Чтение онлайн

– Тебе придётся мне поверить, – стойко ответила на удар Вайтвуд, которая уже едва сдерживала плач своей души и сердца, которые обвиняли разум в жестоком надругательстве над прекрасным чувством – любовь.

– На слово? – снова проявлялась борьба по победному принципу.

– Хм... – задумчиво протянула девушка, впервые за этот разговор опустив глаза, однако в следующий миг небеса удивились тому, как молниеносно и самое главное непонятно зачем ладонь девушки ударила детектива по щеке, да так что тот почувствовал отнюдь не боль, а вернувшуюся к нему энергию. – Верь действиям, – с безразличием ответила Сара, видя, как рот Лайсерга приоткрылся, а удивлённые глаза не могли поверить, что он всё же добился холода от этой девушки по отношению к себе. – Я бы никогда не ударила тебя, если бы любила.

Только сама англичанка знала, что все её слова пустой звук – пыль в глаза, потому как она сейчас наступила, даже потопталась на собственном горле, но всё же сделала то, что действительно заставило даузера усомниться в том, что она играет. Он просто остался стоять с ошарашенным лицом в тот момент, когда она пошла через арку на арену стадиона, и, честно говоря, ни сердце, ни душа, ни разум не хотели дать ему объяснения, которое развеет его сомнение о том, что Сара действительно больше его не любит.

– Лайсерг! – бесцеремонно ворвался голос северянина в забвение Дитела, разбившееся на сотни мелких кусочков.

Вернувшись в жестокую реальность, даузер снова огляделся и увидел, что ничего не изменилось за его короткое отсутствие в стране воспоминаний: всё та же вечеринка в честь окончания третьего этапа турнира шаманов, всё те же люди.

Арена этим вечером стала местом танцевальных битв, а вокруг в несколько рядов были поставлены столики для шаманов. Конечно, всех присутствующих невозможно было разместить, поэтому веселье строилось по принципу: «Кто успел, тот и сел, да и съел», а ещё «Попу поднял – место потерял».

Наши герои оказались проворными и удачливыми, поэтому они-то как раз намертво оккупировали один из столиков в западной части стадиона и никому не собирались его уступать. Только Юи и Сели сходили с ума от дилеммы: пойти потанцевать или же сидеть и охранять свои места. У парней было всё проще – они не хотели танцевать и умело прикрывались тем, что нужно сидеть на месте.

– Что думаешь по этому поводу? – когда детектив окончательно вернулся в реальность, спросил его Трей, сидевший по правую руку от него.

Лайсерг, разумеется, всё прослушал и понятия не имел о том, что от него хотят сейчас услышать друзья. Даже сейчас, когда он снова вернулся в реальность, когда на него было направленно несколько пар глаз, он всё равно выискивал глазами ту, которая создала в его сердце бурю, ураган и цунами одновременно.

– Да, я тоже так считаю, – всё же найдя нужного человека и со скрежетом приняв тот факт, что она не одна, отмахнулся Дител, как ни странно, попав в цель.

– Ха, вот видите, я же говорил, что... – а дальше даузер полностью отключил своё внимание от ликований Юсуи, который тыкал пальцем в каждого из своих друзей, оказавшихся в меньшинстве из-за ненамеренной поддержки детектива.

Термометр терпения у Дитела сейчас был на отметке триста градусов по Цельсию, но это при учёте того, что максимальная сила его гнева, злости и самое главное – ревности достигалась на тысячном уровне, так что, можно сказать, что даузер был вполне спокойным, наблюдая за неприятной его взору картиной.

Недалеко от места расположения ребят, на южной части стадиона, где целой линией были поставлены барные стойки, малахитовый принц обнаружил свою англичанку, которая с каждой секундой становилась всё дальше и дальше от него. Рядом с ней на высоком стуле сидел светловолосый и небезызвестный музыкант, который, видимо, старался рассмешить девушку, легко попадающуюся под его чары.

Как-то слишком всё резко изменилось: именно это и останавливало детектива, предпочитавшего пока что просто понаблюдать. Сара весьма неожиданно дала понять, что собирается и со своей стороны разорвать все связи между ней и Лайсергом, а при учёте того, что брюнетка пришла не одна, а вместе с Сели и Юи (главными борцами за вечную и сильную любовь), это становилось ещё более подозрительным. Дител был бы не Дителом, если б кинулся в омут ревности с головой, он подозревал, что что-то кроется за этими переменами, однако всё это было понятно до определённого момента – до революции сердца против разума.

Невинная беседа, легкий флирт со стороны смеющейся англичанки и смущение музыканта обернулись тем, что заставило давление внутреннего термометра даузера взлететь к довольно высокой отметке.

Встав со стула, который, как и положено, был намного выше обычных, Сара едва не упала, зацепившись каблуком за круглую перекладину вокруг ножки барного сидения. К счастью только англичанки, её не то чтобы поймал, но всё же успел придержать за локоть Нобу – тот самый светловолосый музыкант, который до сего момента вёл с ней приятную и милую беседу. Возможно, Дител бы и сказал ему спасибо, но только не после следующих его действий.

По всей видимости, Сара сделала то, что и должна сделать любая воспитанная девушка: она поблагодарила его за поддержку. Однако парень всего лишь улыбнулся, в ответ сказав что-то на подобии «пожалуйста», взял руку Вайтвуд и легонько прикоснулся губами к тыльной стороне её ладони. Вот это-то и стало точкой отправки ревности Лайсерга в полёт.

Помимо того, что этот музыкантик из деревни, в которой родился и вырос Юсуи, старался корчить из себя джентльмена, так он ещё и посмел не просто прикоснуться, а поцеловать то, что всецело принадлежало детективу. Это было верхом наглости, по мнению Дитела, и в этот момент он горько жалел, что Юсуи в своё время не начистил лицо этого недопевца сильнее, чтобы он вообще боялся показываться на людях.

Да, злость валила из малахитового принца через края, кулаки сжимались так сильно, будто у него в руках было горло музыканта, а сердце стучало так громко, словно целая армия ринулась с устрашающими криками в атаку.

Снова в голове Лайсерга говорило два голоса, причём не злой и добрый, как обычно это бывает. Один говорил: «Ты сам старался держать её подальше от себя – вот и получай». Но другой – топал ногами и во всю дурь орал: «Она же твоя и только твоя!».

С одной стороны, турнир скоро закончится, и всё пока складывается как нельзя лучше. Король будет выбран, не исключено, что это будет кто-то из его друзей, и тогда его миссия и роль в этой войне подойдёт к концу, а он сможет вернуться к обычной жизни – он сможет вернуться к ней. Но с другой стороны, остаётся ещё опасность, и кто сказал, что чувства англичанки смогут дотерпеть до конца? Что будет, если вдруг по окончании всего этого она не сможет его простить или ещё хуже – действительно разлюбит?

О таком Дител даже не хотел и думать. Держаться на расстоянии от предмета своего обожания – это одно, а быть удержанным – это совершенно иное, и теперь Лайсерг прекрасно понимал чувства Сары, когда он старался оттолкнуть её с помощью Юи.

Поддаваясь парадоксальному принципу: «Моё, даже если не моё», даузер ещё сильнее сжал кулак под столом и одной лишь силой воли старался не соскочить с места, чтобы разбить эту парочку смеющихся.

– Ведь я прав, Лайсерг? – на сей раз к детективу за поддержкой обратился Рио, сидящий напротив, но насторожившийся, когда увидел, что его протеже даже бровью не повёл, а наоборот даже вытянул шею, чтобы что-то разглядеть в толпе.