Чтение онлайн

— Господин Фан, вы, должно быть, не особенно приглядывались, когда вошли, в этом постоялом дворе осталось много странных следов — похоже, некогда здесь произошла трагедия.

Фан Добин огляделся по сторонам.

— Какая трагедия?

Лу Цзяньчи приподнял на ладони медную курильницу.

— Здесь произошла битва двух мастеров, и как будто люди изо всех комнат неожиданно исчезли.

— Хоть потерпел поражение, хоть победил, но после драки нормально уйти, неужто кто-то останется поесть? Не Ли Ляньхуа же…

— Но это постоялый двор, — возразил “Ли Э-э”. — Если все гости не решили разом уехать, то откуда все эти следы? Либо в один прекрасный день все в постоялом дворе: и мужчины, и женщины, и мастера боевых искусств, и простой народ из цзянху — ни с того ни с сего одновременно погибли.

У Фан Добина отвисла челюсть.

— Это… Кто мог за столь короткое время убить такую кучу людей? А тела? Если, как ты говоришь, здесь погибли люди, то где трупы?

— Трупов нет, — сказал “Ли Э-э”.

Лу Цзяньчи кивнул.

— Возможно, мы сможем разобраться, что произошло, когда осмотрим все комнаты.

— Э… это обязательно? — спросил Фан Добин.

“Ли Э-э” бросил на него взгляд и осторожно поинтересовался:

— Ты тоже боишься призраков?

Фан Добин поперхнулся.

— Кхэ-кхэ, Лу Цзяньчи, вы идите вперёд, а мы осмотрим комнаты.

Лу Цзяньчи усмехнулся и пошёл впереди, сжимая рукоять меча, пусть это место и выглядело мрачным и жутким, невыразимо странным, но как выдающийся ученик Удана, он с детства учился дао, был чист душой и ничуть не боялся.

Фан Добин с “Ли Э-э” пошли следом за ним, а когда отстали на несколько шагов, первый тихонько пихнул второго и прошептал:

— Несносный Ляньхуа, чем тебе не нравилось быть лучшим в Поднебесной чудесным целителем, зачем притворился каким-то “Ли Э-э”?

“Ли Э-э” негромко кашлянул.

— Ну… Я не успел назвать имя, а герой Лу принял меня за “Ли Э-э”, что поделать… Тем более, я тоже не знаком с тем целителем Ли, которого он себе навоображал…

Фан Добин уставился на него.

— Так ты переживаешь, что он поймёт, что ты мнимый целитель и ничего не смыслишь во врачевании.

Ли Ляньхуа вздохнул, скользнул взглядом вокруг и вдруг прошептал:

— Ты веришь, что в мире есть злые духи?

— Не верю, — мотнул головой Фан Добин.

— Я тоже не верил, но… — пробормотал Ли Ляньхуа. — Но посмотри на этот постоялый двор… здесь повсюду должны быть трупы, а их нет… возможно…

Фан Добин вздрогнул, у него волосы встали дыбом.

— По-твоему, здесь повсюду должны были остаться трупы?

— Просто у меня такое ощущение, — покачал головой Ли Ляньхуа. — Здесь пахнет смертью.

Фан Добин остолбенел, он был так давно знаком с Ли Ляньхуа, и этот человек никогда ещё не говорил столь уклончиво.

— Смертью?

Ли Ляньхуа всё оглядывался по сторонам.

— М-м… запах множества умерших… к тому же… — Он чуть замедлил шаг и покосился на щель в восточной галерее. — Будь внимателен и осторожен, похоже, на постоялом дворе что-то есть, и оно следует за нами.

Фан Добин мгновенно переменился в лице.

— Что тут есть?

— Не знаю, — снова покачал головой Ли Ляньхуа. — Что-то, чья поступь легка, но не маленькое — непонятно, очень высокого роста или парит в воздухе, но одним словом, оно выше нас на две головы.

Фан Добин сухо хохотнул, но внутри весь похолодел.

— Так это может быть человек? А то с твоих слов больше похоже на призрака. Откуда ты знаешь?

Ли Ляньхуа вздохнул и пробормотал:

— Такие храбрецы, как ты и герой Лу, целеустремлённые и неосторожные, естественно, не обратили внимание на движение вне комнаты. Ты слышал шорох ветра на дереве снаружи?

— Конечно, — кивнул Фан Добин.

Ли Ляньхуа уставился на него.

— Сейчас мы стоим напротив дерева, на нём нет листьев, его ничто не загораживает, так почему же при таком шумном порыве ни дуновения не достигло галереи?

— Это… — Фан Добин растерянно умолк.

— Что “это”?

— Значит, что-то загораживает от ветра, — горько усмехнулся Фан Добин.

Ли Ляньхуа снова вздохнул.

— Так и есть. Снаружи от дерева без листьев до этого места: на дереве, за углом, в щели галереи, в окне — на всей прямой всегда что-то загораживает от ветра, не знаю, что это, но точно ничего хорошего.

Пока они шептались, шедший впереди Лу Цзяньчи добрался до двери в первую комнату второго этажа. На двери висел большой замок, Лу Цзяньчи, применив силу, сжал его пальцами — послышался щелчок, сгнившая сердцевина сломалась, он толкнул створку, но, к его удивлению, она всё равно не сдвинулась с места.

Фан Добин вихрем подлетел к окну, вытащил нефритовую флейту, с треском выломал створку и заглянул в комнату.

— Двери подпирает кровать, идите сюда, взгляните.

Лу Цзяньчи ударил рукоятью меча, раскрывая створку окна рядом с дверью, и они втроём заглянули внутрь.

В первой комнате второго этажа всюду порхали клочки разорванных амулетов, кровать была придвинута ко входу и подпирала двери, все окна наглухо заколочены деревянными досками, с балки свисало семь-восемь багуа, а также имелось две ниши, заполненные множеством буддистских статуэток — и некоторых они никогда раньше не видели. И всё же, несмотря на такое количество божественных и буддистских благословений, и на то, что комнату столь тщательно запечатали, в ней никого не было — каким образом её хозяин выбрался отсюда, оставалось необъяснимой загадкой.

Они залезли через окно.

— Похоже, хозяин стремился, чтобы что-то сюда не вошло, — заметил Лу Цзяньчи.

Ли Ляньхуа подобрал с пола обрывок амулета.

— Здесь тоже много раз повторяется слово “призрак”.

Фан Добин зажёг запал посмотреть — половина амулета была исписана словом “призрак” крупного и мелкого размера, причудливой формы, непонятно, к какой школе или ордену принадлежал создатель этого талисмана.

Лу Цзяньчи прошёлся по комнате, притопывая ногой, и услышал под полом глухой звук.

— Видимо, внизу есть потайной ход.

Ли Ляньхуа с Фан Добином смели в сторону амулеты, на полу обнаружилась скрытая квадратная рамка, как раз чтобы пролез человек. Они совместными усилиями вытащили деревянные доски, закрывающие рамку — внизу зияла тьма. Фан Добин бросил туда запал, в тот же миг послышалось шипение, пламя ослепительно вспыхнуло, они втроём одновременно вскрикнули и отскочили на три шага назад.

Глава 70. Охотничья деревня

Под полом тоже были повсюду налеплены амулеты, которые вспыхнули от пламени запала, но пугали вовсе не загоревшиеся листы бумаги — это оказался никакой не потайной ход, как они предполагали, а тесная комнатка, в которую едва умещался человек. В тайнике сидел высохший труп, руки и пальцы ног которого высохли до костей, однако не сгнили, головы у него не было, а рана на шее шла слоями, как будто что-то невероятно сильное оторвало ему голову.