Чтение онлайн

Последним был Харджис.

Взяв конверт с деньгами, который я протянул ему, он тихо сказал:

— Я искренне надеюсь, что вас постигнет кара за то, что вы сделали с мисс Вестал, сэр. Я убежден, что, если бы вы не встретились на ее пути, она сейчас была бы жива.

Я взглянул на него.

Его показания должны спасти меня от электрического стула. Мне это показалось забавным. Я ухмыльнулся.

— Проваливай, старый болван, пока я не вышвырнул тебя вон!

Он пересек комнату с достоинством архиепископа. И даже не забыл тихонечко прикрыть за собой дверь.

Я посмотрел на настольные часы. Было без двадцати минут пять. В половине шестого весь персонал дружно покинул Клифсайд.

У пятерых из них были личные автомобили. Каким-то образом все тридцать человек ухитрились в них втиснуться, и в пять тридцать я остался один в огромном, пустом дворце.

Ощущение было довольно жуткое. В вымершем особняке установилась могильная тишина. Сколько я ни прислушивался, до моих ушей доносились лишь тиканье часов и гулкие удары моего сердца.

Я в полной неподвижности сидел у окна за занавеской. Я смотрел на длинную подъездную аллею и ждал Еву.

Сгущались сумерки, когда маленькая машина Евы появилась в конце подъездной аллеи. Я ждал ее, сидя у окна, уже три часа — и чем дольше ждал, тем больше закипал от гнева.

Я наконец понял, что именно Ева навела меня на мысль об убийстве Вестал. Это случилось тогда, когда мы с ней впервые остались вдвоем ночью и я сказал, что мы можем уже настолько состариться, что не успеем насладиться деньгами, полученными от Вестал в наследство, а она ответила:

"На все воля Божья», и потом пояснила, что все рано или поздно умирают.

Она первая заговорила о смерти. Она, должно быть, решила уговорить меня пойти на убийство в ту минуту, когда узнала, что я собираюсь жениться на Вестал.

Отодвинувшись от окна, я следил, как Ева вышла из машины, поднялась по лестнице и направилась через террасу к парадному входу.

Я бесшумно выбрался в гостиную и притаился за одним из широких диванов.

Ева открыла дверь и вошла в дом. Вскоре я услышал, что она зашла в гостиную, чуть постояла, потом вернулась в холл и начала подниматься по лестнице.

Подождав, пока ее шаги затихли, я выскользнул в холл, запер входную дверь на ключ и опустил ключ в карман.

И стоял, навострив уши.

Я услышал, как она прошагала по длинному коридору в свою комнату.

Почти сразу же где-то в комнатах прислуги зазвонил колокольчик.

Да, теперь огромный особняк принадлежал Еве. Она могла звонком вызывать слуг. Могла отдавать любые приказания.

Я медленно поднимался по лестнице, опираясь рукой о перила и бесшумно переставляя ноги по ступенькам, устланным толстым ковром.

Когда я поднялся, колокольчик задребезжал снова.

Да, дом принадлежал Еве и она имела право быть нетерпеливой. Никто из прислуги никогда не осмеливался заставлять Вестал ждать. И Ева тоже ждать не собиралась.

Я открыл дверь одной из гостевых спален и проскользнул внутрь, оставив дверь приоткрытой.

Опять послышался звон колокольчика, потом еще… Затем я услышал, как открылась дверь и Ева вышла в коридор. Мне было видно, как она торопливо прошагала по коридору и свесилась через перила.

Лицо ее было озадачено и сердито. Очки она сняла и держала в руке. На ней было простое черное платье, от которого лицо казалось еще бледнее обычного.

Ева смотрела вниз и прислушивалась.

Кроме тиканья старинных часов в холле, ничего не было слышно.

Она постояла в нерешительности еще несколько секунд, потом направилась к маленькому столику, на котором стоял внутренний телефон.

Ева нетерпеливо набрала номер, поднесла трубку к уху, и в наступившей тишине я отчетливо услышал длинные гудки. Устав ждать, Ева опустила трубку. Лицо ее было встревоженным.

Она вскинула голову, осмотрела коридор и быстро зашагала вниз по ступенькам.

Я выбрался из комнаты, на цыпочках подошел к перилам и заглянул вниз.

Ева стояла посреди холла, склонив голову набок, точно прислушивалась.

— Харджис! — позвала она.

Подождав немного, она резко повернулась и прошла в кабинет Вестал, оставив дверь открытой.

Я быстро спустился по лестнице и спрятался за фигурой средневекового рыцаря в доспехах. Почти тут же Ева вышла в холл.

Движения ее утратили уверенность. Мне даже казалось, что я слышу, как бьется ее сердце.

— Ну не могли же все уйти, — громко произнесла она. Эй, есть тут кто-нибудь? Харджис!

Ее страх нарастал с каждой минутой. Я не спешил. У меня впереди была целая ночь.

Ева внезапно решилась и, подойдя к парадной двери, взялась за массивную металлическую ручку и потянула на себя. Поскольку я предусмотрительно запер дверь, она не подалась.

Я осторожно вышел из-за рыцарских доспехов и остановился посреди холла, с интересом наблюдая за бесплодными попытками Евы открыть запертую дверь.

Наконец я сказал:

— Она заперта, Ева.

Она взвизгнула и повернулась ко мне. Потом, прислонясь спиной к двери и прикрыв рукой рот, уставилась на меня широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Кажется, ты испугалась, — с удовлетворением отметил я. — Что, совесть нечиста, Ева?

— Почему ты так на меня смотришь? — хрипло выдавила она.

— А ты не догадываешься? Я узнал про завещание. Она вздрогнула.

— Я не знаю, что ты хочешь этим сказать. Где Харджис? И я звала Марианну. Где они? Я осклабился.

— Они все ушли. Я дал им расчет. Здесь никого нет, кроме нас с тобой, Ева. Мы одни.

Она сглотнула, потом нерешительно направилась в мою сторону.

— Боишься, Ева? — спросил я.

— С какой стати я должна бояться? Я иду в свою комнату.

— Нет. Сперва мы с тобой побеседуем.

— Нам не о чем говорить. И нам нельзя оставаться здесь вдвоем. Я должна уехать сегодня.

— Тебе это не удастся, Ева.

Я быстро шагнул в сторону, отрезав ей путь к лестнице.

— Да, я забыл тебя поздравить. Тебе приятно чувствовать себя обладательницей этого дома, да еще и тридцати миллионов в придачу?