Чтение онлайн

— Бедный дом Блэков посетила грязнокровая тв… — не успел Кричер закончить свой пассаж, как раздался крик:

— Кричер! Заткнись! Быстро! Прими гостей! — рассерженный Гарри возник в коридоре и грозно навис над эльфом, зажав волшебную палочку в руке.

— Гермиона, проходи, извини, но ты же знаешь его, — извиняющимся тоном продолжил Поттер, жестом прогоняя эльфа от входа, чтобы дать гостям наконец-то зайти внутрь. Домовик нехотя подвинулся на пару шагов, но позиции не сдал и, приняв защитную позу, окаменел. Гермиона подняла взгляд от его горящих ненавистью глаз. Она так и не привыкла.

Одним из негативных последствий реформы эльфов для Грейнджер лично стали резко ухудшившиеся отношения с Кричером. Он ее и до реформы-то не жаловал, а теперь стал люто ненавидеть за то, что она посмела отнять у настоящих домовиков весь смысл их существования — вечное и безусловное служение благородным хозяевам. Кричер раз за разом рвал трудовые договора и постоянно причитал о том, что нет для эльфа большего позора, чем остаться без дома и без работы. В итоге Гарри как-то сумел приказать ему поставить закорючку на министерском бланке и тем самым заключить трудовой договор с мистером Поттером. Гермиона с тех пор стала главным врагом эльфа. Каждый визит на Гриммо начинался и заканчивался примерно одинаково.

Видимо, вся самооценка Кричера в личной иерархии строилась на том, что он был — и оставался — домовиком самих Блэков. А теперь он служил каким-то Поттерам, да еще и с примесью Уизли. Однако Джинни в силу характера таких проблем, как у Гермионы, не испытывала, сумев добиться от Кричера уважения.

— Идем в гостиную, — Гарри, одетый в свои любимые маггловские шмотки — синие джинсы и красную олимпийку, принял у Гермионы легкое пальто и сам повесил его на кованую напольную вешалку. Он старался успеть быстрее Кричера, а то были прецеденты: как-то эльф совершенно случайно искупал в грязной воде парадную мантию Гермионы, надетую по случаю празднования Победы.

— Добрый вечер, — Скабиор зашел в дом и протянул руку Гарри для рукопожатия, которое Поттер поддержал без заминки. Кричер же усиленно шмыгал длинным носом, пытаясь по запаху опознать незнакомца в кожаном плаще.

— Добрый, мистер МакНейр, — с притворным почтением произнес Гарри, опустив взгляд на домовика. Скабиор непонимающе изогнул темную бровь: и Поттер туда же?

— МакНейр? — благоговейно выдохнул домовик, весь встрепенувшись, поднял взгляд наверх, откуда на него озадаченно смотрел оборотень. — Благородное семейство МакНейров из Абердина?

— Типа того, парень, — с трудом сдерживая рвущийся наружу смех, оскалился Скабиор, приосанившись, как должно чистокровному волшебнику. Кричер даже на «парня» не среагировал, продолжал вглядываться в бывшего егеря чуть ли не влюбленными глазами. — Крейг МакНейр, сын Гленны МакМанус из Эдинбурга.

Хмурое лицо домовика на несколько секунд просияло, словно слова оборотня озарили его мрачные дни, в которых Кричера окружали лишь грязнокровки, полукровки да различные предатели крови. Гермиона хмыкнула и закатила глаза. Истинно черная неблагодарность. Гермиона даже ткнула Скабиора локтем в бок, призывая перестать рисоваться перед домовиком. Они тут вообще не за этим!

— О, мистер МакНейр, позвольте Кричеру выразить свое глубочайшее почтение, — отвесил книксен эльф, натужно кряхтя.

Гарри не выдержал и заржал первым.

— Никогда не видел, чтобы Кричер кого-то столь горячо приветствовал, — покачал головой Поттер, перекинувшись ехидным взглядом со Скабиором. Тот еле успел поймать себя за язык, чтобы не вставить свои пять сиклей про оборотней, но быстро понял, что присутствие хоть одного достойного, по мнению Кричера, гостя облегчит этот вечерок всем присутствующим.

— Благодарю, Кричер, — Скабиор слегка наклонил голову, использовав тот самый благородный угол, присущий аристократам. Так зачастую отвечал на приветствия образчик семейного достоинства — Каллум.

