Чтение онлайн

Наши взгляды встречаются и задерживаются. Я вглядываюсь в его глаза, задаваясь вопросом, почему он так отчаянно хочет остаться один, когда очевидно, что здесь у него есть семья и общество, которые так высоко его ценит.

Прикусив губу, я иду на риск.

— Я не знаю Айзека, но сомневаюсь, что он хотел бы, чтобы ты изолировал себя.

Выражение лица Луки превращается в гранит.

— Может, и нет, но Кимми хотела. — На этом он оставляет меня у задней двери грузовика и топает к водительской стороне.

Неприятие пронзает меня насквозь, как лед в пруду, который забрал Ники. Мои плечи опускаются, и я беспокоюсь, что сказала слишком много, и сомневаюсь, что Лука захочет принять меня обратно, но не думаю, что он просто оставит меня на улице. Я уже собираюсь подойти к его окну и извиниться, когда мимо проезжает знакомый черный внедорожник, а затем резко останавливается. Задние фары окрашивают близлежащий снег в красный цвет.

Райф.

Действуя инстинктивно, я бросаюсь бежать. Снова пробираюсь сквозь припаркованные машины, не высовываясь и отчаянно пытаясь скрыться.

Хлопают две двери.

Они преследуют меня.

Мой пульс учащается, и я судорожно ищу место, где можно укрыться. Вернуться на почту? Нет, скорее всего, Райф знает, что я иду оттуда, поскольку здесь находится парковка. Я могу проскочить через городскую площадь и затеряться среди толпы на рождественском рынке.

Холодный воздух обжигает мои легкие. Хруст соли, песка и льда под ногами становится все ближе.

— Айрис, я знаю, что ты здесь, — окликает знакомый ломкий голос.

Поднявшись с корточек, я заглядываю в окна седана и вижу Райфа, одетого в его обычное черное одеяние, стоящего через несколько машин. Я опускаюсь и прислоняюсь к двери.

Стараясь замедлить дыхание, чтобы он меня не услышал, я подползаю к задней части машины, чтобы рассмотреть варианты. В какую сторону идти?

— Послушай, я просто хочу поговорить, — говорит он.

Я могу броситься через парковку в сторону Мэйн-стрит. Библиотека находится всего в трех зданиях. Я знакома с ее интерьером и могу спрятаться там. Если, конечно, она открыта.

Другой вариант - запрыгнуть в чью-нибудь машину и спрятаться на заднем сиденье, пока Райф и его головорез не уедут. Хотя эта возможность может привести к тому, что меня арестуют или водитель съедет с дороги, если я напугаю его, но мои возможности ограничены.

— Айрис. Я терпеливый человек, но всему приходит конец. Прекрати играть со мной в игры, — говорит Райф.

У меня щекочет в носу, и я чувствую, что начинаю чихать. Зажмурив глаза, произношу молитву.

Пожалуйста, нет, пожалуйста. Кто-нибудь, помогите.

Тяжелые шаги приближаются, хрустя по снегу.

Я закрываю лицо руками. Все кончено. Это конец. Было весело, пока это длилось.

Подняв голову, я встречаюсь взглядом с парой карих глаз. Они наполнены беспокойством и чем-то еще. Свирепость. Защита. Предупреждение. Лука смотрит на меня, потом вокруг. Как военный, он был обучен смотреть по сторонам и быть в курсе ситуации.

Защищать невинных. Служить тем, кто в этом нуждается. Сохранять свободу.

Несколько раз моргнув, я глубоко вздыхаю. Я благодарна, что это не Райф.

Он снова зовет:

— Айрис. У меня твоя шапка.

Лука берет меня за руку и помогает подняться на ноги. Он притягивает меня к себе и бодро шагает прочь, прикрывая меня своим телом.

Райф не мог видеть, как мы скрываемся среди машин, грузовиков и фургонов, когда садимся в грузовик Луки.

Он молчит, пока мы едем по Мэйн-стрит - веселая сцена за окном противоречит узлам в моем животе. Мы заезжаем на стоянку базара рождественских елок, и Лука выходит из машины. Он разговаривает с парой парней школьного возраста, стоящих у маленькой хижины, украшенной блестящей мишурой и разноцветными огоньками.

Я прикусываю губу, разглядывая окрестности, не зная, что делать с его молчанием во время поездки, не зная, должна ли оставаться на месте или следовать за ним. Может, у него где-то здесь есть скрытый бункер? Через несколько минут я выхожу и улавливаю обрывки их разговора.

— Еще три дерева пропали? — спрашивает Лука. — Ты уверен?

— Да. Несколько ночей назад. Должно быть, перед первой бурей.

Лука разглаживает бороду.

— Я займусь этим.

— Ты говоришь о пропаже елок? Я слышала, как кто-то на почте упомянул, что тайный Санта доставляет их в местные организации. — Я называю их, пытаясь быть полезной, если кто-то крадет его елки.

Лука переминается с ноги на ногу.

— Можно придумать вещи и похуже, чтобы украсть.

— Кажется, недавно с базара пропало несколько пирогов. Мы должны принять меры предосторожности, босс, — серьезно говорит рабочий.

— Можете быть уверены, я проведу расследование, — говорит Лука странно бодро, как будто говорит парню, что предложит ему рождественскую премию.

— У него есть топор, то есть колун, — говорю я громко на случай, если преступник находится поблизости.

Лука прячет ухмылку. Я так думаю… я надеюсь.

Когда возвращаемся к машине, я прищуриваюсь, пытаясь понять смысл разговора о пропавших деревьях. Лука, из всех людей, похоже, пришел бы в ярость, если бы кто-то украл его деревья и осмелился отдать их на благое дело. В конце концов, он же Снеговик Фрости.

— Странно насчет деревьев, — говорю я, нарушая ледяное молчание между нами.

Он ворчит.

— А не странно, что ты скрывалась на парковке у почты?

— Эм, мне показалось, что я увидела… эм, одного из эльфов Санты. Собиралась поймать его для Чарли.

— Ага. А я - тайный Санта, доставляющий елки.

Задыхаясь, я кручусь на своем месте и показываю пальцем.

— Так это ты, не так ли?

Он прячет кривую улыбку за своей бородой.

— Да, это ты.

— Почему ты так думаешь?

— Эльфы Санты знают все.

Он хихикает.

— А они знают, в хорошем я списке или в плохом?

— Я начинаю думать, что в хорошем.

— Хм. Мы должны что-то сделать, чтобы изменить это.

— Сейчас?

— Ага. Нам, наверное, стоит... — Лука резко поворачивает, а затем петляет по окрестностям, прежде чем оказаться на грунтовой дороге, покрытой толстым слоем утрамбованного снега. — Держись крепче.

Грузовик подпрыгивает на ухабах, когда мы съезжаем с дороги на лесовозную тропу, а затем выезжаем на горную дорогу возле его дома.

— Что это было? — спрашиваю я, вцепившись в подлокотник пальцами с побелевшими костяшками.

— Я не знаю, Айрис. Ты мне скажешь? — Этими простыми словами он разрушает веселое настроение в грузовике.

Как делала в детстве, когда чувствовала себя загнанной в угол, я складываю руки перед грудью, охраняя свой секрет. Я хочу доверять Луке, но должна защитить свою сестру.