Лоскутки Эверетта, или Заблудившиеся дети
Шрифт:
И вы уже видите волевой подбородок, два ряда сверкающих акульих зубов и искры, сыплющиеся из голубых глаз. Остановитесь и «не лезьте поперед батька в пекло». Размытая каревизна с зеленым оттенком и приторно-слащавое лицо, правда, на мощной шее – тут вы правы, во второй своей попытке.
Итак, я поднимался к нему. Двери лифта открылись. Я вышел, оглянулся, сделал два неуверенных шага, потому что почти сразу понял, что попал не на тот этаж. Да и огромная цифра «5» на стене у входа в лифт свидетельствовала об этом.
Я пожал плечами, усмехнулся и только хотел нажать на кнопку вызова, как у меня кто-то умыкнул лифт, причем прямо из-под носа. Рука с торчащим указательным пальцем так и замерла у пластмассового загоревшегося кружочка.
Ну что ж, мне не привыкать сбегать по лестнице на один этаж ниже своими ногами. И только я…
– Мужчина, отойдите в сторону.
Я отошел. Что-то очень громоздкое десяток пыхтящих людей поднимали по лестнице, загородив ее на всю ширину. Еле-еле.
– А на грузовом? – спросил я.
– А разбирать-собирать? – ответили мне. – Да наладь потом…
– А-а-а-а, – многозначительно протянул я, – оборудование…
– Знаете что? – несколько раздраженно сказал мне изрядно вспотевший мужчина в белом халате и очках. – Если не хотите ждать лифт, то спуститесь через боковой выход – прямо по коридору и направо.
– О’кей, – сказал я, – удаляюсь.
– И слава богу, – услышал я за спиной.
10. Я шел, а с левой стороны вместо стен и дверей в палаты шло сплошное стекло – от пояса и выше. За стеклом на специальных койках лежали люди, каждый с кучей трубок, шныряли медсестры, аппаратура мигала и что-то показывала.
– Реанимация, по-моему, – почему-то вслух произнес я, и в этот момент мой быстролетящий взгляд буквально натолкнулся на чьи-то открытые глаза, там, за стеклом, да так, что не смог сдвинуться дальше, словно приклеили. Нога, чуть не нарушившая равновесие тела, вернулась назад.
Эти глаза с мольбой смотрели на меня. Рука мужчины с трудом оторвалась от поверхности кровати и потянулась в мою сторону, а пальцы колыхнулись пару раз туда-сюда, будто приглашая меня подойти к нему. Я моргнул – а почему бы и нет, если просят. Может, действительно, что-то надо, и вообще… И пошел к двери, отодвинул створку…
– Вы к кому? – услышал я.
Передо мной выросла медсестра.
– А-а-а, простите, во-о-он к тому мужчине.
– Кто он вам?
– Э-э-э, друг, школьный, – соврал я. – Сема на месте! – помахал я ему рукой, продолжая игру.
– Ар-тем то-же на… на месте, – проскрипел он и улыбнулся, и закашлялся.
– Да тише вы, тише, – чуть ли не затыкая мне рот ладонью, прошипела медсестра. – И вообще, в каком вы виде? Почему не переоделись? У нас же… сами понимаете.
– Понимаю, понимаю, – многозначительно произнес я и сунул в ладонь девицы купюрочку, сжав ее пальцы. – Переоденусь, у вас, – подмигнул я ей.
– Ну, ладно, так уж и быть, пойдемте, подберем что-нибудь.
11. Мы зашли в ее кабинет, и я быстро облачился во все необходимое в таких случаях и набрал номер своего знакомого.
– Что ты так долго? – услышал я. – Шахматы расставлены. Я жду.
– У меня одно маленькое дельце. Я скоро буду. Не переживай, успеешь еще пару раз обставить меня.
– А ты где?
– Уже недалеко. Могу и забежать даже. Но тебя пару минут моего присутствия не устроят, я знаю. Так что…
– Хорошо, доделывай свое «дельце» делец, – хмыкнул он и отключился.
Медсестра подозрительно посмотрела на меня, но ничего не сказала.
12. Мы вошли.
– Ну, здорово, Артем, – тихо сказал я, памятуя указания, и легко похлопал незнакомца по руке. – Держишь хвост пистолетом?
– Держу, – улыбнулся он. – Видишь, стоит на полдевятого.
– Это как? – опешил я. – Впервые слышу.
– Свисает со стороны задницы.
Я чуть не разоржался, но вовремя спохватился, прикрыв рот рукой.
– Юмор на месте, значит, все будет хорошо, выкарабкаешься.
– А зачем?
– Ну-у-у… – неопределенно описал я рукой круг.
– Семен, – обратился он ко мне, – ты слышал про теорию Хью Эверетта третьего?
«Естественно, только вчера слышал, черт побери! Именно Эверетта, и именно третьего, да еще и Хью. Второй Эверетт-то другую теорию придумал, а первый – третью!» – Честно говоря, я не совсем понимаю, о чем ты, Артем.
– Это английский физик такой был. Он еще в 1957 году выдвинул теорию, где говорится, что Вселенная каждый миг расщепляется на бесчисленные параллельные миры…
– Ну, и…
– В каждом из таких миров реализуется один из возможных сценариев развития событий во Вселенной.
Вот смотри, если, например, в одном мире серый волк съел Красную Шапочку, то в другом параллельном мире он ее не ел, а в третьем Красной Шапочки вообще не было, а была только сказка о ней.
– И… так далее, – махнул я рукой вдаль.
– Да, и так далее, – улыбнулся Артем. – Ты… понял.
– Хм… В общем, все ясно, посмотрел я на него видимо подозрительно.
Он заметил и улыбнулся.
– Ты не думай, я не гоню, просто…
– Я думал, что тебе что-то нужно… Ты так смотрел на меня…
– Нужно.
– Что? – оживился я.
– Чтобы ты выслушал меня… Мне скоро конец, а…
– Ну-ну-ну, перестань, зачем так мрачно. Лежишь, говоришь…
– Я знаю…
– Да никто не знает…
– А я знаю…
– Артем, ты что, исповедоваться мне хочешь?
– Вроде того. И не только…
– А почему мне?
– Потому что так должно быть…
– Почему?
И тут я вспомнил, как ошибся этажом, как угнали лифт, как перекрыли лестницу, как направили меня… как… Боже!.. Как будто какая-то сила толкнула меня к этому человеку.
– Ты понял, почему? – улыбнулся Артем.
– Не совсем, но… Хорошо, я посижу с тобой… Знаешь, у меня один знакомый этажом ниже. Я, собственно, его проведать пришел, а тут лифт, этажом ошибся – кнопки-то рядом, вот и…
– Лифт, все правильно…
– Что правильно?
– Все правильно. Ты сходи, а я подожду. Еще есть время…
– Ой, какой молодец, – вмешалась в разговор уже знакомая медсестра. – И пульс в норме, и температура, и давление ничего. Значит, не зря ваш друг пришел. Но переутомляться нельзя, а то… Завтра, завтра приходите, – почесала ладонь медсестра.