ЖАНРЫ

Ломбард Проклятых душ. Книга первая
Шрифт:

– Как я могу узнать о судьбе одного пациента, который умер тут много лет назад?

– А вам зачем?
– удивился он.
– Раз много лет назад, то вам в архив надо, а чтобы туда попасть, нужно разрешение на допуск.

– Поймите, я не могу ждать - у меня...у меня космический корабль. На носу командировка на другую планету. И к тому же я в столице проездом, - врала Людмила.
– Не знаю, когда попаду еще раз.

– Эх, - работник регистратуры огляделся и заметив, что за девушкой больше никого нет, сказал: - Попробую вам помочь. Как звали этого пациента?

Петров Захар.

– Петров Захар, - набирая его имя на клавиатуре, произнес работник регистратуры.
– А отчество?

– Отчество...? Отчество... Я не помню, к сожалению.

– Что?
– мужчина нахмурился.
– Раз не помните, зачем вам это надо знать? Я думал, вам нужна информация о родственнике. Не задерживайте меня в таком случае! Пока никого нет, я хотел чайник поставить.

– Подождите! Подождите! Посмотрите, пожалуйста... Ну, там... Там, где вы хотели... в базе...? Может быть, он один такой - Захар Петров? А если нет, то методом исключения...

– А если их сто пациентов было, с таким именем?
– сердился молодой человек.
– Так и будем "методом исключения" до вечера искать...? Ну, ладно уж! Васька, - повернув голову, крикнул он кому-то, - включи чайник - я не могу.

В душе Люды все затрепетало! Неужели повезет?! Неужели он, и в самом деле, поищет в базе данных ее отца, и ей не придется ждать этого допуска в архив...?!

– Ну, вот их тут три Петровых Захара: Иванович, Витальевич и Григорьевич... Какой вам нужен? Год рождения-то помните, наверное?

– Нет...

Тот нетерпеливо вздохнул:

– Ну, примерно!

– Даже примерно не помню...

– Ох...! Извините, но я пойду!

– Стойте!
– остановила Люда и, кое-как найдя в себе силы, прошептала, чтобы никто кроме них не слышал: - Он был мужем Петровой... Может быть, знаете, как его звали полностью?

– Петровой? Ну, понятно, что, либо муж, либо сын Женщины с такой фамилией, - но тут, кажется, до молодого человека что-то начало доходить: - Это не Петрова ли Алевтина...? Не мэр ли бывшая?

– Она самая...

Слова прилипли к горлу, и Люда была готова услышать сейчас все что угодно.

– А вам зачем знать? Кто вы им?

– Я... Я... Родственница ее мужа. Дальняя племянница...

– Дальняя племянница? Ага, так я вам и поверил! Вы, наверное, журналистка!

– Да...
– делая вид, что ее раскрыли, и ей приходится сознаваться, ответила Людмила.
– Журналистка. Но у меня удостоверения нет - я забыла его в отеле.

– Ну, ничем не могу помочь! До свидания!

– Но... Но вы же обещали помочь! Поймите - я в безвыходном положении!

– Ничего не знаю! Я думал, вы родственница, - вставая, заявил молодой мужчина.

– Но... Войдите в мое...

– Вам повезло! Вон идет Анна Леонидовна - главврач. Попробуйте к ней обратиться.

Наверное, ему просто хотелось свалить навязчивую незнакомку на голову кого-то другого, чтобы кто-то другой, а ни он, объяснял, уговаривал, отваживал. Девушка обернулась и увидела высокую темноволосую Женщину во врачебном халате.

– Представьте меня ей.

– Ооооох! Ну, идемте!

Молодой человек вышел из дверцы в стене регистратуры, предупредив, что уходит все того же Ваську, и они вдвоем с Людой поспешили догонять врача.

– Анна Леонидовна, вот эта девушка хотела бы поговорить с вами.

– Да, - кивнула она, - если у вас, Анна Леонидовна, есть на то время.

– А что случилось?
– удивленно взглянув на девушку, спросила Женщина.

Людмила с мольбой взглянула на работника регистратуры, и тот, поняв ее немую просьбу, с неким недовольством объяснил врачу за нее:

– Анна Леонидовна, вы ведь много лет назад были лечащим врачом Петрова Захара Витальевича?
– и та кивнула, не в силах срыть свое изумление и даже страх.
– Так вот, эта девушка хочет знать о его судьбе!

– О его судьбе? Все знают, что он умер.

– Да, но я бы хотела знать подробнее.

– А зачем?

– Анна Леонидовна, я говорил этой девушке о разрешении доступа в архив, но...

– Я - его дочь!
– одним лишь взглядом прервав речь молодого работника регистратуры, неожиданно созналась "эта девушка".

– Что?!
– в шоке воскликнули те хором и даже отшатнулись.
– Дочь?!

Глава 26

Клятва

– Вы его дочь?
– прошептала Анна Леонидовна.
– Так вы Петрова? Дочь той самой Петровой?

– Великая Ирлинда утверждала, что дети свободны как от воли, так и от преступлений своих родителей.

– Я понимаю...
– пролепетала врач.
– Но пойдемте, девушка, поговорим...

Они прошли по коридору и вошли в кабинет на этом же, первом, этаже, со стенами светло-фисташкового цвета. Старые, деревянные оконные рамы, с облупившейся покраской, облезлые ветви деревьев за стеклом, раздвинутые, пыльные, потрепанные шторы - все это производило гнетущее впечатление. Еще и больничный кабинет: что же не прибрались? Поэтому возникали странные ассоциации с какой-нибудь заброшенной психушкой в каком-нибудь городе-призраке.

– Присаживайтесь, пожалуйста, - дрожащим голосом предложила Люде Женщина. Видно было по ней - та пребывала в шоке.

– Спасибо...

Они сели за стол в обычном кабинете врача с кушеткой, раковиной для рук, полками с толстыми папками... И казалось, что это обычный доктор и пациентка, но то было совсем не так.

– Что вы хотите знать?

Люда сосредоточенно глядела на желто-коричневый узор "под паркет" на линолеуме, не зная, как сказать, не зная, с чего начать, не зная, где взять силы, чтобы успокоиться. Женщина терпеливо ждала, и наконец девушка тихо проговорила:

Поделиться с друзьями: