Лучшие бывшие
Шрифт:
Герасимова не брала трубку. Отправила ей сообщение. Трофимов тоже вне зоны. Куда все делись? Ну и ладно, посвящу этот день себе любимой. Буду залечивать физические и душевные раны.
Приняла горячую ванну, сделала кучу масочек, послушала расслабляющую музыку, залипла в любимый сериал.
Машка ответила только вечером.
Маша: «Всё хорошо, извини, что не отвечала, с родителями мотались по магазинам. Дима проводил меня до дома. Ты как? Как себя чувствуешь? Хочешь, приеду?»
Мила: «Да всё в порядке, не переживай. Я в норме. Только проводил и всё?»
Маша: «Ну...да. А что ещё?»
Трофимов идиот. Я всегда это знала. Но неужели, настолько? Ладно, потом с ним поговорю.
Мила: «Ну, вы довольно мило провели время вчера. Даже ни разу не поругались. Лёд тронулся?»
Маша: «Просто вчера он впервые не вёл себя, как придурок.»
Мила: «Так это же хорошо!»
Маша: «И странно...»
Мила: «Странно ей. Ты до сих пор не поняла?»
Маша: «Чего не поняла?»
Что ж все такие тормоза-то?
Мила: «Маш, протри очки!»
Маша: «Зачем?»
Господи, за что мне это?
Мила: «Трофимов сохнет по тебе с первого курса. Только дурак не поймёт. Ну или ты...»
Дима меня прибьёт, но молчать надоело. В конце концов, потом ещё спасибо скажет.
Маша: «Я не могу нравиться Трофимову...»
Мои нервы не выдержали, и я набрала номер подруги. Спустя два гудка Герасимова взяла трубку.
— Маш, серьёзно? Думаешь, я буду тебе врать?
— Я не могу нравиться Диме, потому что у него уже есть любимая девушка!
Подруга вдруг разрыдалась прямо в трубку. Я в шоке сидела на своей кровати, не в силах переварить услышанное. Когда Трофимов успел в кого-то втюхаться? Почему я не в курсе? Что происходит вообще?
— Это он тебе сказал?
— Да. Вчера, пока мы сидели у барной стойки. Он сказал, что со мной как с другом, может поделиться своим секретом. Говорит, влюбился, как мальчишка. А она такая... Такая красивая, умная и веселаяяяя, — Машка зарыдала громче. Я была готова задушить Диму на расстоянии.
— Бред какой-то, — пробубнила я. В трубке слышались всхлипывания. — Так, отставить сопли! Я тебе позже перезвоню, ладно?
И только попробуй, Трофимов, трубку не взять! На два фронта решил сыграть? Я тебе устрою голодные игры, мать твою!
Дима не отвечал ни на звонки, ни на сообщения. Я оборвала ему телефон, оставила кучу гневных голосовых, но друг упорно молчал. День отдыха отменяется.
Я быстро собралась, накинула первые попавшиеся джинсы с футболкой, наспех уложила непослушную челку и вылетела из квартиры. Боль в ноге теперь казалась несущественной в сравнении с тем, что моей подруге вчера так нагло и жестоко разбили сердце. И кто? Мой друг! Убила бы.
Доковыляла до остановки, надеясь, что долго ждать автобус не придётся. Но, как назло, общественный транспорт решил сегодня постебаться надо мной. Троллейбусы, маршрутки, трамваи шли в какую угодно сторону, но только не в тот район, где жил Трофимов. Видимо, Вселенная, прикрывает его зад.
За последние полчаса ни одного нужного транспорта. А кошелёк я с собой не захватила, чтобы вызвать такси. Только транспортную карту. Но как оказалось, это было лишь полбеды. Погода испортилась окончательно. Зонта, естественно, с собой я не взяла. Это знак что ли? Молнии располосовали небо, и на землю полетели первые крупные капли. Ненавижу грозу и дождь. Я спряталась в остановке, но она практически не защищала от налетевшего ветра и ливня. Апогеем стал грузовик, который на полной скорости пронёсся мимо и облил меня из лужи с ног до головы.
Знаете, бывают такие дни, когда лучше оставаться дома. И сама судьба прямо-таки намекает на это. Но мы ведь упрямые, идём напролом, твёрдо решив добиться своей цели. А потом расплачиваемся за это. Расплатой для меня стал внезапно затормозивший у остановки внедорожник, из которого хмуро выглядывал мой бывший. А я-то думала, хуже сегодня уже ничего быть не может. Надо было идти домой. Пусть бы я промокла до нитки (хотя я так была сырая насквозь), замёрзла, отказала бы нога. Пусть бы я на завтра свалилась с высокой температурой, но зато Бертов не увидел бы в меня в таком жалком виде.
— Подвезти? — снисходительно предложил Рос.
— Нет, спасибо, — огрызнулась я. Всё. Решено. Пойду домой, оттуда вызову такси и поеду к Трофимову. Но как только я встала левую ногу, меня пронзила такая острая боль, что я мигом опустилась обратно на скамейку.
— Сядешь в машину или будешь строить из себя героиню-страдалицу? — Вот же нахал! Язык ещё поворачивается так со мной разговаривать?!
Предательская нога заныла сильнее. А холод от мокрой одежды пробирал до костей. Как бы и правда не разболеться к вручению диплома.
Я гордо вздёрнула подбородок, стиснула зубы и подошла к внедорожнику. Не машина, а сарай на колёсах. Не в смысле, что старая и разваливающаяся. А огромная. Она реально огромная. И как в неё заползать?
Бертов распахнул пассажирскую дверь и самодовольно глазел, как я взгромождаюсь на сиденье рядом с ним. Плюхнулась, как мешок с дерьмом на его кожаные чехлы, разбрызгивая вокруг себя воду. Ну, хоть что-то хорошее сделала.
— Можно было и аккуратнее, — буркнул он.
— Ты сам предложил подвезти. Могу вылезти, — ответила я в том же тоне, уже хватаясь за ручку двери. Бертов цокнул языком и заблокировал замок.
— Куда тебе? — Рос уверенно вёл машину по залитым дождём дорогам, легко лавируя в общем потоке. Надо признать, ему очень шло водить. Я даже залипла на то, как свободно его рука лежит на руле, крутя его то вправо, то влево. Как вторая переключает передачи. Как его тело расслабленно сидит в кожаной обивке кресла...
— Алло, Снежина! — Я оторвала свой затуманенный взгляд от торса Бертова. Вот же засранец! Ну, полная дезориентация рядом с ним! Нет, так нельзя, Милана. Возьми себя в руки!