Чтение онлайн

В четвёртой комнате царил полный беспорядок: стол перевёрнут, стулья разбросаны — словно там произошла серьёзная битва, и на противоположной от дверей стене бросался в глаза белый силуэт сидящего человека, вокруг забрызганный чёрной грязью, покрывавшей почти всю стену.

Лу Цзяньчи вошёл в комнату. На полу, словно какие-то чудища, валялись два чёрных плаща-накидки, усеянных щепками, один из них, особенно длинный, был продырявлен множество раз. У него дрогнуло сердце — чтобы так расщепить древесину, нужно атаковать с достаточной силой и яростью, если бы не впечатляющее мастерство ударов руками и ногами хозяина этой комнаты, сила нападавшего бы пугала, но кем же тогда был хозяин? Обведя взглядом комнату, он увидел, как “Ли Э-э” нагнулся и подобрал что-то с пола. Лу Цзяньчи зажёг запал, и при свете огня они вместе принялись рассматривать находку. Это была курильница для благовоний с глубокой, тонкой и прямой вмятиной, но не треснувшая.

— Это след от сабли или от меча? — спросил “Ли Э-э”.

Лу Цзяньчи слегка поколебался.

— Думаю, от меча. Сумевший оставить такой след на медной курильнице должен быть силён в боевом искусстве. Если даже такой мастер погиб здесь, то тайна постоялого двора потрясает воображение.

“Ли Э-э” улыбнулся.

— А вы, герой Лу, смогли бы оставить такой же след мечом?

Лу Цзяньчи хохотнул, сосредоточился и с шелестом извлёк из ножен длинный меч, клинок сверкнул и устремился к медной курильнице в руках “Ли Э-э”, тот вздрогнул от неожиданности, вскрикнул и уронил её на пол. Меч ускорился, со звоном ударил по курильнице, затем рукава Лу Цзяньчи взметнулись, и до того, чем вещица упала на пол, он молниеносно подбросил её и подхватил. На медной курильнице появилась ещё одна отметина параллельно первой, но чуть-чуть — на полфэня — глубже и длиннее на три цуня.

— Похоже, боевое мастерство хозяина почти такое же, как у меня. — Лу Цзяньчи тихонько вздохнул, он чувствовал, что приложил все силы, но медная курильница была очень прочной, будь она каменной, он расколол бы её пополам этим ударом.

“Ли Э-э” покачал головой.

— Отметина от его меча короче, значит, угол удара был меньше, чем у вас, и когда он ударил, курильница, скорее всего, находилась не в воздухе, что до силы удара, раз уж техника совершенно другая, то и результат иной.

Лу Цзяньчи кивнул, в душе похолодев: этот “Ли Э-э” так естественно говорил о фехтовании, закрадывалось подозрение, что он вовсе не простой книжник, бродящий по цзянху, неужели родич Ли Ляньхуа — втайне ещё один благородный герой?

“Ли Э-э” обернулся, увидел, что Лу Цзяньчи смотрит на него горящими глазами, оглядел себя со всех сторон и снова растерянно уставился на него.

— На что вы смотрите?

Лу Цзяньчи отвёл глаза и усмехнулся.

— Ни на что.

Переведя взгляд с лица “Ли Э-э”, он вдруг заметил, как за окном мелькнул белый силуэт, и резко вскрикнул:

— Кто там снаружи?

“Ли Э-э” тут же вытянул шею и увидел, что и правда, за окном с пронзительным воплем “Ли — и-и-…” пронёсся белый силуэт.

Меч Лу Цзяньчи засверкал подобно распускающемуся цветку лотоса, он мгновенно рванулся за окно и напал на белый силуэт.

“Ли Э-э” поспешно подбежал к окну — во дворе незвестный, будучи атакованным, застонал и замахнулся, оказывая сопротивление. Послышался звон удара меча о нефрит.

— Ли-и-и-цве-е-ет!.. — завопил белый силуэт.

