Чтение онлайн

— Отступаем!

Коридор привел защитников крепости в банкетный зал. А это значило, что отступать больше некуда: как только иллирийцы перестанут страдать от ограниченности пространства, они немедленно реализуют численное преимущество.

— Маневр «вогнутое зеркало»! — распорядился Килиан, — Центр оставить пустым!

До сих пор попытки иллирийцев использовать внутри донжона огнестрельное оружие не имели особого успеха. Винтовок у них не было, с мушкетом тут не развернешься, а пистолет не отличается точностью. Но вот в стоящего впереди, как памятник, человека попасть смогла бы даже обезьяна.

Поэтому напротив коридора пришлось оставить пустое пространство. С боков расположились копьеносцы: именно их удары не давали противникам тут же преодолеть опасную зону. А еще дальше — стрелки, как раз и игравшие в этой тактике ключевую роль.

Теперь им уже не приходилось сдерживаться. Пули сыпались дождем на толпившихся в проходе врагов. Время от времени Килиан добавлял к этому свои молнии, но очень редко: нужно было оставить хоть что-то в запасе на момент, когда у солдат закончатся патроны.

— Мы не сможем сдерживать их вечно!

Солдат, озвучивший сию мысль, был совершенно прав. На каждого убитого идаволльца иллирийцы теряли как минимум двенадцать человек, — но они могли себе это позволить. И очень скоро соотношение должно было измениться: без патронов, без гранат, без магии, вконец обессилевшие бойцы уже не смогли бы сопротивляться.

— Верьте в Ильмадику! — не придумав ничего лучше, крикнул в ответ Килиан, — Она нас не оставит!

«Не может быть, чтобы она нас оставила», — мысленно поправился он, кидая в проход фосфорную гранату.

Не может быть. Так не должно быть. Так мог поступить отец. Но не она.

Если честно, его призыв не очень-то воодушевил солдат. Это были простые люди. Не адепты. Они не понимали, почему в это божество они должны верить больше, чем в обычного Бога.

Который, как известно, всегда на стороне больших батальонов.

Пара минут прошла, прежде чем левый фланг дрогнул. Почувствовав слабину, иллирийцы усилили нажим. И вот, оборона начала постепенно поддаваться.

— Держать строй! — рявкнул Килиан, — Биться до последнего! Кто сдастся в плен, позавидует мертвым!

«Пожалуйста, Ильмадика, если ты не оставила нас, то подай им знак», — мысленно взмолился он, — «Им… И мне.»

В тот момент он не подумал о том, что напряжение в его висках чем-то похоже на то, что он испытывал, когда использовал магию. Но мгновением позже снаружи донесся сигнал боевых рогов.

Тревога.

— Мы спасены! Поднажмем! В атаку! За Ильмадику!

Вообще, Килиан отнюдь не был уверен, что они спасены. Сигнал тревоги может быть вызван множеством разных причин. Но точно так же не знали и его солдаты, и передовые войска противника. В момент, когда разум сталкивается с незнанием, он склонен принимать на веру первое, что услышит, — если оно сказано достаточно уверенным тоном.

И в этот боевой клич Килиан вложил всю свою веру в то, что Ильмадика не оставит его.

Только не она.

Выпустив разряд молнии, ученый выхватил шпаги и в первых рядах бросился на врага. Сейчас он особенно рисковал: подстрелить его было не просто, а очень просто, и никакие защитные заклинания давно уже не действовали. Но деморализованные произошедшим, иллирийцы промешкали. Идаволльцы же, напротив, бросились следом, оттесняя нападавших назад в коридор. «Вогнутого зеркала» больше не было, да и понятия «нападавшие» и «защитники» окончательно смешались.

Остались только «мы» и «они».

Ильмадика шла по внутреннему двору крепости, с любопытством оглядывая обстановку. Остатки армии Иллирии бежали; Амброус не преследовал их. Это ни к чему. Главного им добиться удалось, и теперь время готовить следующий шаг.

Железный Легион показал себя с наилучшей стороны. Солдаты, прошедшие промывание мозгов и интенсивные тренировки, совершили беспрецедентный марш-бросок, ударив в спину иллирийцам, занятым осадой крепости. Возможно, лицом к лицу те еще могли что-то им противопоставить. Но не так. Сражение было выиграно с минимальными потерями.

А самое главное, — понимая, что имеет дело с опасным колдуном, Герцог Иллирии предпочел держаться подальше от линии фронта. Тем самым — подставив себя под удар другого колдуна, не менее опасного. Во время битвы Амброус Идаволльский сразил его в честном поединке. Запишут именно так.

Все шло точно по плану.

Войдя в донжон, богиня брезгливо сморщила носик. В замкнутом помещении запах крови и гари откровенно раздражал. Пару раз махнув рукой, Ильмадика изменила состав воздуха: теперь он пах розами. Так-то лучше. Затем, переступая через мертвых и раненых, она направилась вглубь здания.

Самое большое сражение состоялось у входа в трапезную. Гору трупов ее слуги успели разобрать, но следы крови и копоти украшали это место совершенно уникальным узором в черно-красных тонах.

Её адепт, Килиан Реммен, лежал без сознания среди раненых. Обе ноги, правая рука, грудь и голова юноши были туго перебинтованы, и на белых повязках отчетливо виднелись пятна крови. Да, никто не смог бы сказать, что в минувшей битве он прятался за чужие спины. Пожалуй, его отвага заслуживала похвалы.

А кроме того, во время битвы Ильмадика почувствовала исходящую от него энергию. Её было не так много, как когда он работал над ее освобождением, но все-таки, это было приятным сюрпризом. Возможно, она поторопилась с выводом, что его потенциал вскоре будет выжат досуха. Возможно, он прослужит ей дольше, чем она планировала.

Мягко улыбнувшись, Ильмадика исцелила адепта и мысленно приказала ему прийти в сознание.

Секунды спустя Килиан резко вдохнул, будто выбравшись из-под воды, и распахнул глаза.

— Ты все-таки пришла, — обрадовался он, увидев богиню.

— Благодари своего брата, — ответила она, — Он спас тебя. Он и его Железный Легион.

Богиня с удовольствием отметила, как его радость слегка померкла. О, она прекрасна знала о соперничестве братьев. Это был прекрасный поводок для них обоих. Каждый из них мог творить великие дела, — только ради того, чтобы на секунду приглушить жгучую боль от осознания, что он хуже другого. И чтобы выжать из них максимум потенциала, этот огонь необходимо было подпитывать.