Чтение онлайн

– Иди в задницу, Тао! – проверещала красная, как помидор, шатенка под звонкий смех ребят, которые снова попадали на стол не в силах подняться. С тех пор, как Юи признала, что любит Рена, на её голову упало столько шуток относительно её недалёкости, что хоть кричи: «Караул!». Однако то, что обрушится на неё по приходу в общежитие, ведь спор-то она проиграла, делало все шутки друзей просто детским лепетом. И это явно читалось в довольно суженных глазах Тао, который никак не мог дождаться этого момента.

Говоря о виновнице проигранного спора, необходимо сказать, что Сара сейчас находилась в не менее подавленном настроении, чем её новая подруга Юи. Помимо того, что, по её мнению, Лайсерг никак не отреагировал и, скорее всего, даже не видел этого лёгкого флирта с Нобу, брюнетке было противно ещё и от самого факта, что ей пришлось изображать увлечённость музыкантом. Нет, он был, безусловно, очень милым и весёлым парнем, но её сердце всецело принадлежало только детективу из её родной Англии, и подобного рода действия были ей малоприятны. Было такое ощущение, будто она предаёт не только Дитела, но и саму себя.

(Музыка: Kadebostany – Crazy In Love (Beyonc'e cover))

Новые подруги, которым она почему-то без сомнений доверилась, дали ей совет: играть свою роль в любом месте. Они объяснили это тем, что Лайсерг сам найдёт её, если чувства его не остыли, однако что он увидит, зависит только от неё. Ревность – это, несомненно, очень сильное чувство, особенно у того, кто по-настоящему любит. Она толкает на самые безрассудные поступки или может раскрыть любой обман. Однако, по всей видимости, ничего у Сары не вышло.

Находясь сейчас в дамской комнате и смотря, как из крана раковины по её рукам течёт тёплая вода, англичанка олицетворяла её с собственной жизнью, утекающей куда-то в проржавевшие трубы, ну а после в бескрайний океан. Возможно, хватит тешить себя иллюзиями. Возможно, хватит издеваться над собой.

Тяжело выдохнув, Сара закрыла вентиль крана и, сжав и разжав губы, подняла голову, взглянув в висящее перед ней огромное зеркало, только вот отражение заставило её негромко вскрикнуть и вздрогнуть от неожиданности. Причиной тому был не потёкший макияж, не маленький прыщик у губы, а то, что через зеркало на неё смотрели два ярких и блестящих «изумрудных» глаза, полных огня. Позади неё, там, где находилась дверь, стоял, скрестив руки на груди, тот самый узурпатор, незаконно захвативший её мысли и сердце. И, похоже, тигр, проснувшийся в нём под влиянием её безрассудных действий, разозлился не на шутку.

Застыв на месте, будто прилипнув к серой плитке пола, Сара так и смотрела через зеркало в яркие глаза парня, стоявшего позади. К счастью, её шок был вызван не его неожиданным появлением, а тем, что всё же Сели и Юи оказались правы – её сердце оказалось право, и Лайсерг Дител сейчас стоит позади неё только по одной причине, только из-за не угасшей любви.

Show must go on, как говорится.

====== 131. Шах и мат. ======

Шок можно победить только с помощью более сильных эмоций, например, таких как боль. Она фокусирует внимание, выводя человека из состояния растерянности и позволяя придти в себя. Однако, если подумать, откуда взяться боли, когда в сердце цветут прекрасные гортензии, а душа парит, казалось бы, в несбыточной реалии? Мощную волну шока от огромного счастья тяжело чем-то развеять, особенно если ко всему прочему попадаешься под прицел любимых глаз, смотрящих только на тебя и никого более.

Тёмноволосой девушке, англичанке древнего рода, уже давно не было адресовано этого взгляда малахитовых глаз. И неважно было то, что они источали злость, потому как впервые за последние месяцы этот взор был целиком и полностью адресован только ей без всяких «нельзя» и «не хочу».

Сара уже не одну секунду стояла в дамской комнате, расположенной под трибунами стадиона, и неотрывно смотрела в зеркало, отражающее её мечты, её мысли... её жизнь. Этот британский детектив и правда был для неё всем, и не потому что он был её первым и единственным мужчиной, просто она чувствовала сердцем, что рождена только для него.

Она часто дышала, слыша, как в груди стучит сердце, мощными импульсами адресующее всю свою силу в виски, и было такое ощущение, что ничего не заставит её взять себя в руки. Эта битва прямых взглядов казалась бесконечной, и тот, кто первый отведёт глаза, будет считаться проигравшим.

Уступать, разумеется, никто из двоих не хотел – слишком высоки были ставки у обоих, однако если ни одна из сторон не может придти к соглашению, то в игру вступает третья сторона. Что, в принципе, и случилось.

Услышав сначала девичий смех, подобный журчанию ручья, Лайсерг очнулся от своего ступора, в который он погрузился благодаря незнанию, ведь Дител действительно не представлял, что ему делать, а тем более сказать дальше. Но после того, как зрительный контакт был разорван, он почувствовал, как в спину его толкает дверь дамской комнаты, в которой ему не следовало появляться – хотя бы из-за приличия.

Двинув назад локтём так, что дверь моментально дала отпор завозмущавшимся посетительницам, непонимающим, почему их не пускают в уборную, Сара вдруг вздрогнула и ощутила по спине холодок испуга. Лайсерг был действительно зол, и это было видно невооружённым взглядом. Но то ли Вайтвуд нравилось играть с огнём и опасностью, то ли она пала жертвой своей собственной игры, которую нужно было довести до конца, однако она снова гордо вытянула шею, распрямила плечи и сделала безразличный вид.

– Вам не кажется, мистер Дител, что Ваше поведение – это наглость? – не с вызовом и не с желанием упрекнуть, а рассудительно, будто спрашивая и интересуясь его мнением, спросила Сара, стряхнув воду с рук и размеренным шагом направившись к висящему рулону одноразовых полотенец.

– Хм, странно, я хотел спросить у Вас то же самое, – хоть и с трудом контролируя себя, но всё же продолжая играть по установленным правилам, ответил Дител с явной ревностью в глазах. Но стоило ему это сказать, как в спину опять ударила дверь, получившая в ответ сдачу всё тем же бедным локтём, который, естественно, давал сигналы о том, что как бы больно вот так получать удары. Но до мозга эти сигналы не доходили, ведь на их пути стояло сердце, разъярённое, как Кинг Конг.

– Теперь и мне стало очень любопытно, – театрально приложив указательный палец к губам, задумчиво произнесла девушка, подняв глаза к потолку, будто там был написан ответ. – И что же я такого сделала?

– Сара, я предупреждаю тебя: не играй со мной в эту игру, – плюнув на всю эту абсурдную мишуру с уважительным отношением, будто они незнакомы толком, сделался ещё более сердитым, но пока сдержанным Дител, однако его уязвимость чётко прослеживалась в его словах. – Это опасно как для тебя, так и для меня.

– Игра? Не понимаю, о чём ты, – выкинув бумажное полотенце в корзину, развернулась с недоумением Вайтвуд, увидев, как Дител не сдержался и, приоткрыв дверь, чётко и как можно более «спокойно» дал понять:

– Девушки, занято! – и вот снова тяжело выдыхающий детектив подпёр спиной дверь и развернулся лицом к непокорной и непримиримой англичанке, которой, по всей видимости, хорошо обновили давно утерянный характер властительницы. – Не думай, что я дурак, Сара, – пытаясь взглядом проломить упорство девушки, продолжил Лайсерг. – Ты пытаешься вызвать во мне ревность, это же очевидно.