Чтение онлайн

Тут они услышали топот, и перед ними предстал Граммофон. Похоже, с тех пор, как они расстались, на его долю выпало немало приключений, ибо полировка на столике потускнела, а на дереве появились трещины и царапины, придававшие музыкальному ящику малоприятный вид.

– Господи!
– воскликнул Оджо, не спуская глаз с Граммофона.
– Что с тобой приключилось?

– Ничего особенного, - отвечал тот унылым, печальным голосом.
– После того как мы расстались, в меня швыряли такое количество предметов, что их хватило бы на хороший универмаг.

– Тебя поломали и ты больше не можешь играть?
– спросила Лоскутушка.

– Нет, я по-прежнему могу услаждать слух окружающих прекрасной музыкой. Как раз на мне сейчас отличная пластинка, - сообщил Граммофон, явно повеселев.

– Плохо, - заметил Оджо.
– Против тебя как машины мы ничего не имеем, но вот то, что ты - машина музыкальная, нас сильно огорчает.

– Зачем же, по-твоему, меня вообще изобрели?
– обиженно спросил тот.

Все стали вопросительно переглядываться, но никто не знал ответа на этот каверзный вопрос. Наконец Косматый сказал:

– А я бы послушал, как играет Граммофон.

– Все это время мы были очень счастливы...
– вздохнул Оджо.

– Понимаю. Но отдельные мелкие несчастья позволяют особенно ценить счастливые минуты. Скажи-ка, друг Фонни, что за пластинка на тебе?

– Популярная песня. Во всех цивилизованных странах люди от нее без ума.

– Значит, она превращает людей цивилизованных в людей безумных? Но это же опасно!

– Они без ума от радости, - поспешил пояснить Граммофон.
– Послушайте. Вы будете в восторге. Благодаря ей ее автор стал богатым человеком. Называется она "Моя Лулу".

И Граммофон заиграл. Сначала послышались прерывистые, причудливые аккорды, а затем мужской и весьма гнусавый голос запел:

Я люблю свою Лулу.

Как ночь, черную Лулу!

Для меня она

Во всем мире одна-а-а!

– Эй, прекрати сейчас же!
– закричал Косматый, вскакивая на ноги. Что это за безобразие?

– Это самая модная песня, - угрюмо отозвался Граммофон.
– Страшно популярная!

– Популярная?

– Ну да. Из тех, слова которых запоминают даже слабоумные, а мотив могут пропеть или просвистеть и те, кому медведь на ухо наступил. Потомуто такие песни и популярны. Настанет время, когда они вытеснят все прочие.

– Пока, к счастью, время это еще не настало, по крайней мере у нас, сказал Косматый суровым тоном.
– Я и сам немного пою и не потерплю, чтобы меня брали за горло темные личности вроде Лулу. Сейчас я разберу тебя на части, господин Фонни, и разбросаю их по лесам и долам этой страны во спасение тех, кого ты можешь повстречать, если тебе и впредь будет позволено разгуливать на свободе. Исполнив этот тяжкий долг, я...

Но не успел он докончить фразу, как Граммофон сорвался с места и стал улепетывать прочь. Вскоре он исчез из виду. Косматый снова сел на траву. Вид у него был довольный.

– Кто-то другой, похоже, выполнит за меня разборку Граммофона, - усмехнулся он, - ибо такой музыкальный ящик вряд ли долго протянет в Стране Оз. Как отдохнете, друзья, давайте пойдем дальше.

Путешественники шли по диким, безлюдным местам. Поля не обрабатывались, да и за дорогой из желтого кирпича никто не присматривал, отчего выбоины попадались все чаще и идти было нелегко. По обеим ее сторонам рос низкий колючий кустарник, потом стали попадаться большие камни и скалы.

Но Оджо и его друзья продвигались к цели, за шутками и веселым разговором забывая тяготы пути. К вечеру они пришли к скале, из которой бил прозрачный родник. Рядом стояла заброшенная хижина. Косматый остановился и сказал:

– Пожалуй, стоит остановиться на ночлег здесь: тут и крыша над головой, и вода. Дальше дорога будет неважной, и главные трудности у нас еще впереди. Так что давайте переждем до утра.

Так и решено было сделать, и Оджо, отыскав в хижине хворост, развел в очаге огонь. Это привело в восторг Лоскутушку, которая принялась танцевать перед очагом, пока Оджо не предупредил ее быть повнимательней и не поджечь себя. После этого Лоскутушка стала держаться на почтительном расстоянии от огня. А Вузи улегся перед самым очагом, словно большая собака, и наслаждался теплом.

На ужин Косматый съел очередную таблетку, но Оджо предпочел подкрепиться хлебом с сыром, угостив и Вузи.

Наступила темнота, и путники сели в кружок у огня на полу - мебели в хижине не было. Оджо попросил Косматого:

– Вы нам не расскажете какую-нибудь историю?

– Я не мастер рассказывать, - услышал он в ответ, - но зато я пою, как птичка.

– Как ворона?
– осведомился Стеклянный Кот.

– Как певчая птица. Сейчас я попробую это доказать. Я спою вам песню собственного сочинения. Только никому не говорите, что я поэт, а то от меня потребуют, чтобы я написал книгу. И не рассказывайте, что я пою, а то меня заставят напеть пластинку для этого кошмарного Граммофона. На это у меня нет времени. Лучше я спою эту песенку для вас.

Я спою песню о волшебной Стране Оз,

Где полно людей, зверей, фруктов и роз,

Где живут волшебники и чудеса творят,

Но жители спокойно об этом говорят.

Страной правит Озма, юная прелестная фея,

Добро любя и зло покарать умея.

Она умна и справедлива,

И подданные ее живут счастливо.

Ее друзья - Дороти из Канзаса,

Где чудес немного, зато проблем масса,

А также Страшила, сделанный из соломы,

Но у него ума палата или же хоромы.

И знаменитый Железный Дровосек,

Добрым сердцем прославившийся навек.

Профессор Кувыркун - вроде бы просто жук,

Но он сильно увеличен и науки друг.

Джек Тыквоголовый выращивает свои головы в огороде

И, как и Деревянный Конь, любим во дворце и в народе.

Трусливый Лев всегда от страха дрожит,

Когда на врагов громогласно рычит.

Может, ему и не хватает отваги,

Но его подвиги не описать на бумаге.

Голодный Тигр мечтает съесть ребенка,

Но его кормят другой пищей - до отвала, как слоненка.

Механический человек Тик-Ток

Ходит, говорит, думает, если завести его впрок.

Я готов и прочих обитателей Страны Оз назвать,

Только как бы слушателям от этого не устать...

Упомяну лишь Желтую Курицу Биллину и девять поросят,

Что в золотом свинарнике сидят.

А теперь наш музей пополнился Котом из стекла,

Зверем Вузи и Лоскутушкой, что всех с ума свела.

Оджо так понравилась песня, что он громко захлопал в ладоши. Лоскутушка последовала его примеру, но ее набитые ватой ладони не издавали звуков. Кот затопал по полу своими стеклянными лапами - осторожно, чтобы не разбить их, а Вузи, который успел задремать, проснулся и спросил, что случилось.