Чтение онлайн

И вот тут богини Судьбы швырнули дерьма на вентилятор. Впрочем, надо признать, всё к тому и шло…

Колесо налетело на камень и жалобно хрустнуло. Карета тут же завалилась набок, подняв облако пыли. Во все стороны брызнули осколки разбитых стёкол, затрещал перекосившийся корпус и заржали перепуганные кони.

Мия полетела на землю, пару раз перекувырнулась и встала на четвереньки. Её локти были в крови, а в штанах на коленях красовались дыры.

Мне же удалось спрыгнуть с козел и даже не упасть. Но я не стал дивиться своей ловкости, а сразу метнулся к коням, всё также впряжённым в лежащий на боку транспорт, чтобы они в испуге не потащили его дальше.

Кони дико били копытами и крутили головами, однако мне удалось усмирить их.

— Все живы?! — крикнул подлетевший Апофис, глядя в сторону двери кареты.

В глазах Мии зажглось жгучее желание, чтобы из кареты выбрался лишь Древний, а Марена свернула себе шею. Но её надежды разбились вдребезги, когда из кареты показались оба: посеченные осколками, но живые.

Причём на физиономии Древнего царило отсутствующее выражение, словно он каждый день так развлекается. А вот живую часть лица богини смерти корёжила гримаса жуткой тревоги.

— За мной! — выпалила она и рванула в сторону крутой тропки, взбирающейся на гору. — Сварог рядом, но он умирает!

Нам пришлось сломя голову бежать за ней, бросив и карету, и лошадей. А богиня, словно мать, объятая ужасом за своего ребёнка, мчалась и мчалась, совсем не ощущая веса костяного доспеха.

Марена первой преодолела небольшую гору и очутилась перед рощей, затерянной среди угрюмых серых каменных пейзажей. Деревья, что встретили нас, были чёрными со вспучившейся как от нарывов корой и ветвями, похожими на перекрученные старческие руки. Их покрывала жёлтая и серо-пепельная листва, испещрённая тёмными пятнами.

Земля же тут источала запах тлена и скорби. А воздух оказался тяжёлым и гнетущим, словно мы очутились на кладбище, где веками хоронили чумных покойников.

— Здесь либо жертвенник, либо полноценный алтарь Хаоса, — проговорил я, смекнув, почему тут так «мило».

— Да, — согласилась Марена и кинулась по пожухлой траве, из которой в ужасе принялись выскакивать жирные пауки и белёсые многоножки.

— Пожри меня Хель, крокодилы с крыльями! — удивился я, увидев местную замену обычным птицам.

Между ветвями летали крылатые метровые ящеры с треугольными зубами и кровожадно сверкающими красными зенками. Нападут? Очень может быть. По крайней мере поглядывают они на нас с гастрономическим интересом. Может, и Сварог помирает как раз из-за их работы.

— Они собираются в стаю, — подметила бегущая Мия, тяжело дыша и хрипя. — Но кажется, они побаиваются Апофиса.

Ящеры и вправду держались на почтительном расстоянии от дракончика, хлопающего крыльями над нашими головами. И тот, несмотря на ситуацию, довольно скалился. Мол, его боятся, такого большого и сильного.

— Если тут живут подобные совсем небезобидные твари, то могут быть и другие монстры. Даже обязаны быть, — рассудил я, смахнув со лба пот. — Так что, Марена, не беги так оголтело, если не хочешь потерять своё примечательное тело, угодив в ловушку какой-нибудь зубастой твари.

— Сварог слабеет с каждой секундой. Боюсь, мы не успеем! — сквозь плотно сжатые зубы выдохнула она и следом рыкнула, полоснув нас взглядом живого глаза: — Да поднажмите вы, разорви вас боги Хаоса!

Вспышка гнева богини была напрасной. Мы и так мчались как безумные. Даже Древний. Правда, его способ передвижения с трудом подходил под слово «мчаться». Он, скрестив руки на груди, просто скользил над землёй по воздуху.

— Быстрее же! — снова выпалила богиня смерти.

Она перемахнула через поваленное дерево и замерла на краю небольшого оврага, оглашаемого рычанием монстров. Они с жадностью пожирали свежие трупы, лежащие среди пожухлых листьев и луж тухлой чёрной воды, укрытой туманом цвета костей мертвеца.

— А их больше, чем клиентов у бесплатной шлюхи, — оценил я количество тварей, словно вышедших из наркотического бреда абсолютно обезумевшего ума.

— Локки, ущипни меня. Мы точно не в кошмарном сне? — прохрипела смуглянка и повернула ко мне попку. Дескать, щипай.

— Боги, Мия, ты сумасшедшая похотливая стерва! — выдохнул я и помчался следом за Мареной, выхватившей из ножен клинок.

— А что в этом плохого?! — задорно выпалила за моей спиной девушка и открыла огонь из револьверов.

Пули угодили точно в голову, как будто вывернутого наизнанку человеку. Его рёбра красовались снаружи, а внутри этой костяной клетки белела кожа, скрывающая внутренности. Кровь же оказалась голубой, как, сука, у самых породистых аристократов, любящих говорить, что у них голубая благородная кровь.

Тварь взмахнула длинными конечностями, крутя простреленной Мией башкой, а затем завалилась на людской труп и сдохла, испустив жалобный скулёж.

Примерно такой же звук издала худая как щепка тварь с внешностью косматой старухи, когда Апофис дохнул на неё чёрным пламенем. От той остался лишь обезображенный труп с торчащим изо рта нитевидным языком. Через него она высасывала кровь из человеческого тела.

Однако кое-кто всё-таки успел насладиться людской плотью…

Жабоподобная тварь с прозрачной кожей успела целиком заглотить ещё живого воина. Он проскользнул по её пищеводу и очутился в громадном желудке, где его принялся быстро разъедать сок, оказавшийся мощнее серной кислоты. Полумёртвый мужчина мог лишь беспомощно скрести пальцами мутные стенки желудка.

— Сдохни! — выпалила Марена, бросившись на это чудовище.

Она приголубила его мечом, но клинок лишь оцарапал прозрачную кожу твари.

И подобных фантастических монстров кругом было более чем достаточно.

К примеру, на меня напал трехглазый урод, напоминающий серокожего огра, в вонючей набедренной повязке и с едва не волочащимся по земли животом.

Вот в его пузо-то я и швырнул «взрыв энергии». Тот разорвал его, выпустив наружу потоки желчи, дёргающихся личинок и полупереваренные трупики мелких животных.

— Покойтесь с миром, — бросил я останкам сожранных зверей и метнул взгляд в сторону Древнего.

Тот казался островком спокойствия в этой безумной схватке, где шелест магии смешался с рычанием, завыванием и чавканьем монстров, грохотом выстрелов и хлопаньем драконьих крыльев.

Осьминогоголовый без суеты, всё так же паря над землёй, поворачивался в сторону несущихся на него чудовищ и применял нечто такое, что я бы назвал усиленной версией «телекинеза». Он с помощью данной магии швырял в противников камни, ветки и даже комья земли, придавая всему этому ошеломительную крепкость. Такие снаряды прошивали тела монстров, как гнилую бумагу.