Чтение онлайн

— Необходимое среднее значение — тринадцать процентов, — отвечает Риггс. — С обновлением руководство может в реальном времени отслеживать все данные.

— Включая нашу игрушку?

— Да, сэр. И еще, по поводу нее. Они ждут больший эмоциональный всплеск.

— Чем то, что я дал? Ну, это я им обеспечу…

Заключенные, перешептываясь, по-прежнему смотрят вверх. Браун подносит микрофон ко рту:

— Как вы все слышали, триста третий принял свою судьбу. Более того — признал, что сам виновен в произошедшем. Он нарушил правила и поплатился за это. Предварительный медицинский анализ показал, что у него отказали почки.

— Вранье!

— Мы требуем доказательства!

— Как охрабрели… — бубнит изумленно Браун и смотрит на экран, где теперь красуется надпись: «24 %».

— Тело! — кричит триста первый. Мерзкий маленький латинос. — Тело! Тело! — Заключенные, в основном безбилетники и девушки, подхватывают крик. — Тело! Тело! Тело!

— Что ж. Ваше желание будет исполнено. Три человека. Два из первого сектора и один из второго. Само собой, лучше те, кто был близко с ним знаком. Те, кому вы доверяете. У вас один час, чтобы сделать выбор. — Браун сам нажимает на дисплей, и стекло вновь прячет его ото всех. — Ну, давайте готовить тело.

***

Шахтеры молча переглядываются.

— Ублюдки! — бросает Джавайа и бьет подошвой по забору, гудящему громче обычного. Луна слегка вздрагивает.

— Еще ничего не ясно, — говорит Кайа, сжимая ее руку.

— Ничего. Это «Мункейдж», — шепчет Луна будто сама себе. — Все мы умрем рано или поздно.

— Ну, что молчишь, Бен? — негодует Оскар. — Что будем делать?

— Я думаю…

— О чем тут думать? Кто пойдет? — Он оглядывается на два десятка заключенных. — Кто? Могу пойти я, но что я в этом понимаю. Нужен кто-то, кто шарит!

— Я, — говорит Марек. — Думаю, я смогу.

— Окей. Первый есть. — Оскар хлопает в ладоши, как капитан футбольной команды, пытающийся взбодрить остальных после пропущенного гола. — Соберитесь, включайте бошки! Кто второй?

— Видимо, придется мне, — разводит руками Бен. — Я видел много тел. Думаю, что смогу определить… — Не в силах закончить предложение, он замолкает.

— А если он? — Джейк указывает на пятый этаж. На камеру Павла.

— Этот? — Оскар пренебрежительно тычет пальцем вверх. — Нам нужен кто-то из наших. При чем тут он?

— Потому что шарю, — говорит первый заключенный из-за их спин. Безбилетники расходятся. — Как ты сказал. — И, посмотрев на Бена, добавляет: — И потому что тоже видел много тел.

Оскар только успевает открыть рот, как триста второй кивает:

— Хорошо. Ты и Марек. Джай, — лидер шахтеров подзывает сокамерника и, указав на скопление девушек за забором, спрашивает: — разберешься?

— Да…

Джавайа подходит к забору и наблюдает, как Кайа что-то объясняет Луне. Та мотает головой, высвобождает руку и, стрельнув огненным взглядом прямо в центрового, говорит:

— Не заставляй меня. Не могу. Пусть идет кто-нибудь другой.

— Кто, если не ты? — спрашивает подруга.

— Кто угодно… Не заставляй меня видеть его таким… Прошу. Не хочу, чтобы это был последний раз… Прости. Я не могу. — Луна поспешно уходит к лестнице.

Кайа смотрит на Джавайу, подзывает Рене, о чем-то переговаривается с ней и тоже уходит.

— Кто от вас? — спрашивает Рене, подойдя к забору.

— Марек. Он медбрат. И Павел. У вас?

— Видимо, я.

— Может, сама Кайа?

— Думаю, что тогда не пойдет Павел. Да и опасно, — отвечает девушка.

Джай задумчиво смотрит поочередно на Кайу и на русского, затем кивает.

***

В сопровождении охраны Павел, Марек и Рене проходят по знакомому коридору и спускаются по лестнице. Там их встречают еще двое охранников, и уже с усиленным конвоем они доходят до металлической двустворчатой двери, с каждым шагом все сильнее ощущая жуткий холодок.

Они останавливаются и через стекла в дверях видят помещение, залитое ярким белым светом.

— Согласись, похоже на чистилище, — слышится голос из начала коридора. — Весь этот яркий свет. Так и хочется в нем раствориться. Сделать последний шаг и оказаться в мире, где больше нет зла. — Браун приближается к ним. — Но этот свет обманчив. Ты ведь помнишь это место?

— Морг, — отвечает Павел, продолжая смотреть в дверное окно.

— Мир мертвых.

Браун обходит их, прикладывает карточку к сканеру, и двери расходятся в стороны. В заключенных невидимой стеной бьет настоящий холод. Холод смерти.

— У вас три минуты. — Начальник колонии жестом приглашает их внутрь.

— Стоун… — роняет Марек и подбегает к койке на колесиках, которая стоит в самом центре комнаты. На ней лежит исхудавшее, бледное и абсолютно точно мертвое тело триста третьего заключенного, частично накрытое тонкой простыней.

Сокамерник сразу прикладывает ухо к груди. Павел просто смотрит на тело. Рене, оглядываясь, замечает белые холодильники, вмонтированные в стены. Точно белые капсулы, ждущие возможности переправить душу заключенного в бесконечную тьму безжизненного космоса. В мир мертвых.

— Можно? — спрашивает Павел растерянного Марека, и тот с видимым усилием заставляет себя отойти.

Павел тоже прикладывает ухо к груди Стоуна. Затем подносит палец к его носу, пытается нащупать пульс и на шее, и на запястье, поднимает веки. Зрачки не реагируют.

Павел смотрит на Марека почти виноватым взглядом. Все становится понятно. Тот хватается руками за волосы и отворачивается. Пинает стойку с медицинскими приборами.

— Дерьмо… — бросает Рене, тоже обойдя койку. Она понимает, что значит этот взгляд.

— Закончили? — спрашивает Браун, настукивая что-то по металлу двери костяшкой пальца в черной перчатке.

Сделав шаг от тела Стоуна, Павел разворачивается в его сторону и подается вперед. Все пятеро охранников активируют шокеры. Первый заключенный останавливается в шаге от начальника и прожигает его глазами.

— Мертв? — звучит холодный вопрос Брауна.

— Мертв, — звучит ответ Самсурова.

Развернувшись, начальник уходит и уже на лестнице бросает:

— Передайте мои соболезнования. Этого в плане не было.