Чтение онлайн

– Успокоиться? – просто опешил от такого Дител, впервые за год совместной работы выйдя из себя. – Вы мне обещали, что не станете впутывать сюда ребят и, в частности, Йо!

– Прекрати, Дител, – резко и очень холодно прервала их перебранку Анна, которая с каменным и гордым выражением лица встала со стула и теперь встретилась с малахитовым взглядом, который повернулся к ней с недоумением. – Я сама так решила, так что прекрати свои бабские истерики, – в отличие от Лайсерга, Анна ни капельки не изменилась, она всё также не выносила, когда кто-то вёл свою игру без её участия, но при этом в её присутствии.

– Анна, – сцепив зубы покрепче, пытался не вымещать на ней свою злость Дител, – ты хоть понимаешь, во что ты ввязываешься?

– Я-то понимаю, а вот ты, я смотрю, так ничего и не понял, – заявила с небольшой усмешкой в глазах Асакура, обескураживая парня и совершенно не обращая внимания на притихшего Голдву. – Ты думаешь, что ты герой? – в этом вопросе слышалось и осуждение, и даже лёгкое презрение. – Ты думаешь, что сам сможешь победить в этой войне?

– Причём тут герой? – дёргая руками, пытался вдолбить девушке истину Лайсерг. – Я делаю это ради вас всех, – он потупил болезненный и полный вины за то, что случилось четыре года назад, взгляд в сторону и тихо добавил, – вы и так слишком много для меня сделали.

– Во-первых, не думай, что ты весь такой особенный, Йо сражался с Хао больше по семейным причинам, нежели ради твоей мести, – всё тем же безразличием и твёрдым голосом спустила Анна с небес на землю детектива, который теперь понимал, почему Йо и ребята так боялись этой девушки. Она и правда излучала сильную и подавляющую ауру, что заставляла сжаться в комочек и заскулить о прощении. – Во-вторых, – продолжила блондинка, дёрнув бровью, – я не думаю, что подобная война сможет пройти секретно, рано или поздно всё вскроется, – это была ещё спорная позиция, но всё же Асакура решила всё-таки на это указать. – И, в конце концов, ты хоть подумал, что будет, если ты проиграешь? – после этого вопроса, который не нуждался в очевидном ответе, Дител почувствовал, что его гнев как ветром сдуло. – Ты погубишь всех нас, – сама с узким и твёрдым взглядом ответила девушка. – И смысл тогда всех твоих геройств? – пожав плечами, закончила свою речь Асакура, которая снова опустила занавес тишины и молчания.

Вот чего Голдве никогда не хватало – решительности в словах. Он всегда хотел сказать то же самое, однако у прямолинейной Анны это получилось гораздо лучше, ведь после её слов Лайсерг ушёл глубоко в свои мысли, наверное, впервые не найдя противостоящих аргументов.

– Так, – нарушил их теперь молчаливое противостояние Голдва, – давайте теперь успокоимся и всё спокойно обсудим, – призывая молодых людей к спокойствию и предлагая им присесть, понял Патч, что этот вопрос всё-таки будет решён в нужную сторону. Однако...

– Нечего обсуждать, – с новой злостью и даже какой-то обидой в глазах, поджав губы, выдохнул Дител. – Вы уже всё решили без меня, – помотав головой, словно говоря, что он презирает всех и вся на этой планете, Лайсерг не намеревался проводить в этом здании больше ни минуты, поэтому развернулся и поспешно удалился, снова не обращая внимания на оклики Голдвы.

Как только он исчез, мужчина всплеснул руками и измученно потёр переносицу между глаз, желая как можно быстрее заснуть и больше не вспоминать этот ужасный день, который был насыщен трудными решениями и укорами совести.

– Теперь я понимаю, что Вы имели в виду, когда сказали, что он изменился, – смотря на открытую нараспашку дверь, сказала своим невозмутимым голосом Анна, в глаза которой закралось едва уловимое сожаление, бьющее из её сердца.

