Чтение онлайн

Её лица тоже не было видно, так как девушка сидела на каменной возвышенности, заменявшей ей кровать, уткнувшись носом в подтянутые к себе колени.

– На, ешь, – с безразличием протянул ей тарелку мужчина, однако в мгновение ока, едва он успел договорить, рука девушки резко дёрнулась и выбила тарелку, которая покатилась со звонким стуком по полу. – Ах, ты! – разозлился подчинённый Генриха из-за её бунтарства и на того, что часть еды попала на его одежду, в тот же миг замахнувшись рукой на девушку, которая как будто смиренно ждала боли, однако вместо этого раздался грозный женский голос.

– Не сметь!

Мужчина сразу же остановил свои действия, совсем чуть-чуть не успев оставить ещё один синяк на теле пленницы, после чего развернулся назад и увидел вошедшую в камеру блондинку, которую все ненавидели, но которую всем приходилось уважать и подчиняться.

– Пошёл вон отсюда, – грозно, но уже более тихим голосом приказала Анна, чьё повеление в ту же секунду исполнилось. Она видела, как зубы мужчины сжались, видимо, от злости к ней, но он не посмел её ослушаться и быстро покинул комнату, оставляя в ней жену лидера и девушку их когда-то опаснейшего врага. Да, все думали, что Дител вместе с Патчами наблюдает за уничтожением былого мира с высоты птичьего полёта, а то и выше, однако и среди них были исключения, которые не теряли веру в лучшее, как например, Анна.

Осмотрев комнату и уже не одну опрокинутую тарелку, что говорило о явном бунтарстве или даже, можно сказать, отчаянии англичанки, медиум медленно выдохнула, смотря на безразлично сидящую брюнетку, после чего подошла к ней и присела рядом.

– Ты что творишь? – спокойно, но с осуждением произнесла японка. – Хочешь совсем силы потерять? – но в ответ на два последовательно заданных вопроса не было дано ответов. Девушка, исхудавшая не столько от голодания, сколько из-за стресса и боли в «разорвавшемся» на мелкие кусочки сердце, так и сидела, уткнувшись носом в колени. – Если Дител найдёт тебя в таком состоянии... – хотела Анна воздействовать на брюнетку, пожалуй, самым мощным аргументом, однако в ответ ей послышался слабый и не верящий уже ни во что голос пленницы.

– Лайсерг... мёртв...

– Кто тебе это сказал?! – не с криком, но с явным и ощутимым раздражением, заставившим брюнетку оживиться, отреагировала японка.

Молодая, но такая слабая как физически, так и душевно англичанка подняла медленно голову. Её серый взгляд стал похож на полные безнадёжности серые тучи, а её губы были растерзаны её же зубами в кровь – видимо, не было сил справляться с адскими муками, когда она услышала о гибели самого любимого и единственного в своей жизни человека.

– Подчинённый твоего мужа так сказал, – совсем тихо ответила Сара, давая Анне понять, что, разумеется, этим самым подчинённым был Вальдемар. Но не это заставило медиума тут же отреагировать с явным возмущением.

– Не называй его моим мужем, – только с этой девушкой из всех присутствующих Анна могла говорить открыто, и ей не хотелось, чтобы здесь Вайтвуд называла Генриха её настоящим мужем. Да, по закону это было так, но для медиума был лишь один человек достойный этого звания – её Король, её Асакура. – Неужели ты веришь чьим-то словам больше, чем своему сердцу? – оставив прежнее возмущение и перейдя к главному, с иронией усмехнулась Анна, пытаясь заставить англичанку вернуться к жизни и снова начать надеяться, однако на её слова брюнетка никак не отреагировала, молчанием оставив её слова без согласия и веры. – Я знаю: Дител и ребята уже на полпути к нам, – словно не заметив её скепсиса, продолжила говорить Анна, глядя на решётку двери, через которую прокрадывался лазурный свет.

– Твоя вера слепа, – произнесла Вайтвуд, снова опустив голову и обняв руками колени.

