ткнет кинжалом в сердце. И концы в воду.

Ивар бросил еще один взгляд за ограду. Сиф скрылась за поворотом. Она раздумывала о сложившейся ситуации и мало внимания уделяла пустующей дороге, поэтому едва успела остановить коня перед выросшим словно из-под земли незнакомцем в странной темной одежде и маске. Воительница вцепилась в поводья и еле успела остановить сопротивляющегося жеребца.

— Назови себя, кем бы ты ни был, и ответь, по какому праву ты преградил путь невестке великого Одина? — грозно спросила она, готовая схватиться за оружие.