Лучшие друзья
Шрифт:
– Возьми трубку, босс звонит, – противным голосом вещал сигнал телефона, который Лайсерг пытался нащупать на тумбочке, не высовывая из-под подушки головы.
– М, – единственное, что смог протянуть сонно Дител, уволочив к себе в тёмное убежище мобильник и ответив на звонок.
– Ты что, ещё спишь?! – без притворства или сарказма, с самым настоящим изумлением спросил мужчина, услышав, как детектив не может спросонья и слова вымолвить.
– Нет, что ты, я в свой законный выходной в семь часов утра уже покоряю вершины Эвереста, – пробурчал Лайсерг, откидывая подушку с головы и понимая, что его сон на этом закончен.
– О! Юмор появился, значит, проснулся, – беспристрастным голосом подметил Коуз, заставляя Дитела нутром чувствовать, что он ухмыляется внешне.
– Это был сарказм, – с дёргающейся бровью от нарастающего раздражения, заявил даузер, всё также лёжа с закрытыми глазами и лицом к потолку.
– Сарказм – это низшая степень юмора, так что ты всё равно проснулся, – ответил на это замечание друга Стэн, заставляя Лайсерга вспомнить о его самом «прекрасном» качестве: в ответ на одно слово Дител получал двадцать.
– Ты позвонил ради того, чтобы просто меня разбудить и прочитать лекцию о юморе, которого у тебя, кстати, нет? – потирая шейные позвонки и принимая положение сидя на кровати, но всё ещё с закрытыми глазами, из-за чего складывалось впечатление лунатизма, подогнал босса ближе к теме малахитовый парень.
– Нет, я хочу пригласить тебя в Британский музей на прекрасный осмотр и диагностику по безопасности, – смеясь очень наигранным и явно издевающимся над парнем смехом, без угрызений совести рассказал планы Стэн, давая понять Дителу, что его выходной может смыться в унитаз.
– Вообще-то, у меня сегодня выходной, – решил всё-таки напомнить о такой маленькой, но весьма значимой вещи Лайсерг, на что услышал снова тот же полный беззаботности голос.
– Потом отгуляешь, давай побыстрее, – ответил Коуз, услышав недовольное цыканье подчинённого, – и, кстати, – опередил его возмущённые мысли Стэн, заставляя Лайсерг снова вслушаться в его речь, которая сейчас была прервана небольшой секундной паузой, создавшей грандиозную интригу, – у меня есть чувство юмора, – раздались короткие гудки, а Лайсерг так и остался сидеть на кровати с глупым выражением лица и стрекотанием кузнечиков в голове.
– Я заметил, – закатив глаза к потолку и понимая, что ребячество со стороны уже почти сорокалетнего мужчины, который управляет очень хорошим детективным агентством, перешло все границы его понимания, тяжело выдохнул Дител, потирая виски, сползая с кровати и слыша вновь зазвонивший будильник. – Да понял я, понял! Встаю! – нажав на кнопку выключения, Лайсерг теперь думал, что его босс может мысленно передавать сигналы и его технике.
Какой же он большой, красивый и, безусловно, интересный – Британский музей. Все экспонаты, которые отображают историю не только Англии, но и других стран и народов, представляют, несомненно, большую ценность в мире историков и человечества. Отсюда следует, что и охрана должна быть соответственной.
Именно этим, проверкой соответствующих мер по безопасности экспонатов, и занимался вот уже час после прибытия Лайсерг Дител вместе со своим непосредственным начальником. Хотя в обязанности детективного агентства и не входили услуги по безопасности, юный даузер был не только отличным детективом, но и обладателем диплома по современной криминалистике, поэтому его «вылазки» были непосредственными по просьбе органов безопасности, которые никак не могли «отвоевать» у Стэна Коуза незаменимого и ценного сотрудника.
– Ну? И что скажешь? – встретившись с даузером в одном из больших залов, где была выставка Древнего Египта, спросил мужчина, ведя себя, как и Лайсерг, спокойно и непринуждённо, шествуя среди экскурсантов, словно они тоже изучают достопримечательности.
– Охрана сильная, единственное, я бы им посоветовал установить в вентиляционных трубах чувствительные датчики, – отчитался Дител о своём наблюдении за прошедшие два часа. Конечно, этого времени мало, чтобы как следует осмотреть такой большой величины музей, но на первый взгляд Дител уже мог сказать, чего не хватает.
– Хорошо, – будучи слишком довольным собой, ответил Коуз, стоя со всей статью и изредка чему-то ухмыляясь. И Лайсерг, хоть и ошибочно, но понимал чему.
– Ты вызвал меня сюда для того, что и сам мог спокойно посмотреть? – это был не вопрос, а упрёк. Упрёк за загубленный выходной, который был убит незначительным заданием, которое даже самые неопытные в агентстве смогли бы выполнить.
– Прежде, чем обвинять, ты лучше развернись, – нисколько не обижаясь на укоры Дитела, всё с тем же лукавством и самодовольством заявил Стэн, смотря куда-то за спину даузера, который устало выдохнул, думая, что он об этом ещё пожалеет, и развернулся на сто восемьдесят градусов, буквально моментально напарываясь взглядом на то, что заставило его забыть о загубленном выходном и задержать от неожиданности дыхание.
– Мистер Коуз, посмотрите план, пожалуйста, – какой-то сотрудник музея подбежал к Стэну и начал показывать ему большой ватман, на котором был изображён план музея.
Мужчина смотрел на предоставленный ему лист бумаги, словно вычитывал там анекдот, поэтому низкорослый сотрудник, имеющий светлые волосы и наивный взгляд, не мог понять, в чём дело, и что так рассмешило его.
Дело было в том, с каким лицом сейчас стоял его подчинённый, который смотрел удивлённым, нервным и сбитым с толком взглядом на экскурсантов, среди которых малахитовый принц видел до боли знакомое, любимое и такое красивое лицо тёмноволосой девушки, смотрящей то в буклет музея, то на экспонаты.
– Я найду способ с ней встретиться, я добьюсь встречи с ней, – писклявой и передразнивающем манерой послышался голос Стэна за спиной Дитела, из-за чего Лайсерг снова закатил глаза, понимая, к чему это ведёт. – Ты уже так говоришь неделю, и ничего придумать не смог, а я всего лишь лишил тебя выходного, и, посмотри, какой результат, – гладя себя по головке, тем самым, говоря какой он хороший, самодовольно произнёс Коуз за спиной даузера, который всё не мог оторвать от Сары Вайтвуд взгляда.
Как и сказал Стэн, с того задания, когда Лайсергу было поручено сопровождать брюнетку на открытие фестиваля, прошла ровна неделя, за которую Дител уже раз тридцать успел сказать, что найдёт способ снова встретиться с Сарой, которая покорила не только сердце, душу и почки, но и мозг рационального детектива. Её полное отсутствие логичности в действиях и принцип сделать всем и, в частности, ему назло заводили его в том плане, что он хотел как можно больше быть с этой девушкой и понять её, что, конечно, не получится у него в полной мере.