Чтение онлайн

Ирландская семья была помилована Лоренцо. Не знаю, почему, ведь эти суки только и делают, что пытаются урвать кусок от нашей доли и поселиться на святой территории.

Детройт.

Другой сын был бы оскорблен, и, наверное, справедливо, но я разделяю чувства этого ублюдка.

Мой отец умер и его больше нет.

Мои сестры будут в безопасности от него.

Моя семья тоже.

Смерть отца освободила меня.

— Да ладно тебе, приятель, сотри с лица этот пошлый вид. — Я поворачиваюсь лицом к идиоту. Самое поганое в этой суке то, что он родился и вырос здесь, в Штатах. Когда ему нужно, он говорит очень гладко, с акцентом, я имею в виду.

Мы ничего о нем не знаем, только то, что однажды появился Бенедетто и завел себе новую собаку на коленях.

Он лишь сказал, что Риану нужно рассчитаться с долгами.

Вот и все.

Он всегда был загадкой для семьи, и все, что касалось его, всегда держалось в секрете.

— Отвали. — Я самодовольно улыбаюсь ему, потому что взбешенный Риан чертовски смешон для меня. К тому же я заметил, что он приходит в ярость, когда кто-то высмеивает его корни.

На его лице расплывается безумная улыбка, а глаза темнеют.

Большинство людей в этот момент почувствовали бы ужас. Ничего хорошего из этого странного выражения лица не выйдет.

Я не такой, как большинство.

Меня воспитал сам дьявол.

— Ты мой должник. — Говорит он, поигрывая четками, украшающими его шею.

— Я тебе ничего не должен, убирайся к чертовой матери.

Слово Лоренцо пользуется уважением среди трех семей, но оно не является законом.

Мое является.

Я могу снова сделать этого ирландского ублюдка нашей сучкой, если он, блядь, попытается меня убить.

Я отворачиваюсь от него, потому что с меня хватит этой странной встречи. У меня есть дела поважнее.

Как, черт возьми, я могу выбраться, не став крысой? Не обращаясь к федералам?

Не предавая моих сестер и не рискуя их жизнями?

Он садится рядом со мной на корточки и смотрит на безжизненное тело моего отца. Он протягивает руку и прощупывает пульс. Он проводит указательным пальцем по ране на шее моего отца и подносит его к лицу.

Этому ублюдку лучше не пить его кровь. Мне хватает того, что Лоренцо болен, чтобы разбираться еще с одним уродцем.

Он потирает пальцы, чувствуя кровь, и хмурится.

— Знаешь ли ты значение своего имени, Лукан? — Мрачно шепчет он, но его глаза не отрываются от тела Томмазо. Он рассеянно продолжает размазывать кровь по рукам.

Что за хрень?

Твое имя означает «свет» в других странах, но знаешь ли ты его ирландское значение?

— О чем ты говоришь? Какое мне, на хрен, дело?

— Святой. — Лает он. — Это значит гребаный святой. — Ирландский ублюдок засовывает пальцы в рану на шее Томмазо, растягивая ее, пока не сочится кровь. Черт, эта сука и впрямь не в себе. Иначе почему ему нравится трахаться с мертвым телом? — Но ведь с тобой не обращались как со святым? Нет, твой отец обращался с тобой хуже, чем с крысой.

С меня хватит этого дерьма.

Я хватаю его за шею и заставляю встать на ноги. Риан сильнее и старше, но я могу справиться с ним.

Я поворачиваю его к себе, не ослабляя хватки, пока мы не оказываемся лицом к лицу.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, и, честно говоря, мне плевать. — Я крепче сжимаю его шею, пока не зажимаю дыхательные пути, но больной ублюдок не реагирует. — А теперь убирайся к черту. У меня есть дела.

— Ты мой должник, парень, ты прикончил эту сучку раньше, чем я успел.

— Что у тебя за претензии к нему? Какого хрена ты хочешь с ним покончить?

— Он забрал мой мир. — Он говорит, рассеянно глядя на кровь на полу.

— Что ты имеешь в виду?

— Мою маму.

Черт.

— Послушай, он отнял у меня и моих сестер мою мать, и покончить с ним было моим правом.

— Нет, ты меня не понял. — Он делает шаг вперед и занимает все мое пространство. — Наталия была нашим миром, а твой отец уничтожил ее до неузнаваемости.

Ни хрена себе.

— Чушь собачья. — Не может быть, чтобы то, на что он намекает, было правдой. Я бы знал, верно?

Он бросает на меня суровый взгляд, но что-то в его глазах говорит мне, что он не играет в игры.

Честность.

«Твоя мать была шлюхой, я оказал тебе услугу». — Внезапно слова Томмазо поразили меня. Я всегда думал, что он просто больной, жестокий, параноидальный сукин сын и поэтому говорил о маме всякие гадости.

Мне и в голову не приходило, что его слова могли оказаться правдой.

Черт.

— Я вижу по твоему лицу тупой сучки, что в глубине души в моих словах есть правда. — Риан делает движение, чтобы достать что-то из кармана. Пистолет? Он хочет, чтобы я заплатил за грехи моего отца против него?

Черт, ничего не понятно.

Но я все равно поднимаю голову и смотрю ему в лицо.