Чтение онлайн

– Ничего...

Что говорили потом Анджей не слушал. "У него уже есть девушка..." - звучали в его ушах ее слова. Ничего, кажется, в них нет такого. Вроде бы Людмила даже поступила так, как могла бы поступить верующая девушка - признать свою вину и попросить прощение у ближней. Вроде бы он вообще должен был возрадоваться, но почему-то сей факт не радовал Анджея. А если бы Стеша не полезла драться? Если бы то, что Дима не свободен, скрылось бы? Что тогда, Люда? Что тогда? Тогда бы ты попробовала завоевать его сердце? Да? В глазах Анджея потемнело, и он медленно сполз по стене на пол.

– Анджей!
– воскликнул Богдан и бросился к нему.

– Анджей!
– вскричала Люда, - Люб...Любимый сын Элоизы!

Она тоже кинулась к нему и, мягко устранив Богдана, приподняла его голову. Кинулись и все остальные, и только что вошедшие Дима с Наилем - тоже.

– Прости...
– прошептала Люда, не обращая ни на кого внимания.

Юноша медленно открыл глаза.

– Все в порядке...

– Анджей... !
– раздвигая людей, к нему кинулся Дима, он тут же упал на колени и взял его за руку.
– С тобой все в порядке?

– Все, - улыбнулся друг, - Наверное... Наверное, это голодный обморок. Я.... Я на диете!

Люда с раскаянием глядела на него, сама не зная почему, испытывает чувство вины. Ей нравилось дразнить его почему-то, как школяру.

Встретив взгляд Люды, полный боли и стыда, Анджей на миг даже растрогался... Но... этой девушке, кажется, нравилось задирать его. Евгения Александровна подала ему руку, и он встал. Единственное, что ему хотелось, это - убежать, и больше никогда не видеть ее...

Глава 22

Счастье и боль любви

– Откроют дверь в мою темницу,

Когда придет на то пора...

Начну с тобою новую страницу,

С обезьянника уйдя двора.

И я приду, любимой мой, родной!

Забуду тусклый свет неволи,

Я подружусь с своей судьбой,

И ты забудешь слезы боли

Такая бездарная блатная песенка раздавалась из пешеходного перехода, когда к нему, держась за руки, направились Стеша и Дима. Уличная певица с тоской проводила их взглядом, а ее коллега, более успешный, чем она, даже не приостановился.

Почему-то ей вспомнился старый-старый фильм о стриптезерше, наверное, последний фильм, снятый в ту эпоху, когда Женщины считались слабым полом...

Оборвав свою блатную песню, побирушка-музыкантша тронула пальцами струны гитары и запела тоненьким голосочком:

Я помню, дождь за окном,

Я помню лунный свет,

Но это было так давно,

Когда мне было двадцать лет.

Мы с тобой, политые дождем,

Бежали по мокрой мостовой,

Нам было так хорошо вдвоем,

Но теперь тебя нет со мной.

Растает снег в моей душе

И со слезами убежит.

Портрет поблекнет в витраже

И память снова обнажит.

И дождь обманом вымоет стекло,

Как будто б время не текло,

А я же остаюсь, как прежде той,

Обманчиво назвав себя звездой!

Я ночью в танце вновь и вновь.

Здесь все как прежде - как тогда,

Застыли память и моя любовь,

И ложь, что я - звезда!

Я помню, ты сказал, что я звезда!

Ни смысл, а голос этот берегу я!

Мне шепчет по мостовой вода,

Что я еще - твоя!

Растает снег в моей душе

И со слезами убежит.

Портрет поблекнет в витраже

И память снова обнажит.

И дождь обманом вымоет стекло,

Как будто б время не текло,

А я же остаюсь, как прежде той,

Обманчиво назвав себя звездой!

Дмитрий и Стеша даже не обернулись - они были настолько поглощены друг другом, что ни на что не обращали внимания. Они обожали друг друга.

После успешного концерта прошло уже несколько дней, но все в Эльмирграде только он нем и говорили.

Влюбленная пара вошла с черного входа в пельменную "У Клары". Стеша хорошо знала хозяйку, и их впустили не через парадные двери, чтобы к Диме никто не приставал.

Они уединились в дальнем уголке. Скромная, милая обстановка... Столик заливало золотистое сияние свечи. Из-за фасона подсвечника, сделанного под тюльпан, с резными лепестками, на белой клеенчатой скатерти появились красивые узоры. Дмитрий смотрел в полные любви глаза своей девушки и ощущал себя в раю.

Стеша не могла и сама поверить своему счастью - он простил ей ее выходку на концерте.

– Ты так прекрасен...

– Спасибо, - улыбнулся юноша.

– Митраша, - она протянула руку и нежно накрыла его пальцы ладонью, - я и мечтать не смела, что такой юноша, как ты, будет со мной. Помню, когда увидела тебя впервые, мое сердце подскочило в груди. Наверное, это была любовь с первого взгляда.

– Стешенька, - Дима таял от счастья, - ты меня тоже покорила с первой секунды знакомства.

– Я люблю тебя, обожаю!
– воскликнула она так, что присутствующие в зале стали озираться в поисках того, кто кричит.
– Смысла жизни у меня не останется, если я уйду...
– Стеша перешла на шёпот, - Люблю... Не дышу, когда ты далеко.

– Стешенька... Я люблю тебя. Мне так повезло, что у меня такая девушка.

– Нет, это мне повезло. Знаешь, в те минуты, когда ты рядом, я готова, как глупая эккеновка, поверить в бога... Не могу поверить своему счастью, что ты со мной...

Девушка неожиданно встала, порылась в кармане, волнительно и так вдохновенно, а затем так же неожиданно упала на одно колено перед Димой. Она протянула ему бархатную коробочку...

– Ой, забыла, - покраснев как роза Новой Венеры, смущенно сказала она и, открыв футляр, протянула его юноше.
– Я прошу тебя, будь моим мужем.

– Да! Да!
– воскликнул Дима, обрадованно.
– Стешенька, как я счастлив!

Она поднялась с колен и нежно обняла любимого. Их губы встретились в прекрасном поцелуе, и ни его, ни ее совершенно не волновало, что это неприлично. Они обожали друг друга.