Лорд умер. Да здравствует Лорд!
Шрифт:
Гремлины задумались. Морду шута Йокуса, скрывающегося в ногах хозяина, скривило неимоверное умственное напряжение.
– ТАК, Я СПРАШИВАЮ? – повторил Лорд.
– Так. Так. Да… Логи-че? Да, да. Так. – согласились гремлины.
– СООТВЕТСТВЕННО КАЖДЫЙ, КТО НАХОДИТСЯ НА МОИХ ЗЕМЛЯХ, ПОДЧИНЯЕТСЯ МНЕ, ТАК?
– Так. Да. Так, так.
– ВОТ И ПОЛУЧАЕТСЯ, ЧТО ТЫ, СМЕРТНЫЙ, СТОЯ НА КОЛЕНЯХ ПЕРЕД МОИМ ТРОНОМ, В МОЕМ ЗАМКЕ И НА МОЕЙ ЗЕМЛЕ – ПОДЧИНЯЕШЬСЯ АККУРАТ МНЕ. ТАК?!
– Та-ак! – вскричал зал. – Да-а! Та-ак! – раздались аплодисменты.
Лорд Ужаса смущенно закивал, пока низкорослая толпа восхищалась его экстраординарным интеллектом. Он поднял железную руку, нехотя призывая гремлинов к порядку.
Вдруг человек воспрял.
Зубасто-ушастая армия синхронно сделала шаг назад и застыла. Гиббос же, будучи прожженным перфекционистом, выхватил песочные часы и принялся отсчитывать секунды гнетущего безмолвия. Через триста сорок пять упавших песчинок Лорд Ужаса произнес:
– НУ, СМЕРТНЫЙ, ЖЕЛАЕШЬ ЧТО-НИБУДЬ ДОБАВИТЬ? БЫТЬ МОЖЕТ, ТЫ НЕ СОГЛАСЕН С НАШИМИ ЗАКОНАМИ? С МОИМ БОЖЕСТВЕННЫМ ПРАВОМ УПРАВЛЯТЬ, ДАРОВАННЫМ МНЕ ВЕЛИКИМ КОСМОСОМ? ЕСЛИ ТАК, ТОГДА МИЛОСТИ ПРОСИМ, ВАС ЗДЕСЬ НИКТО НЕ ДЕРЖИТ. ДОРОГУ ДО ГРАНИЦЫ ПОКАЗАТЬ? ИЛИ ЖЕ…
– Хватит! – воскликнул человек, обрезав Лорда на полуслове. Обрезав. Лорда. На полуслове.
Гремлины потрясенно охнули, с любопытством рассматривая чужака. Даже Гиббос снял круглые очки и заставил свою каменную физиономию практически нахмуриться.
– Бесконечно долго мир живых страдал от твоей тирании! – продолжил человек с еще большим воодушевлением. – Пора положить конец веку ужаса и террора! Ты падешь от моей руки, чудовище, и не жди пощады! Я вызываю тебя… на дуэль!
«Эль…»
«Эль…»
«Эль…»
Исторгнутые пленником слова воспарили к сводам тронного зала, медленно растворяясь в воздухе и предлагая всем присутствующим как следует над ними поразмыслить. Гремлины замерли в ожидании, аккуратно поглядывая в сторону трона: на ведущие к нему ступени, ну или в крайнем случае на железные сапоги Лорда – но не выше!
– ХЕХ! – послышался смешок Владыки. Дребезжащий, гулкий, порожденный слиянием гордости и скуки. – ХЕ-ХЕЕ-ХЕ. АХАХ! АХА-ХА-ХА-ХА!
Глаза шута Йокуса засверкали. Во всем подражая хозяину, гремлин тут же повалился на спину и дико захохотал.
– АХА-ХА-ХА! – продолжал Лорд, держась за живот.
– Уху-ха-ха! – подхватили маленькие воины, выставив на показ гнилые пасти и шершавые языки.
– АХА-ХА-ХА! – Владыка неуклонно сползал с трона.
– Ихи, Ихи-хи-хи-хи! – вторили ему гремлины, строй которых утратил вид круга и превратился в причудливую кляксу.
От стыда и гнева человек покраснел. Несмотря на тошноту и дрожь в теле, он тотчас же понял, что в установившемся ха-хаосе на него никто не обращает внимания. Примерно в тот же момент посол Малус, стоящий позади человека, тоже понял, а точнее очень чутко ощутил, прямо-таки почувствовал, что чей-то острый крепкий локоть врезался в его грудь.
– Босс… – засипел Малус. – Бо-осс…
Ловко и уверенно, человек сшиб еще одного гремлина, схватил упавший меч и бросился к трону. Раздался звенящий лязг стали о сталь, а затем страшный, животный крик.