— Кричер, накрой на стол, — прервал веселье Гарри, который увидел на лице Гермионы выражение крайней степени офигевания. — Давайте пройдем в гостиную. Джинни и Молли скоро будут!

— Кричер покажет благородному мистеру МакНейру настоящее гостеприимство святейшего дома Блэков, — с небывалым энтузиазмом эльф поспешил на кухню, топая босыми ногами по полу из красного дерева.

Троица в коридоре переглянулась. Гермиона разочарованно покачала головой. Гарри потрепал ее за плечо, призывая не расстраиваться.

— Всю жизнь ждал подобного случая, — скотски ухмыльнулся егерь, гордо распрямив спину. — Тварь всегда поймет тварь.

Гарри прыснул, но отвечать не стал. Гермиона поджала губы. Перепалка с Кричером немного ее отвлекла от более насущных проблем. Значит, Джинни и Молли еще не пришли. Что ж, подождем.

Двинулись по темному коридору, освещенному свечами в массивных черных канделябрах. Коридор остался единственным местом, которое никак не желал переделывать Кричер. Он с завидным упорством возвращал стенам черный цвет, притаскивал с чердака канделябры и всячески предотвращал попытки Поттеров снять фамильные портреты. Все, кроме портрета Вальбурги Блэк, который всех настолько достал, что Гарри и Рон уже давно вырезали кусок стены вместе с ним и намеревались отнести на чердак. Но Кричер вырвал портрет вместе с частью кирпичной кладки и утащил в свою каморку. Ребята больше Вальбургу не видели, но иногда можно было услышать, как она орет на Кричера, а тот подобострастно ей отвечает. На том и порешили.

В остальных комнатах Джинни и Гарри добавили в готическую мрачность дома Блэков искру жизни. Оказалось, что если убрать вечные темные краски, сменив их на бордовые и золотые тона, то комнаты наполнялись теплом и особым шармом. Хотя достопамятный шкаф с боггартом пришлось отнести к Невыразимцам, справиться с чудищем никто из новых хозяев не смог.

Гостиная получилась особенно хорошо. Джинни со свойственным ей вкусом поменяла цвет стен с темно-коричневых на золотисто-бежевые. Черный мрамор камина красиво контрастировал с цветом обоев. На нем теперь стояли кубки за победы на квиддичных матчах. «Холихедские гарпии» последние несколько сезонов показывали себя великолепно — с тех пор, как Джиневра присоединилась к составу команды. Парочку убогих диванов, на которых во время своего бегства спала золотая троица, пришлось просто выкинуть — настолько они успели провонять плесенью. Вместо них купили стильный диван цвета экрю. В общем, новый интерьер гостиной строился на контрастах старинной темной деревянной мебели, выкинуть которую у Гарри не поднялась рука, и светлых современных элементов. Получилось свежо и интересно. Гермиона, тоже привыкшая к более радостным интерьерам, готова была поспорить, что дом Блэков никогда за всю свою многовековую историю не выглядел более уютно. У Джинни был отличный вкус, поэтому Гермиона без сомнений доверила ей оформление своей свадьбы. Несостоявшейся свадьбы. Из-за которой они здесь сегодня. От этой мысли опять противно защемило под ложечкой.

Гарри пригласил их за стол из черного дерева, на который уже была накинута белая скатерть. Гермиона села на ту сторону стола, что была лицом к камину. Чтобы увидеть пришедших сразу. Скользнула взглядом по расставленным тарелкам. Четыре штуки. Скабиора явно здесь не ждали. Да и у самой Гермионы, например, кусок в горло не полез бы.

— Скоро придут, — Гарри смерил егеря подозрительным взглядом. — Джинни моя жена. Молли моя теща. Ты все понял, Скабиор?

Крейг про себя злорадно отметил, что на этот раз Поттер использовал его кличку, а не напыщенного мистера МакНейра.

— Понял, — криво усмехнулся егерь, присаживаясь на соседний стул рядом с Гермионой, тоже лицом к камину. С любопытством стал оглядываться по сторонам. Ничего себе домишко у них! Доводилось бывать, скажем так, в разных волшебных домах, и он знал, чего примерно ожидать от особняка Блэков, но был удивлен. Читалось явное маггловское влияние. Скабиор вспомнил чистенький домик родителей Гермионы. Очень похоже. Очень по-британски. Крейг порадовался тому, что в доме Пия ему удалось сохранить уют другого сорта и шотландский колорит.