Чтение онлайн

Да ни за что!

Эта мысль помогла собраться. Удивительно, сколько силы может давать ненависть и упрямство.

Внезапно впереди появилась белая точка, которая быстро увеличивалась в размерах. Я понял, что всё это время не просто висел в пространстве, а с огромной скоростью нёсся сквозь темноту. Это не точка росла, это я приближался к чему-то.

Белое пространство захватило всё поле зрения, раздался хлопок. По телу покатилась вибрация, зрение затуманилось. Я едва успел испугаться, что всё-таки потерял осознанность, как картинка вновь обрела резкость.

Высокий белый потолок, красные обои, испещрённые серебристым узором причудливо пересекающихся линий, тусклый солнечный свет, который едва пропускают плотные шторы.

Что это за место? Я пошевелился и понял, что лежу на чём-то мягком. Постель, но комната не моя. Попытался встать, но даже оторвать голову от подушки оказалось непосильной задачей. Тело будто налилось свинцовой тяжестью. Картинка перед глазами дрогнула и поплыла.

Ну и ладно, теперь пусть, теперь можно. Ведь я уже вернулся, это точно реал.

Я поддался внезапно накатившей слабости и закрыл глаза, погружаясь в мягкое уютное забытье.

Глава 27. Возвращение

Пробуждение оказалось тяжёлым. Снилось что-то муторное: я то всплывал, качаясь на пологих тёмных волнах, то опускался, и тогда на грудь давила вода. Всплывая в очередной раз, я глубоко вдохнул и наконец проснулся. Некоторое время тупо смотрел в потолок, пытаясь сообразить, где я. Потом вспомнил всё и рывком сел.

А вдруг это очередная иллюзия?! Вдруг на самом деле ведьма победила, и я нахожусь в одной из тех пещерных комнат. Или нет, хуже, – в мире неоргаников! И они медленно тянут мои жизненные силы, создав это фальшивое пространство.

Я посмотрел на руки.

– Ох ты ж ё!

Через ладони тянулись красные рубцы, на пальцах тоже остался след. Сжал кулаки: не больно. Будто давно зажило. Но это было сегодня ночью: раскалённый меч, ведьма. Думал, там вообще до костей всё сожгло. Может, дело в том, что основной удар пришелся на тело сновидения?

Я ненадолго задумался, а потом, спохватившись, проверил реальность. Вроде не сон. Подо мной довольно плотный старый советский диван. Джинсы, кстати, в кровище на бёдрах. Всё-таки я был там, у японских ворот тории и пруда с горой Фудзи, нарисованной на заднем плане. Вот только непонятно, где я сейчас.

При попытке встать с дивана тело отозвалось ломотой, всё затекло. Голова гудела. Я спустил ноги на пол и принялся двигать руками и головой, попутно разглядывая обстановку. Всю стену напротив занимал старинный сервант, забитый всякими чашечками, тарелочками и вазочками. Плоский телевизор в его нише совсем не вписывался в обстановку. Правее я заметил кресло-качалку под дешевым клетчатым пледом, рядом журнальный столик, заваленный лекарствами. Таблетки лежали горкой, оттеснив пузырьки на край, будто вели против них войну за место на столе. И с той и с другой стороны были потери: несколько блистеров и пузырёк без крышки валялись на старом паркетном полу.

Кроме серванта, кресла и дивана, на котором я сидел, мебели в комнате не было.

На стене висело несколько картин. Разглядеть, что на них изображено, не получалось: плотные шторы на окне напротив пропускали слишком мало света.

Я встал и тут же чуть не плюхнулся обратно: пол под ногами дрогнул, комната закачалась. Прежде чем отправиться к окну, пришлось постоять немного, переждать, пока успокоится круговерть перед глазами. Осторожно ступая, я пересёк комнату, подошел к шторам и рывком раздвинул их. В глаза ударил яркий дневной свет. Я чуть сощурился, ожидая, когда зрение придёт в норму.

За окном обнаружился городской двор с детской площадкой, со всех сторон окруженный домами-сталинками. Площадка современная, из новых. На первом этаже одного из домов – «Вкусвилл», магазин здорового питания, Катька от него фанатеет. Значит, с большой вероятностью, я в Москве. На крайняк, в Питере, что хуже. Я отвернулся к комнате и заметил, что она ещё и грязная. Толстый слой пыли на серванте, немытые полы, засаленный плед на кресле. Взгляд снова упал на разбросанные лекарства. Когда человек стареет или серьёзно заболевает, у него не хватает сил следить за чистотой вокруг себя. Обитатель этой квартиры исключением не был.

Я попробовал приоткрыть окно. Пластиковая створка рамы подалась легко, в лицо живительным потоком ударил свежий воздух. Ого! А в квартире ещё и затхло! Пока лежал, видимо, привык и не заметил.

Я распахнул створку настежь и направился к выходу из комнаты. То, что хозяина здесь нет, можно не сомневаться. Вся эта пыль, запах, да и меня никто не потревожил.

Коридор показался знакомым. Паркет на полу, черные двери комнат и два белых прямоугольника в конце. Ванная и туалет.

Чёрт!

Сердце подпрыгнуло и заколотилось. Я постарался успокоиться, посмотрел на руки. Постучал пятками по полу. На сон не похоже. Неужели это и вправду квартира Ромы? Тогда…

Дверь ванной открылась легко. Конечно, там никого не было. Но обстановка такая же, как во сне: слева раковина и зеркало, прямо передо мной – ванна, а справа проступил белый прямоугольник стиральной машины. Я облегчённо выдохнул и щёлкнул выключателем. Теперь в тусклом свете плафона стала заметна надпись на серой плитке прямо над ванной:

«Ты убил мать маленький ублюдок».

Строчка завалилась вниз. «Не рассчитала высоту, – мелькнуло в голове. – Неужели и вправду написано кровью?»

Надпись уже побурела, как и разводы на ванне.

Я представил, как женщина набирала воду, вскрывала вены вон теми маникюрными ножницами и выводила прощальную надпись.

Фу, блин!

Ну и кто после этого хуже? Лидуня, которая пыталась меня убить, или эта тварь, что изводила Рому годами?

Повинуясь какому-то внезапному порыву, я включил душ на полную. Лейка кашлянула и выпустила тонкие струи. Засохшая кровь и не думала смываться.

Я ещё раз щедро оросил ванну, плитку и полез в шкафчик под раковиной. Шампунь, гель для душа… а, вот! Чистящее средство для плитки. То, что надо.

Со средством и губкой, которая нашлась там же, дело пошло быстрее. Напоследок я вытер плитку полотенцем для рук, умылся и кивнул сам себе в зеркале. Отражение с фингалом в пол-лица повторило мой жест. Хорош красавец!

Я вспомнил о своих планах связаться с отцом. Да и ребятам нужно сообщить. Получается, исчез прямо у них на глазах.

Интересно, что скажет теперь Денис? Придумает какое-нибудь научное объяснение вроде массовой галлюцинации?