– К оружию! К оружию! – заревел Таурус, опустив забрало.
Кое-как гремлины сформировали строй, развернулись и… и увидели скатывающуюся по ступеням голову, тело которой стояло на коленях – в багровой и стремительно расползающейся луже крови.
Глава II
Черный замок спал. Большинство гремлинов, не считая ночных стражей, мирно посапывали. Им снилось всякое: жареные куриные ножки в чесночном соусе, горы золота, новости об изобретении гормона роста, универсальные ботинки-ласты, снова горы золота… Но чаще всего они видели образы гремлинш, то есть гремлинов женского пола, присутствие которых в замке было недопустимо по четкому приказу Владыки.
Сам Лорд Ужаса уснуть не мог – ни сегодня, ни вчера, ни в любой другой день после своего внезапного появления на свет. Сны, как он сам любил выражаться, попросту обходили его стороной, опасаясь конфронтации с по-настоящему могучим интеллектом. Вместо временной смерти Владыка предпочитал медитацию: те же бенефиции, но меньше хлопот!
Ноги и руки Темного Властелина касались пола. Укрытый прикипевшей к телу броней, обходясь без одеяла, он лежал на кровати и разглядывал потолок.
– Ц! – звучно посетовал Лорд, отпугнув наползавшую тишину. С явным недовольством он скрестил руки и повернулся на бок. Затем снова на спину. Кровать мысленно попросила больше так не делать.
– Ц! – повторил Владыка, выражая негодование существа, прожившего несколько столетий.
Что-то не давало Лорду Ужаса расслабиться. Какая-то мелкая, дрянная мыслишка, проникшая в его голову через гипотетическое ушное отверстие и теперь смакующая его мозги, довольно улыбаясь и причмокивая.
«На дуэль…» – подумал Владыка. – «Тоже мне, герой нашего времени. Ну а теперь что скажешь, м? М?! Правильно, ничего! Ты труп, да еще и обезглавленный!»
Черное отверстие в шлеме Лорда Ужаса беззвучно взирало на не менее черную пустоту. Владыка ударил по кровати и насупился, походя теперь на обиженного трехметрового ребенка.
«Век ужаса и террора. Вот же выдал… Интересно, он всегда так пафосно говорит? Говорил. Как-то все быстро закончилось. Антиклиматичненько… И на что я, собственно, рассчитывал? Ох, да плевать! Плевать! Нашел о чем думать… Постарайся сфокусироваться и представить что-нибудь интересное. Например… птиц. Да, птиц я люблю. Вот я в саду, а вокруг летают эти хрупкие ангелочки и, и… Тьфу! Как же все надоело…»
– БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА, СКУКА! – воскликнул Лорд вслух, отчего ползающие по стенам членистоногие попадали и тут же бросились по углам.
– Владыка, с вами все хорошо? – пискнул гремлин-страж из-за двери.
– И ВЗДУМАЛОСЬ ЖЕ ЭТОМУ ИДИОТУ НАРУШИТЬ МОЙ ПОКОЙ! И СКОЛЬКО НАГЛОСТИ. И КАКОЙ АПЛОМБ! ОХ…
– Вы это мне, Владыка? Прошу, повторите. Я не расслышал.
– ПОШЕЛ ПРОЧЬ, ДУРАК! НЕ С ТОБОЙ ГОВОРЯТ!
– Владыка?..
– ПРОЧЬ, Я СКАЗАЛ! – громыхнул Лорд Ужаса, да так, что подпираемая гремлином железная дверь вылетела из петель и устремилась в конец коридора под едва слышимое «а-а-а…».
Владыка рухнул обратно на кровать. Кровать, в свою очередь, отчаянно заскрипела и поклялась, что если еще раз, если хоть один раз Он… Словом, следующего раза не будет. В такой вот атмосфере безысходности, скуки и деревянного презрения Лорд Ужаса пролежал до самого утра. Грузно поднявшись, он пришел к выводу, что ему необходимо как-нибудь развеяться. Например, довести кого-нибудь до слез…
***
– Гиббос, смотри, я забрался на самый верх! – воскликнул шут Йокус. Его разноцветные и вечно мокрые, как у больной собаки, глаза отражали блеск золотых холмов, заполонивших просторное замковое хранилище практически до потолка.
– Да-да, – безучастно ответил горбатый гремлин. С умным видом он изучал встречающиеся иногда драгоценные камни и что-то записывал.
– Гиббос, я на самом верху! Как здесь высоко… Ой-йой, – шут балансировал на одной лапе у самого края. Колокольчики на его фиолетово-зеленой шляпе тоскливо позвякивали.