Чтение онлайн

МакНейр улыбнулся, довольный проделанной работой, встал с колен придерживая Гермиону и впился в ее губы, щедро измазав, начал неистово целовать. Если бы ведьма была в состоянии, то могла бы оценить степень жадности этого поцелуя, как остервенение. Она тоже соскучилась, конечно, но мужчину прямо-таки несло. Он даже не позволил ей сказать то, за чем она собственно пришла, а сейчас, не дав опомниться, уже снова атаковал, уткнувшись возбужденным членом в живот.

— Крейг, — жалобно пискнула ведьма, с трудом восстанавливая дыхание. О, Мерлин, глаза егеря были совершенно черными, такими расширенными, смотрящими на нее. Как на стейк. — Суд…

— После, — его напряженный голос пронесся по коже сворой мурашек, от темного, тягучего ощущения Гермиону пробрало. Она сама кинулась целовать его, закинув руки за шею. Скабиор подхватил ее под бедра, оторвав от земли. Гермиона вцепилась в него, обхватив ногами. Так получилось, что они почти совпали, и прикосновение горячей плоти вызвало у нее новый приступ дрожи. Прямо стоя?! Гермиона нерешительно заерзала. Уверенным движением, Скабиор направил себя, проскальзывая внутрь. Девушка судорожно вздохнула, еще сильнее прижимаясь, так что он уперся в чувствительную точку. В глазах потемнело. Гермиона закусила губу и пару раз пошевелила тазом, с удивлением отмечая новизну ощущений. Вот так. Лицом к лицу. Глаза в глаза. Быть с ним.

Дав ей достаточно времени, чтобы она успела привыкнуть, егерь начал двигаться, точнее, двигать Гермиону вверх и вниз, цепко ухватив пальцами за ягодицы. Жар затопил ее сознание. Чертов Скабиор наконец-то опять был рядом, так близко, так необходимо. Чувствовался так правильно. Поступательно нежно. Обманчиво мягко. Гермиона начала терять связь с реальностью, растворяясь легкой пеной могучих океанских волн, окатывающих скалистый берег.

— Я…О, я, — тихо выдохнула ведьма ему на ухо. Слова бурлили под кожей, готовые сорваться с губ. Непроизнесенное, но очевидное. Пока еще не поздно. Пока они вдвоем. Гермиона облизнула губы и втянула в себя воздух, собираясь… Но он с силой опустил ее вниз, насаживая до упора. Гермиона прикусила язык и застонала, изо всех сил напрягая ноги и отчаянно цепляясь за него руками. Спрятала лицо в волосы егеря, они все еще были в масле, которое она специально оставила в кабинке, и теперь Герми сама пахла терпкой амлой, что смешалась с пряным вкусом на губах.

Скабиор сделал пару шагов назад, подставляя их под прохладные струи душа. Гермиона не была уверена, что они не испарятся от контакта с ее кожей, горевшей от желания. Струи устремились вниз, смывая с них масло и пот. Вниз, вниз, вниз. Мир поднимался и оседал, с каждым движением они падали все ниже, устремляясь в ласковую пасть бездны. Мышцы вновь свело судорогой, Герми выгнула спину, подставляясь под ставшие внезапно более сильными удары.

МакНейр еле сдерживался, но уже понял, что стал терять контроль. Надо было менять позу, чтобы не навредить девушке. Он аккуратно убрал ее ноги с себя, поставив на пол. Гермиона недовольно замычала, закусив губу. Она почти, а тут такое самоуправство!

Скабиор усмехнулся, поцеловал гримасу на ее лице и, шлепнув по заднице, подвел лицом к стене. Гермиона плохо соображала, отчаянно хотелось продолжения. Она немного прогнула спину, ладонями опираясь на скользкую плитку. И стала ждать, нетерпеливо помахивая задом. Скабиор навис над спиной девушки, также уперевшись руками о стену, и переплел с нею пальцы. Всеми рецепторами она наслаждалась ощущением его голой кожи, тесно прижатой к ней. И, Мерлин, он почти лег на нее! Она почувствовала горячее проникновение и не смогла сдержать стон. Скабиор с силой ударил бедрами. Герми вскрикнула. Видимо, с нежностями на сегодня все.

— Скучала по мне? — его шепот обжег ушную раковину. Она-то?

— Очень, — призналась ведьма и пискнула, в награду за честность получив еще один глубокий толчок, приятная рьяность которого еще ближе поднесла ее к оргазму. Конечно, чертов егерь самодовольно улыбнулся, она почти увидела его эту усмешку.

