Лучшие друзья
Шрифт:
Стоя в дверях и смотря на радующуюся толпу фанатов, Лайсерг не мог заставить себя пойти туда и разделить весь праздник вместе с ними, поэтому, не желая портить торжество своим ужасным настроением, он тяжело выдохнул и ноги сами собой понесли его в сторону коридора, ведущего к туалету.
Дойдя до развилки, где слева находился мужской туалет, а справа – женский, Лайсерг взялся за ручку двери, как вдруг услышал из «кабинета задумчивости» напротив тихое всхлипывание, а потом голос… голос Юи.
– Рен, – с мольбой, хлюпая носом, произнесла девушка, давая понять Дителу, что Вэй там не одна, и в этом он убедился, когда через приоткрытую дверь увидел небольшой холл, где девушки могли поправить макияж, стоя перед огромным зеркалом. По центру размещался пуфик на четыре персоны, на котором и сидела шатенка, а перед ней, присев на корточки, находился сам глава семьи Тао. Лицо шатенки было ужасно заплаканное, а взгляд потуплен в пол, чего не скажешь о лице Рена. Тот был немного раздражённым, хоть и пытался скрыть это, – скажи, что я делаю не так?
– Хватит, Вэй, ты сейчас опять решила самоунижением заняться? – раздражённо задал риторический вопрос Тао, который то сжимал зубы, то тяжело выдыхал от того, что никогда не мог спокойно смотреть на слёзы своей подруги. – Почему ты всегда ищешь проблему в себе? Ты не допускаешь мысли, что ты ему просто не нравишься, как девушка?
– Я допускала об этом мысль, Рен, – утирая слёзы, печально произнесла шатенка, которая от переизбытка чувств начала икать, – но ведь ты узнавал, что ему нравится в девушках, и я ради него изменилась. Так вот я и не понимаю, что я делаю не так.
Стоя по ту сторону двери, Дител прислонился спиной к стене и откинул голову назад, измученно прикрыв глаза. Он испытывал сейчас лишь одно чувство – жалость. Да, несомненно, Юи ему нравилась, даже очень. Как такая весёлая и сильная девушка не может не нравиться? Но, как всегда это бывает, по щелчку пальцев нельзя так просто взять и забыть прежние чувства, тем более, если они были настоящей любовью.
Хотя можно попробовать перебить…
Как говорится, клин вышибают клином. Возможно, для того, чтобы разлюбить, надо попытаться завязать отношения с другой. Это подобно пластырю на ноге, надо срывать сразу и без промедлений, а не тянуть, продлевая мучения.
– Он всегда так искренне мне улыбался, – снова вернул Лайсерга в реальность голос Юи, заставив его всё так же стоя у стены повернуть голову вправо в сторону двери, – а сегодня он даже не смотрит на меня.
После этих услышанных слов Дител вжал пальцами уголки своих глаз в переносицу, нервно и с долей иронией помотав головой и одними губами произнеся: «Идиот».
Это ругательство было только в его свой собственный адрес по той причине, что он совершенно забыл об этом. История Юи, которая была подслушана вчера ночью, так сильно шокировала Лайсерга, что он забыл обо всём на свете, погрузившись в собственные мысли.
Нет, у него не было никакого негатива по отношению к шатенке, только восхищение и удивление. Когда он услышал историю про дорэи, то был совершенно сбит с толку, обескуражен и крайне шокирован. Как такое хрупкое и нежное создание могло быть в рабстве, да ещё и выжить? Это никак не укладывалось в голове даузера, и, разумеется, он большую часть дня очень сильно тормозил, даже не подозревая о том, что вызывает у Юи чувство разочарования.
Хотя теперь он и сам испытывал то же самое чувство разочарования, но только по отношению к самому себе и ни к кому больше. Лайсерг уже несколько лет думал, что его ничто не сможет удивить на этой земле, он многое повидал, многое претерпел, но, как оказалось, это не так.
– А вчера появилась эта девушка, – продолжила объяснять Вэй, заставив Дитела встрепенуться от упоминания Сары и того, что же подумала Юи, – и он в неё точно влюбился, я это вижу. Как, Рен, как ей удалось за два дня сделать это?
И снова жалость. Снова это противное чувство, которое отобразилось в глазах малахитового принца, рвёт его душу. Он бы хотел дать Юи то, что она хочет. Возможно, ему бы это пошло на пользу, ведь она его так любит, боготворит, как великого духа. А что ещё нужно для счастья? Правильно. Чтобы тебя любили. Но была одна причина, почему Лайсерг так и не делал явных шагов навстречу Вэй, и эта причина… Рен.
Как бы Тао сейчас его ни ненавидел, он до сих пор оставался его другом, в котором Дител прекрасно видел огромную и сильную любовь по отношению к Юи.
До сегодняшнего момента Лайсерг пытался разжечь в его сердце огонь, который сможет разбудить в нём чувства, и который поможет ему сделать шаг из разряда «дружба» к разряду «любовь», но, вопреки всей логике, Рен не мог перешагнуть через это, тем самым каждый раз вгоняя Лайсерга в сомнение, а любит ли он её?
Может ему достаточно дружбы с ней?
Но ответ, который произнёс Тао, снёс всю жалость и нерешительность Лайсерга, как ураган, обрушившийся на город, а также последние отголоски дружбы.
– Так она его бывшая девушка. Ты не знала? – сказал с долей усмешки и явным коварством Тао, у которого в голове промелькнула одна замечательная мысль. – Не удивлюсь, если он решил вернуться к ней.
А вот это уже считается ударом ниже пояса. Дител, стоявший около двери, просто опешил и чуть не засмеялся от изумления и наглости. Его заштормило из стороны в сторону от негодования, а также было непреодолимое желание кого-нибудь треснуть, желательно Рена.
Браво, Тао! Что ещё сказать?
Рен прекрасно знал, что у Лайсерга нет намерений возвращаться к Саре, но он решил выставить Дитела с такой стороны, что тот может крутить шашни сразу с двумя девушками.
Как низко!
Именно в этот момент все узы дружбы были разрушены, потому что Лайсерг просто не ожидал такой низости и такого лицемерия со стороны Тао, который играл совершенно не по правилам.
– Что? – с удивлением икнув, переспросила Юи, не веря своим ушам.
Надо принимать решение. Дител метался по полу взглядом и решал, что же делать.
Если Тао сейчас продолжит гнуть лживую линию в свою сторону, то Юи отступится от Лайсерга. Поэтому вопрос, который поставил сам себе Дител, звучал так: «Бороться за Юи или нет?»
А с какой стати нет? Он тоже заслуживает счастье, и Лайсерг был уверен, что именно такая девушка, сильная духом, сможет дать ему всё то, что нужно для человека, мечтающего о любви. Был ли страх того, что Вэй тоже будет лезть в не касающиеся её дела Лайсерга? Не имея ни малейшего основания для того, чтобы твёрдо утверждать это, Лайсерг почему-то был полностью уверен в том, что Вэй не будет так сильно назойлива. Но был ещё один нюанс, который волновал сердце даузера.