Чтение онлайн

Итак, у нас три исповеди, три противостояния, три внутренних конфликта: царь и отец; восприятие Локи — Асгардским и Мидгардским; наставник и мститель.

Каждый герой должен сделать выбор, но никто этого самого выбора в конечном счете не делает: два персонажа отправляются в сознание Локи, чтобы там найти ответы (причем Один ищет ответы в памяти Локи, а Фригг — у Одина), а Хагалар не может разобраться с собой.

По прошлым главам ничто не предвещало беды, но вот уже все думают о том, что убить Локи было бы неплохо. И Хагалар, который сейчас рассуждает о том, чтобы сбежать, несколько глав назад рассуждал об убийстве столь же спокойно. По большому счету у меня есть только два основных персонажа, которые не с состоянии убить невинного из-за своих принципов: Тор и Раиду. Все остальные думают в первую очередь о себе или о каком-то абстрактном благе.

Что касается прошлого, которое вырисовывается в каждом из трех монологов: каждый монолог правдив, но только с точки зрения того, кто монологирует. Обратите внимание, что Один и Фригг каждый себе приписывает честь усыновления Локи, к примеру. А Хагалар совершенно уверен в том, что Фригг Локи презирает. Факты все верные, а вот их интерпретация у каждого персонажа своя.

В монологе Одина я старалась показать человечность, которая проступает из-под маски царя: он всегда рассуждал как царь, даже когда Локи висел над Бездной. А здесь и сейчас он не может просто взять и убить. Он не может решиться, хотя, казалось бы, перерезал глотки сотням и тысячам врагов, потерял множество жен, детей и друзей.

Для монолога Фригг было сложно подобрать слова и, боюсь, даже мой конечный вариант описывает не совсем то, что мне нужно. Ей нравился Локи до Бездны и не нравится Локи после Бездны (это мотив еще из самых первых глав, из первых появлений царицы). Новый Локи ей не очень нужен, но ее гордость будет уязвлена, если окажется, что она ошиблась и зря настояла на том, чтобы сделать из Локи сына, а не раба. Новый Локи в ее понимании — это средство, которым воспользуется Хагалар, чтобы захватить трон и отомстить Одину.

Хагалар, который еще недавно сам был готов убить Локи, в этой главе выступает антагонистом родителям. Он вспоминает всё зло, пусть даже и вымышленное, которое они причинили Локи, и обеляет себя на их фоне. Это самовосхваление, гордыня в высшей степени, мол, я вас любил, я все делал для вас, но теперь назло вам приручу ребенка и завоюю трон Асгарда. Мне он, правда, не нужен, но для принципа, ведь вы сволочи. Он очень тяжело переживает размолвку с Фригг, не понимает ее причин. С его точки зрения он всех предать и пафосно уйти может, а она смертельно обидеться на его оскорбление — нет. На Локи Хагалар тоже смертельно обижен, поэтому и думает то ли просто побить, то ли сломить. Он хочет спасти Локи на зло правящей чете, он готов подобрать того, кого выкинут за ненадобностью и выковать что-то пристойное на зло Одину и Фригг. Если царь и царица видят в Локи живое существо и решают его судьбу, то для Хагалара Локи все больше становится рабом в Американском смысле этого слова или даже вещью.

Что до сновидений Локи, подосланных Хагаларом, то они — порождение рок-оперы (когда мне нужны пафосные видения, надо смотреть рок-оперы — сразу правильное настроение появляется). Что именно там происходит, будет частично объяснено в следующих главах разными персонажами. Так что до встречи в сознании Локи!

Разбор сотой главы

Не думала, что мы дойдем до таких вершин, как сотая глава, но мы дошли. Хвала нам. За свои пятнадцать лет творчества я никогда не писала таких огромных произведений.

Сны Локи — о, простор для фантазии! У меня очень подробно разработаны сны, точнее, методика ходьбы по снам и все многочисленные правила. В эту главу влезли жалкие крохи выдуманного, сборная солянка из возможностей гуляющих по мирам и спящих. Шутка ли — чтобы написать три сцены, я просмотрела пятнадцать вариантов локаций. От многих вкусных идей пришлось отказаться, но в последнее время и так процент иллюзий и фальшивых миров превысил все мыслимые границы, так что разгуляться мне не дали.

Как выглядит собственная невеста — Локи понятия не имеет даже во сне, поэтому ее лицо и скрыто.

