Локки 9. Потомок бога
Шрифт:
Однако стоит признать, Мия приземлилась очень ловко, на все четыре конечности, прям как кошка.
— Локки, а давай её сразу и прибьём?! — азартно предложила Марена, высунув голову из кареты.
Вряд ли она слышала, о чём мы говорили с Мией, но вид той на куче земли намекнул ей, что она там оказалась не без моей помощи.
— Посмотрим, — туманно ответил я и тряхнул вожжами, чтобы лошади пошли побыстрее.
Они активнее потащили карету, косясь на дракончика, патрулирующего небеса.
Мия же, что-то злобно пробурчав под нос, встала на ноги, отряхнулась и застегнула рубашку на все пуговицы, а потом неторопливо пошла позади кареты.
Видимо, она ожидала, что я остановлю транспорт, но у меня и в мыслях не было так делать. Потому расстояние между нами всё увеличивалось и увеличивалось.
В какой-то миг Мия сжала руки в кулаки и побежала за каретой. Догнала её и вскочила на запятки — небольшую площадку, предназначенную для лакея. На меня девица не смотрела, а глядела в сторону.
Вижу, мои уроки воспитания продолжаются. И непонятно, когда я из стервы сделаю человека. Да и нужно ли мне это?
Глава 16
Вечерний сумрак заглядывал в роскошную спальню с чучелами животных, ворсистым мягким ковром, резной мебелью и громадной кроватью с изголовьем из дорогого красного дерева.
На этом ложе среди шелковых простыней и подушек резвились трое: две хохочущие юные дворяночки с аппетитными формами и помолодевший император. Его глаза светились от возбуждения, а подтянутое тело лоснилось от пота.
В какой-то миг монарх схватил с прикроватной тумбы бокал с вином и жадно залпом осушил его.
И тут вдруг раздался деликатный стук в дверь.
— Кого там ещё боги хаоса принесли? — недовольно бросил император, глянув в сторону двери сквозь полусумрак, царящий в спальне.
— Ваше Императорское Величество, срочное донесение, — донёсся голос из-за двери.
Монарх недовольно скрипнул зубами и посмотрел на посмеивающихся девиц, тянущих к нему ласковые руки. Но в нём всё же взял верх прагматичный государь, а не похоть.
— Прячьтесь, — с усмешкой приказал девушкам император и приподнял одеяло.
Те со смешками забрались под него, а он лёг между ними и накрыл всех, после чего повелительно бросил:
— Входи!
Дверь тут же открылась, и в спальню вошёл седовласый мужчина в мундире, расшитом серебряными нитями. Он без удивления или осуждения посмотрел на императора, конечно же, заметив холмы, тихонько посмеивающиеся по сторонам от него, и выхолощенным голосом царедворца проговорил:
— Слух подтвердился, Ваше Императорское Величество. Бог Хаоса, Тир Ткач Реальности, снова собирает армию. Причём не просто войска, а орду из зверолюдов, подвергшихся трансформации. Нам удалось выяснить, что они в несколько раз сильнее обычных хаоситов. Буквально только что пришло донесение: двое таких новых зверолюдов начисто разгромили отряд наших всадников числом пятьдесят человек, среди коих было двое довольно сильных магов.
— Вот оно что… — пробормотал монарх, мигом посерьёзнев.
Помедлив, он встал с кровати, нисколько не смущаясь наготы, и бросил девушкам, высунувшим головы из-под одеяла:
— На сегодня вы свободны.
Те тоже приняли серьёзный вид и шустро покинули кровать. Быстро накинули халатики и как две мышки тихо исчезли за небольшой потайной дверью в стене.
— Так, и каковы выводы? — спросил император у царедворца, который тактично отвернулся, чтобы не видеть голые попки девушек.
— Выводы неутешительные. Вероятнее всего, нам снова придётся вступить в бой. Аналитики считают, что Тир ударит именно по нам. Наши силы сейчас обескровлены. Тиру незачем идти в сторону территорий, захваченных Британской империей и другими государствами, соседствующими с Пустошью.
— Что ж… — мрачно пробормотал государь, сдвинув брови. — Кажется, война для нас продолжается.
Карета, всё так же поскрипывая, катилась по узким дорогам, петляющим между возвышающимися горными отрогами.
А Мия продолжала стоять на запятках, хотя её лицо всё больше и больше морщилось от усталости. Она пару раз даже будто пританцовывала, чтобы размять конечности. А я лишь удовлетворённо улыбался.
— Наказание продолжается, — прошептал я и вздрогнул, когда внутри кареты раздался резкий возглас, словно Марена села задницей на гвоздь, пропоровший обшивку сиденья.
— Я его чувствую! — спустя миг членораздельно воскликнула она во весь голос.
— Даже боюсь предположить, что именно. Неужто Древний нашёл в себе силы совокупиться с этой… этой?.. — скабрезно проговорила Мия так, чтобы её мог услышать лишь я, но не богиня.
А та вдруг распахнула дверь кареты и высунулась наружу.
— Я его чувствую! Сварог неподалёку. Там! — она указала рукой на противоположную сторону ущелья, через которое вёл ненадёжный бревенчатый мост, а внизу грохотала бурная горная река. — Быстрее! Быстрее! Кажется, он становится слабее! Умирает!
— Пошли! — взволнованно тряхнул я вожжами, и лошадки встрепенулись.
Они нехотя начали набирать скорость, таща за собой карету. А та уже совсем жалобно скрипела, грозя развалиться. Однако пришлось рисковать. Нельзя дать телу Сварога умереть! Иначе… иначе… Ох, даже думать об этом не хочется.
— Брёвна совсем трухлявые! — закричала с запяток Мия, с ужасом глядя на мост. — Они не выдержат! Апофис, миленький, ты не можешь поднять карету и перенести её на ту сторону?!
— Нет, — отрицательно покачал головой дракончик, который настолько устал, что его крыльям и собственное тело было в тягость.
— Не бздеть! У нас нет другого пути! — выдал я сквозь зубы и направил лошадей прямо на мост.
Тот опасно затрещал под весом кареты, вздрогнул и начал раскачиваться. Вниз, прямо в разверзнувшуюся каменную пасть, полетели древесная труха и комочки земли, застрявшей между брёвнами.
— Мамочки! Локки, я боюсь высоты! — внезапно призналась смуглянка, глядя в пропасть широко распахнутыми глазами, полными клубящегося ужаса.
— Ничего страшного. Я с ней договорюсь, ведь высота боится меня. Ха-ха…
Испустив нервный хохот, я глянул через плечо на девушку. Та всё же со страхом косилась на ущелье, хотя карета благополучно пересекла его. Мост, слава всем богам, выдержал.
— Туда! — выпалила Марена и указала рукой на узкую дорогу, буквально разрезавшую гору.
Мы помчались по ней вниз, набирая скорость. Да так лихо, что летящий Апофис постепенно отставал.