Ещё до того, как странный крик затих, Лу Цзяньчи обрушил свой удар, и неизвестный резко умолк. Лу Цзяньчи закружил меч тремя цветками, между которыми нанёс больше десятка ударов, но раздался звон — к его удивлению, противник в белом один за другим сумел отразить каждый из них.

Лу Цзяньчи поразился — эта нечисть в белом явно владела боевым искусством, неужто и призраки тоже совершенствуются? Оружие в его руках очевидно было нефритовой флейтой.

Пока он колебался, белый призрак уже перевёл дух и разразился бранью.

— Проклятый Ли-цветочек! С ума сошёл?! Да что ты за демон такой!..

Потрясённый, Лу Цзяньчи молниеносно убрал меч и спросил:

— Вы…

Но этот “демон в белом”, худой как скелет, в парчовом платье и с яшмовым поясом, с нефритовой флейтой в руке, с сердитым лицом встал перед окном и принялся ругаться на “Ли Э-э”:

— Позвал меня приехать в это проклятое место за тысячи ли, а сам нашёл мастера, чтобы напасть на меня! За богатством охотишься?

— Ну… — виновато проговорил “Ли Э-э” — Я думал, это призрак повешенного в белом…

“Демон в белом” пришёл в ярость.

— Твою ж мать, кого ты призраком повешенного назвал? Да я привлекательный и элегантный, прекрасный как яшмовое дерево на ветру, в десятке самых красивых мужчин в цзянху, а ты меня удавленником обозвал? Сам ты призрак проклятущий!

На этих словах Лу Цзяньчи неожиданно прозрел.

— Так вы молодой господин из клана Фан, “Печальный господин” Фан Добин! Немудрено… — Он вовремя остановился и продолжил уже про себя: немудрено, что с такой худобой его приняли за нечисть.

Фан Добин гневно уставился на “Ли Э-э”.

— Проклятье, зачем ты прячешься в этом отвратительном месте? Кто это такой? Ты его нанял…

— Это недоразумение, недоразумение, — поспешно перебил его “Ли Э-э”. — Он мастер из Удана, мы встретились по дороге, наши пути совпали, мы тут же подружились, вот и оказались тут, никто не помышлял тебя убивать.

На этих словах Фан Добин замер и перевёл взгляд на Лу Цзяньчи.

— А вы…

Лу Цзяньчи сложил руки в приветствие.

— Лу Цзяньчи к вашим услугам, даочжан Байму из Удана — мой наставник.

Фан Добин кивнул.

— Так вы ученик Байму. Слава учеников Удана и правда заслужена.

Узнав, что он происходит из известной семьи, Лу Цзяньчи заговорил вежливо.

— Молодой Фан тоже друг “Ли Э-э”, Ли-сюна?

— “Ли Э-э”? Ли… а-а… да, верно, Ли Ляньхуа куда-то убежал, я приехал к чудесному целителю Ли Ляньхуа, но не нашёл его, в тереме был только его… как там?

Он зыркнул на “Ли Э-э”, и тот подхватил:

— Сосед кузена Ли Ляньхуа из его родной деревни.

— Точно, — закивал Фан Добин, — мы с Ли-сюном тоже не слишком знакомы.

— Да, так и есть, — закивал “Ли Э-э”.

— Как же господин Фан оказался в этом месте?

— В этой разваленной деревеньке всего чуть больше двадцати домов, — холодно отозвался Фан Добин, — обошёл их все и к третьей страже, разумеется, добрался и сюда. — Он уставился на “Ли Э-э”. — Вы тут среди ночи призрак женщины ищете?

— Мы собирались поесть, — ответил “Ли Э-э”, — а оказалось, что постоялый двор закрыт, в комнатах множество подозрительных следов, как будто здесь водятся призраки.

— Да нет тут никаких призраков, просто где ты, бедствие ходячее, там и дело нечисто. Я не видел по пути ничего странного.

— Призраки дело такое, не всякий простой смертный может легко их увидеть… — с серьёзным видом сказал “Ли Э-э”.

— Ой, да неужто ты видел? — протянул Фан Добин.

— Ну… нет, конечно.