– Не по своей воле, его жизнь изменила, – в какой-то степени чувствуя и свою вину в этом, ответил Голдва, посмотрев в окно, через которое прорывались последние лучи заходящего солнца. – Он защищает тех, кого он любит, – медленно прошествовав до окна, сказал Патч, задумчиво вглядываясь вдаль. – И для него твоё и, в большей степени, разумеется, моё решение, как нож в спину, – после своих же слов, которые так походили на исповедь, мужчина виновато выдохнул, в сотый раз понимая, что он сломал жизнь этому молодому парню, без которого у него ничего бы не вышло.

– Сообщите мне потом время и место, – решив не развивать дальше эту тему, сказала наспех Анна, взяв свою небольшую сумку и спокойным шагом выйдя из кабинета под очередной укоризненный выдох Голдвы.

Неспешно покинув помещение, Асакура вышла прямо на улицу под ослепляющее солнце, которое красным с золотом покрывалом растелилось по небу. Сам небольшой дом стоял на утёсе, с которого был виден почти весь Токио, а на его вершине, прямо у обрыва, стоял тот, о ком недавно шла речь.

Лайсерг вглядывался вдаль и словно у солнца спрашивал совета, молил о силах и винил за его существование. Увидев, как с ним поравнялась знакомая ему блондинка, которая за четыре года стала изящней, грациозней и красивей, Дител даже не бросил на неё прямого взгляда, лишь выдохнув и услышав её первый шаг для налаживания отношений, которые не сложились в начале.

– Не факт, что я понравлюсь ему, – что-то в этот раз в голосе девушки изменилось. Лайсерг слышал в нём какое-то дружелюбие и самое главное – доверие.

Да, они не были друзьями, ведь Анна никогда особо не общалась с ним и не знала его, однако она доверяла ему и вела сейчас с ним разговор совершенно иначе, нежели в кабинете при Голдве. Возможно, без свидетелей Асакура могла при нём показать частицу своей души, но только небольшую.

– Не факт и обратное, – с сокрушением и болью в глазах произнёс Дител, провожая вместе с блондинкой закат. Она ничего не ответила, давая ему время на обдумывание и продолжение разговора, ведь даузер очень многое хотел ей сказать. – Ты просто не понимаешь, каково это, – он сжурился от невыносимое душевной боли, – смотреть другу в глаза и знать про причину его боли.

– А ты не знаешь, каково это – бросать того, кого ты любишь больше жизни, – в ту же секунду открыто и не боясь своих чувств, заявила блондинка, не отрывая взгляда от простирающегося города и доказывая детективу то, что она не только понимает его чувства, но и, возможно, испытает чувства похлеще его мук. – Но мы оба защищаем тех, кого мы любим. И порой приходится чем-то жертвовать, – в очередной раз привела Анна неоспоримые доказательства своей правоты.

– Для того, чтобы ты внедрилась к Генриху, нам придётся стереть всю информацию о тебе, – попытался в последний раз настоять на своём Лайсерг, – тебя просто не будет существовать, – наконец, он посмотрел на неё, сузив взгляд и желая убедить её в этом. – Ты правда готова пойти на это, Анна? – не успев закончить этот вопрос, блондинка резко дёрнулась в сторону парня, посмотрев в его глаза своей уверенностью и где-то даже оптимистичностью, что потрясло Дитела до глубины души.

– С твоей помощью я готова рискнуть.

Оптимистичность и находчивость, которые в принципе невозможны в её-то ситуации, приводили даузера в замешательство, осознавая то, насколько сильна духом эта девушка, которая хоронила все свои эмоции глубоко в себе. Если бы он не знал о её чувствах к Йо, то мог бы с уверенностью сказать, что чувств-то и нет.

Идеальный контроль эмоций, прекрасные манеры и аура, красота и грация – всё, что так нужно и что могло бы зацепить Генриха в этой девушке, было в достатке. Поэтому шансов, что у неё не получится было маловато, но от этого Дител не испытывал особой радости.

Да, она, несомненно, испытывает боль и мучения от своего решения, и это, пожалуй, достойно уважения – пожертвовать своим счастьем, ради любимого человека. Однако терзания Лайсерга тоже сильные, несравнимые, в плане категорий, чувства, ведь он, по сути, предаёт лучшего друга, который сделал для него очень многое за такой короткий период в жизни.

Но что важнее – дружба, или же жизни людей, которым грозит гибель? Пожалуй, этот вопрос можно причислить к роду философских, на которые так и не найдены ответы.