— А будешь?

— Нет, я, — он не дал ей договорить, сделав еще несколько глубоких касаний, что вообще-то она не собиралась скучать, а собиралась его вытащить. И именно для этого пришла сюда сегодня поговорить, но ее постоянно перебивают! Гермиона закрыла рот, опасаясь опять прикусить язык.

Он двигался быстро. Быстрее, чем когда-либо вообще на ее памяти. И это было очень хорошо. Они вновь оба были страшно мокрыми, то ли от пота, то ли от воды. Кожа липко схлестывалась и разлеплялась, оглашая пространство влажными хлюпами. Скабиора несло, он старался действовать точнее, бить лучше, но чертова девчонка сносила его крышу нахрен! Особенно сейчас, когда так упоительно податливо подставлялась под удары, принимая его. Он хотел бы, чтобы у нее осталось это ощущение. Когда его не будет. Словом, егерь трахался, как в последний раз, свято веря в то, что он действительно последний.

Скабиор почувствовал, что тело партнерши начинает сжиматься вокруг него, и сделал пару последних долгих толчков, с оттягом, а потом добил Гермиону несколькими прикосновениями умелых пальцев. Сам же кончил ей на спину, еле успев вытащить.

А пальцы второй руки так и остались переплетены с пальцами Гермионы, на мокрой плитке стены. Они оба громко сипели, восстанавливая дыхание. Водяная взвесь висела в воздухе, оседая на кожу нежной, успокаивающей пеленой.

Скабиор стал распрямляться и тут же подавил рычание, которое против воли сорвалось с губ. Сука! В пылу возбуждения он совсем забыл про свою спину, а теперь отхватил боли по полной, до кровавых кругов перед глазами.

— Спина? — встревоженный голос Гермионы ворвался в затуманенное болью сознание. Егерь сделал усилие над собой и все-таки выпрямился. Он покачал головой, стараясь беззаботно улыбнуться. Гермиона нахмурилась и внимательнейшим образом разглядывала его, а потом повернулась к выходу из кабинки, чтобы взять палочку, как егерь вновь впечатал ее в стену и начал глубоко целовать, нехитрым этим маневром отвлекая девушку и себя заодно. До Луны целая неделя! И еще неизвестно, исцелит ли его трансформация.

— Подожди, я наложу заклинание, — Гермиона все-таки вырвалась из его настойчивых объятий и пошла за палочкой. Та торчала из кармана юбки, которая тряпичной лужицей валялась у входа в кабинку. Несколько секунд волшебнице понадобилось, чтобы прикинуть стоит ли одеваться, и щеки залила краска, Гермиона достала палочку и вернулась к егерю.

Она наложила обезболивающее заклинание. Скабиор тут блаженно выдохнул, чувствуя, что режущая, острая боль начала стихать.

— Спасибо. Иди ко мне, — он не дал ей уйти одеваться, обнял снова, затягивая под струи душа. Гермиона еле успела отбросить палочку, чтобы та не намокла. Так они и стояли, обнявшись и наслаждаясь простым присутствием друг друга рядом. МакНейр оглаживал контуры ее тела легкими касаниями, отчаянно стараясь получше запомнить мягкость кожи. Закинув руки ему за шею, Гермиона трепетно ловила каждое прикосновение, реагируя на такую невинную ласку подрагиванием ресниц на закрытых глазах. Ей тоже не хотелось покидать этот мир, где была только вода и они, только вдвоем. Как в прошлом, прекрасном и далеком. Их беспечные встречи, взаимные подколы и постоянное тянущее желание внутри. То, чего они теперь были лишены.

Горло перехватило, она чуть было не заплакала от обиды, но быстро вспомнила, что здесь и сейчас он был рядом. Гермиона окунулась в поцелуй, отдаваясь с остервенением, природу коего сейчас поняла в полной мере. Скабиор прощался. Он и, правда, готовился умереть в Азкабане.

— Нет, — прошептала она, требовательно глядя ему в глаза. — Ты выйдешь.

Скабиор усмехнулся горько и ничего не ответил. Гермиона сжала кулаки, случайно захватывая его волосы. Они все еще были в масле.

— Нужно смыть, — голос опять дрогнул, Гермиона зашла ему за спину и часто заморгала, стараясь избавиться от слез. Он ей не верит! Но она не скажет…