Сны не требуют пояснений, потому что они — просто открытое подсознание, в котором отражается Истина. Другое дело, как на происходящее реагируют старшие боги, особенно Фригг. Та, что несколько дней назад рисковала всем, чтобы спасти Локи из лап темных богов, сегодня нисколько не прочь его убить. Почему — читатели могут додуматься сами. Знаю минимум три версии, считая свою, возможно, их скоро станет больше.

Становится понятно, что Один видел два последних видения Локи, при этом проявился только в последнем (поэтому Локи отмечает, то Один настоящий, плотный, в отличие от того, с кем царевич разговаривал).

В главе есть несколько отсылок к прошлым главам: руна, которую я как-то раньше забыла убрать, а также упоминание, что отец нескоро умрет (было в одном из разговоров Одина-Локи, когда последний пытался узнать возраст отца).

На самом деле, разбирать в главе особенно нечего: с одной стороны, в ней показана механика снов, с другой — это эмоциональная ругань, где каждый говорит то, что думает. Зато персонажи наконец-то говорят меж собой откровенно и без обиняков — сразу вылезает множество недопониманий.

А еще эта глава в большой мере похожа на главу обычного фанфика — тут нет не только никаких научных фактов или реалий скандинавских, тут даже описаний нет — сплошные диалоги с минимумом слов автора.

Разбор сто первой главы

Не ожидали главу всего через три дня, правда? А это сделано специально, чтобы получился контрастный душ из совершенно разных эмоций, из полного разочарования. Надеюсь, хоть кто-то из читателей поймался на удочку и настолько увлекся главами, что сопереживал персонажам. Те, кто хотели убить Локи — любимы им, а тот, кто защищал — отвергнут. Каждый автор в той или иной степени вкладывает свой жизненный опыт в свои творения, вот для меня ситуация, когда я пытаюсь чего-то добиться, а это «что-то» от меня ускользает — очень частая, я бы сказала, стандартная. Как и переживания о прошлом, которое нельзя вернуть. Можно сказать, что последние главы написаны фактически на моих душевных костях, хотя при этом писать их было довольно просто — не надо ни консультироваться с десятком инженеров, ни выверять кучу исландских реалий. Пиши — не хочу. Причем диалог с Хагаларом еще и был проигран вконтакте. Правда, он получился больше не то в четыре, не то в семь раз — уже точно не помню. Я покромсала его, как смогла, но почти ничего не исправила в избранных фразах — все так, как мы с софелаговцем и прописали.

Локи и Фригг — сложная тема, сложная пара, не менее сложная, чем Локи-Хагалар. Намеков на истинное положение вещей по тексту раскидана куча, но, боюсь, они так и не помогут читателям понять игру на кончиках пальцев. Однако разочарование должно закрасться в души читателей, как и желание объяснить Локи, что он очень сильно ошибается, возводя на пьедестал ту, которая его чуть не убила.

По-настоящему ценная для Локи информация — это имя родной матери. Ее дух часто незримо появляется в главах и почти всегда — во время разговоров с Фригг. Случайно так получается. Читавшие «Судьбу Локи» могут вспомнить и саму Уллу, и ее родителей, которые там фигурируют.

Вторая часть главы — якобы доверительный разговор между Одином и Хагаларом (что «якобы» становится понятно только в последнем абзаце, который теоретически должен стать громом среди ясного неба для читателей). Я уже не раз говорила, что если бы персонажи с самого начала сели за стол переговоров и честно рассказали бы обо всем, что знают и думают, то повесть писать было бы не о чем. Вся проблема именно в чудовищных подозрениях (причем стопроцентно неверных), которые мешают рассказать правду и мучают персонажей вот уже сто глав и полтора года их времени (очень жизненно, как мне кажется, получилось). Диалог Одина-Хагалара мы проигрывали. Фразы и структуру я взяла из огромной изначальной матрицы, но получилось так, что если разговор доверительный (а изначально так и должно было быть: планировался контраст между фальшивым разговором Фригг и Локи и доверительным Одина и Хагалара), то сейчас персонажи раскроют друг другу все свои карты, договорятся, обнимутся, и весь сюжет пойдет насмарку (а персонажи будут есть тортики и радоваться спокойной жизни©). Пришлось срочно додумывать, что Один не доверительно разговаривает, а допрашивает и подозревает. К тому же это сходится с тем, что персонажи думали в самом начале повести. Мне пришлось перечитать почти все начальные главы, чтобы вообще вспомнить, с чего все начиналось и какие именно подозрения кого мучили — подробнее об этом в следующей главе.