Чтение онлайн

– Дадс!
– резко окликнул он. В нем что-то переменилось. В нем что-то новое, Генри. Но что? Нет времени об этом думать.
– Даддитс, дыши через нос! Через нос, Даддитс. Вот так!

Генри несколько раз глубоко вдохнул, и при каждом выдохе из ноздрей летел белый пушок, как семена молочая или одуванчика. Байрум. Он рос в носу, но уже погиб, подумал Генри. Я высмаркиваю байрум! И тут он осознал, что зуд в бедре, во рту и паху давно прекратился. Язык по-прежнему был шершавым, словно обернутым обрывком ковра, но больше не чесался.

Даддитс, подражая ему, стал дышать носом, и кашель тут же сделался не таким надрывным. Генри порылся в пакете, нашел безвредный, не содержащий спирта сироп от кашля и налил чашечку Даддитсу.

– Выпей, полегче станет, - сказал он уверенно, стараясь думать так же: с Даддитсом важны не только слова, но и мысли.

Даддитс сглотнул робитуссин, поморщился и улыбнулся Генри. Кашель прекратился, но кровь все еще стекала из носа и из уголка глаза. Плохо дело. Даддитс побледнел и еще больше осунулся. Холод.., бессонница.., немыслимые для такого больного волнения.., плохо дело. Он заболевает, а на последней стадии ОЛЛ даже респираторная инфекция может оказаться фатальной.

– Он в порядке?
– спросил Оуэн.

– Дадс? Дадс у нас железный! Верно, Даддитс?

– Езый, - согласился Даддитс, сгибая прискорбно исхудалую руку.

При виде его лица, усталого, измученного, но улыбающегося, Генри захотелось кричать. Жизнь несправедлива, он давно знал и смирился с этим. Но то, что происходило сейчас, было более чем несправедливо. Чудовищно.

– Посмотрим, что тут есть попить хорошим мальчикам, - объявил он, открывая коробку для завтраков.

– Уби-у, - кивнул Даддитс. Он по-прежнему улыбался, но голос звучал еле слышно.

– Да, пора приниматься за дело, - сказал Генри, открывая термос. Он дал Даддитсу таблетку преднизона, хотя не было еще восьми, и спросил, хочет ли тот перкосен. Дадди, подумав, поднял два пальца. У Генри упало сердце. Совсем никуда, верно?
– спросил он, протягивая Даддитсу лекарство. Ответа он не ждал: такие люди, как Даддитс, не будут просить лишнюю таблетку, чтобы словить кайф.

Даддитс выразительно махнул рукой: соmmе ci, comme ca <так себе (фр ).>. Генри хорошо помнил этот жест, такой же типичный для Пита, как привычка Бива жевать зубочистки.

Роберта наполнила термос шоколадным молоком, его любимым. Генри налил молока в чашку, выждал, пока забуксовавший на бугристой наледи "хамви" выровняется, и протянул Даддитсу. Тот запил наркотик.

– Где болит, Дадс?

– Есь.
– Рука на горле.
– Есь осе.
– Рука на груди. И, нерешительно, слегка краснея:

– И есь.
– Рука на ширинке. Инфещия мочеполового тракта, подумал Генри. О дьявол!

– Е ует уце?

– Обязательно будет лучше, - кивнул Генри.
– Таблетки помогут, только подожди немножко. Мы все еще на линии, Даддитс?

Даддитс выразительно кивнул и показал вперед. Генри (не впервые) задался вопросом, что он там видит? Как-то сам он спросил Пита, и тот объяснил, что это нечто вроде нити, иногда почти неразличимой.

"Лучше всего, когда она желтая, - говорил Пит.
– Желтое легче всего проследить, не знаю почему".

Но если Пит видел тонкую желтую нить, возможно, Даддитсу представлялась широкая желтая полоса, или дорога желтого кирпича, по которой шла Дороти.

– Если линия пойдет по другой дороге, скажешь, хорошо?

– Казу.

– Не заснешь?

Даддитс покачал головой. Как ни странно, он никогда еще не выглядел более оживленным и бодрым. Глаза звездами сияли с изможденного лица. Так иногда вспыхивают лампочки, перед тем как погаснуть навсегда.

– Если захочешь спать, скажи, и мы остановимся. Добудем тебе кофе. Нам не до сна.

– Оей.

Генри уже хотел осторожно повернуться, боясь разбередить ноющие мышцы, но Даддитс добавил:

– Исе ей оцет екон.

– Неужели?
– задумчиво протянул Генри.

– Что?
– спросил Оуэн.
– Не понял.

– Говорит, что мистер Грей хочет бекона.

– Это так важно?

– Не знаю. Слушай, тут есть обычный приемник? Хотелось бы послушать новости.

Обычный приемник висел под приборной доской, и судя по всему, его поставили совсем недавно. В начальный комплект оборудования он не входил. Оуэн потянулся было к нему, но едва успел ударить по тормозам, чтобы не столкнуться с подрезавшим его "понтиаком": передний привод и летние шины. "Понтиак" занесло, но судьба была пока милостива к нему - машина даже не слетела с шоссе. Водитель прибавил скорости, и "понтиак" рванулся вперед. По прикидкам Генри, он шел со скоростью не менее шестидесяти миль. Оуэн укоризненно нахмурился.

– Конечно, я только пассажир, - заметил Генри, - но если малый может проделывать такое без зимних шин, почему бы и нам не пошевелиться? Неплохо бы сократить расстояние.

– "Хаммеры" лучше приспособлены для грязи, чем для снега. Можешь мне поверить.

– И все же...

– Минут через десять мы его увидим. Спорю на кварту хорошего скотча. Он либо вылетит сквозь столбики ограждения и будет валяться под насыпью, либо застрянет на осевой. Если повезет, машина будет лежать правой дверцей вверх. Плюс.., это, разумеется, всего лишь техническая деталь, но не забудь, что мы - беглецы, скрывающиеся от властей, и не сможем спасти мир, сидя в окружной. О Боже!

"Форд-эксплорер", полноприводный, но летящий с нeпозволительной для такой погоды скоростью около семидесяти в час, с ревом пронесся мимо, поднимая снежные хвосты. Багажник на крыше был завален небрежно связанными и едва прикрытыми брезентом сумкам и чемоданами. Неудивительно, если все это скоро разлетится по шоссе.

Позаботившись о Даддитсе, Генри свежим глазом осмотрел дорогу. Что ж, этого следовало ожидать. Противоположная сторона была почти пустынна, а вот машин, идущих в южном направлении, не прибавлялось, но Оуэн включил радио, как раз в тот момент, когда мимо промчался "мерседес", разбрызгивая комья грязи. Он нажал кнопку "ПОИСК", нашел классическую музыку, снова нажал, напал на юмористический канал, нажал в третий раз.., и наткнулся на голос.

– ..огромный обалденный косячок, - объявил голос, и Генри переглянулся с Оуэном.

– Куит аану, - заметил Даддитс с заднего сиденья.

– Верно, - кивнул Генри, когда владелец голоса шумно выдохнул в микрофон.
– Именно марихуану, и судя по всему, действительно не пожалел травки.

– Сомневаюсь, что Федеральная комиссия связи одобрит это, - продолжал диджей после очередного долгого и шумного выдоха, - но если хотя бы половина того, что я слышал, правда, ФКС - это самая малая из наших забот. Межзвездная чума вырвалась на свободу, братья и сестры, вот в чем беда! Назовите это Горячей Зоной, Мертвой Зоной, Сумеречной Зоной, но постарайтесь держаться подальше от севера.