– Я никогда не говорю того, чего не знаю, – раздражённо ответила со сталью в голосе японка, подняв подбородок и поняв, что брюнетке придётся всё разжёвывать, чтобы вернуть ей уверенность. – Королева Валери обладает огромной силой, как и король духов, и чтобы ей перенаправить силу Хао в Генриха понадобилось даже меньше суток, – в этот момент Сара подняла голову, так как её мозг в отличие от сердца и души ещё был силён в действии и начал понимать, к чему ведёт этот разговор. – Она намеренно тянет время, так как, скорее всего, она видела будущее и знает, что ребята найдут нас.

– Но что, если она всё же ошиблась, и они не успеют? – в глазах Сары начинала зарождаться надежда, хотя она и не верила до конца в предположения медиума, которая, как выяснилось, была здесь шпионкой. Японка на минуту замолчала, так как она и сама уже не раз думала об этой ужасной перспективе, которую ни в коем случае нельзя было списывать со счетов. Она не знала, что будет, так как даже не хотела верить в подобное, но в одном она была уверена абсолютно точно.

– Тогда мы с тобой будем бороться до самого конца, – Анна решительно встала, расправив спину и с гордостью произнеся последние слова, убедившие брюнетку, – ибо я не склоню голову ни перед кем, кроме истинного короля.

Полпути – это очень чёткое определение тому, насколько Дител и его друзья были далеки от цели. Они знали приблизительное направление, понимали, что нельзя медлить, и сейчас предпринимали попытки добраться в кротчайшее время до долины Гленко, которая была также известна, как «Долина Слёз».

Странно, но первым транспортом в Лондоне для наших героев стал весьма вместительный, но такой простой служебный... лифт. Это средство передвижение между этажами принадлежало офисному зданию, практически в центре города, и путь к которому становился всё тяжелее и тяжелее для детектива, стоявшего перед самыми закрытыми дверями и растирающего похолодевшие пальцы рук друг о друга.

– Лайсерг, всё в порядке? – заметив то, как напряжено тело юноши, спросила из-за его спины златовласка, в ответ слыша, как лифт оповещает сигналом то, что они миновали ещё один этаж.

– Да-да... всё хорошо, – хоть парень и произнёс слова, которые вроде бы должны были успокоить Сели и ребят, тут же обративших внимание на их разговор, однако даже Тао не смог сохранить хладнокровности и выгнул вопросительно бровь, никак не ожидав, что у даузера может так дрожать голос.

– Уверен? – стоя позади Сели, из третьего ряда попытался увидеть Рио, что происходит с его протеже.

– Да ты сейчас в обморок грохнешься, – немного приукрасив действительность, но всё же обеспокоенно и с недопониманием сказал Трей. Никто не видел лица Лайсерга, однако все и даже Йо отметили то, как странно ведёт себя тело детектива. Он дрожал и, кажется, не мог совладать с волнением, а причиной сего было не что иное, как возвращение в родные пенаты, то есть в родное агентство.

– Просто... – стараясь совладать с собой, на выдохе произнёс Дител, не поворачиваясь лицом к друзьям и всё так же смотря вверх на то, как поочерёдно загораются лампочки, отсчитывающие преодолённые этажи. – Когда пришло время уезжать в Добби Виладж, мне пришлось инсценировать свою смерть.

– Зачем?! – в один голос удивились Сели, Юи, Трей и Рио, причём у каждого был разный тембр голоса, что создало неприятную слуху какофонию.

– Ну... – услышав ещё один сигнал лифта, опустил задумчиво глаза Лайсерг, с каждой секундой становясь всё ближе и ближе к своему страху. – Стэн – мой начальник и друг – по натуре своей скептик, и он не верит в духов, – снова раздался сигнал лифта, из-за чего Лайсерг ускорил свой рассказ. – Так что объяснять то, что такое турнир шаманов, я не видел смысла, – воспоминания о былом решении порвать с прошлым настигли даузера в тревожном настоящем. – Тем более я не знал: вернусь ли вообще сюда, – детектив будто разговаривал сам с собой, так как в ответ была полнейшая тишина. – На тот момент мне показалось, что лучше уйти, не попрощавшись, чтобы не было лишних вопросов.