Чтение онлайн

— Пойдём, — проговорил я и устремился за нашими спутниками.

Мы с Мареной быстро догнали их и всей группой пошли по лесу.

Видимо, выглядели мы довольно устрашающе, поскольку на нас так никто и не напал, хотя «крокодилы» с крыльями кружили неподалёку.

Более того, и через гору мы перемахнули без проблем, идя по той же тропке, что привела нас в сюда.

А вот кони нас не дождались. То ли сами оборвали упряжь и свалили в конский рай, то ли их кто-то уже успел прихватизировать. Скорее всего именно второй вариант, поскольку упряжь, похоже, была обрезана.

Посему дальше нам пришлось двигаться пешком, хотя Мия шёпотом предложила мне впрячь в карету Апофиса. Но я отказался, прекрасно понимая, что дракончик скорее её саму впряжёт в карету, чем станет подобием лошади.

Однако злопамятная Мия ещё не раз припоминала моё решение, пока мы спускались по дороге с гор в джунгли, поскольку с каждым метром ей всё тяжелее было идти. Она жаловалась то на натёртые ноги, то на усталость, то на влажность и жару, снова воцарившиеся вокруг нас.

А к вечеру на нас и вовсе налетела целая туча разнообразной мошкары. Всех её представителей роднило одно: они жаждали отведать нашей кровушки.

— Нет, надо сделать привал, — в какой-то миг проговорил я, окинув внимательным взором своих спутников с потухшими от усталости глазами.

Кажется, даже Апофис ковылял с трудом. Мия же и вовсе сразу после моих слов повалилась в заросли, растущие по бокам дороги, бегущей через джунгли, укрытые густым вечерним сумраком.

— Ладно, — нехотя согласилась Марена и облизала пересохшие губы. — Но только пару часов, а потом снова в путь.

— Отлично, — кивнул я, уже заметив за деревьями подходящую полянку.

Там я сгрузил на траву Сварога и потёр ноющее плечо, а остальные развалились вокруг, видимо, предоставляя мне возможность заняться костром.

Я взялся за костёр и куда быстрее Мии разжёг его, специально добавив влажных веток, дающих густой дым. Он прекрасно отпугивал насекомых. Благодаря этому мы смогли без назойливых кровососов улечься на траву. Я расположился прямо возле костра, глядя на танцующее сердито шипящее пламя. Апофис, Марена и Древний устроились ближе к лесу подле Сварога.

Мия же вдруг подошла ко мне и уселась рядом, мазнув взором по ярким южным звёздам, блеснувшим на небосводе.

— Я вот так в последний раз ночью сидела возле живого огня, когда дом соседа горел, — произнесла смуглянка и хихикнула, обхватив колени руками и положив на них подбородок.

— Не удивлюсь, если ты его и подожгла.

— Нет, это была не я, — проронила та и внезапно спросила, глядя на меня большими глазами, отражающими свет костра: — Как ты думаешь, мы вернёмся в свой мир?

— Конечно, — проговорил я. — У меня есть одна отличная черта — всё доводить до конца.

— Замечательно, — улыбнулась она и бросила взгляд на наших спутников.

Те, кажется, уже спали. Апофис точно похрапывал и слегка дёргал во сне задней лапой, то ли убегая от кого-то, то ли наоборот, жестоко раздирая.

Марена вроде бы тоже спала, даже не сняв с себя костяной доспех.

— Может быть, и тебе стоит вздремнуть? — предложил я Мие.

— Нет, что-то не хочется в такую ночь спать, — произнесла она и снова посмотрела на небо, где проступила бледная полная луна.

— Ах да, ты же оборотень, — вспомнил я. — Неужто тянет обратиться?

— Есть немного, — призналась она.

— А как ты вообще стала оборотнем? — поинтересовался я, полулёжа опершись локтем о землю. — Тебя кто-то обратил или ты истинный оборотень, то бишь твои родители или один из них были оборотнем?

— Мой отец — истинный оборотень, — сухо произнесла она и отвела взгляд. Затем, подумав немного, добавила: — Он изнасиловал мою мать, а затем сбежал. Но ей повезло, хотя бы не убил. Ведь на её месте многих беззащитных женщин убивают. Спустя девять месяцев появилась я, и матушка не питала особой любви ко мне. Она ненавидела меня, постоянно повторяя, что я плод насилия. И я… — она сглотнула ком, вставший в горле, — и я, достигнув пятнадцати лет, чуть сама не стала жертвой насильника. Просто повезло, что я сумела удрать. Всё это взрастило во мне желание стать сильной. Потому я и стала служить Маммоне. Я пошла во тьму, чтобы обрести знания.

Я хмыкнул, глядя на девицу. А та порывисто встала и быстро отошла к кромке джунглей.

Врёт? Играет, пытаясь разжалобить меня? Или всё это правда? Вот так и не скажешь…

Мия по-прежнему не смотрела на меня, а стояла, глядя во тьму, шевелящуюся среди деревьев. Внезапно она стала медленно раздеваться. Сперва показалась изящная обнажённая спина, потом подтянутые ягодицы и стройные ножки.

Смуглянка сложила одежду горкой на траве и полуобернулась ко мне, из-за чего свет от костра добрался до её качнувшейся правой груди.

— Пожалуй, разомнусь, — с весёлой улыбкой бросила она мне, словно ничего и не произошло, не было никакой душещипательной истории из её прошлого.

— Осторожнее, — буркнул я.

— Ты обо мне тревожишься? — с наигранным удивлением вскинула она бровь.

— Ага. Кто же будет разводить костёр, ежели я вдруг геройски помру?

И хоть шутка получилась донельзя примитивной, смуглянка всё равно запрокинула голову и посмеялась, а затем плавным движением ступила во тьму, где практически сразу же шелест её ног сменился на практические бесшумные кошачьи шаги. Кажется, я даже разглядел мелькнувший в зарослях чёрный силуэт крупной хищной кошки. Пантеры, вероятно.

— А что-то всё-таки в ней есть, — проговорил я себе под нос и швырнул в костёр мелкую веточку. Тот сердито плюнул языком пламени и затанцевал от налетевшего тёплого порыва ветерка.

Апофис что-то пробормотал во сне, но глаза не открыл, так и продолжал мирно сопеть ещё пару часов.

Первой из этой троицы проснулась Марена. Она приняла сидячее положение, протёрла живой глаз, огляделась и хмуро спросила у меня:

— А где эта блоха Мия?

— Сожрали её, пока вы спали. Налетело какое-то крылатое чудовище, схватило её и унесло.

— Правда? — с надеждой выдохнула богиня смерти, сразу же скинув с себя остатки сна.

— Конечно же нет. Перестань верить в сказки и чудеса. Ну разве бы её схватило какое-то подлое страшное создание? Да нет же, конечно. Они бы обнялись да пошли вместе пакостить, — с улыбкой произнёс я.

Марена нахмурилась и расстроенно буркнула:

— Так она жива… Но где же она?

— Да где-то здесь, по лесу шарится.

— Я тут, — вышла из джунглей обнажённая смуглянка. — Уже соскучились?