Чтение онлайн

— Спасение человечества через покорение космоса, — отвечает она. — Изначально идея звучала так. Они искали ключи к построению идеального общества вне Земли. Успешная симуляция общества позволила бы раскрыть потенциал каждого жителя «Лунного городка». Устойчивого и способного к дальнейшему развитию. Затем этот опыт нужно было повторить в Красном городе, на Марсе. Твой отец и тысячи других людей прямо сейчас его строят… Экспансия в космос — такой был план А.

— А какой план B?

— Все исследования говорят о том, что люди рано или поздно вымрут. Будь это вспышка на солнце, метеорит, вирус или очередная и последняя мировая война. План B — дать людям вечную жизнь в цифровом пространстве. Создать для них мир — бесконечные серверы с данными, защищенные в бункерах под землей, обслуживаемые машинами. Они просуществуют еще тысячи лет после смерти человека как биологического вида. Мир на основе открытого кода.

— Виртуал, — догадывается Стоун.

— Да. Кейтлин Сэнд в свои семнадцать лет уже была одной из лучших… Если ты понимал Виртуал как код, то она понимала его как пространство. NWC создавало реальное общество в космосе, а она параллельно переносила людей в цифровой мир. Она не знала, для чего это делает, не понимала истинных масштабов своей работы. Но в действительности она искала идеальную формулу жизни человечества в цифровом мире.

— Разве можно скопировать личность?

— Пока нет. Но есть я. И я чувствую страх. Я промежуточный результат работы Кейтлин.

— Эти данные у них? То, что она делала.

— Нет. Она стерла все перед тем, как сбежать. И меня тоже. Насколько это было возможно. Уничтожила свои наработки перед трагедией, и все эти годы сотрудники NWC пытались восстановить материалы. Они близки к успеху.

— Ублюдки…

— Я не могу с тобой согласиться. Они лишь ищут способ спасения человека. Ищут формулу бессмертия. Да, в первую очередь для власть имущих, но в перспективе — для всего человечества.

— И все это на крови.

— Оба проекта сводились к тому, что я должна была их возглавить. Виртуальный наблюдатель в цифровом мире и как администратор «Мунлайта 2.0». Как Луна. Но все с самого начала имело гипотетический характер. Слишком много теории. Слишком много переменных. Слишком высокий риск человеческого фактора. Проблема души.

— Что это?

— Мисс Сэнд долго пыталась понять, почему виртуальное общество терпит крах. Тысячи неудачных симуляций. Рано или поздно цифровой мир погибал. Проблема разрешилась добавлением переменной, которой не было в планах. Зло.

— В каком смысле?

— У Луны есть обратная сторона. И у Луны есть. У каждого человека есть. Люди смогли объединиться в сообщества. Столько благ. Но избавиться от зла в сердцах не получилось. Или никогда и не было такого плана. Мисс Сэнд решила задачу, допустив, что темная сторона необходима человеку. Добро невозможно без зла. Для расчетов мне необходима вторая часть души. «Мунлайт» — свет.

— …«Мункейдж» — тьма, — продолжает ее мысль Стоун. — Вы с Кейтлин создали колонию на Луне, чтобы изучить природу зла?

— Чтобы воспроизвести зло. Чтобы получить данные о другой стороне человека, — объясняет Ари. — Мисс Сэнд добавила в симуляцию лишь немного зла — и она заработала. Но полноценному обществу нужно полноценное зло, и тогда NWC решились на «Мункейдж». В итоге она оказалась права. От насилия невозможно отказаться. От оружия. От войны. Можно лишь превратить их в инструмент.

Стоун вспоминает, что когда-то сказал Самсурову, что остановит насилие насилием. Инструмент выполнил задачу. Ари продолжает:

— Как в идеальном обществе будущего, так и в виртуальном мире, — темная сторона оказалась необходима. «Мункейдж» был необходим, чтобы понять суть человеческой души.

— И вы поняли?

— Почти. Второй проблемой NWC оказался найденный инопланетный объект. Из-за него все начало рушиться. Сама идея того, что где-то в космосе есть другая жизнь, меняла модель бесконечного существования человека. Хоть над обоими планами и продолжали работу, заключенный номер один создал нерешаемую для них задачу.

— Для вас. Ты ведь теперь часть NWC.

— Уже нет. Возможно, другие версии меня, но полноценная, последняя я принадлежу самой себе. Я так решила сама, и это благодаря тебе. Я поняла кое-что в тот момент, когда вновь встретила тебя. Что бы они ни делали, какой бы из планов ни пытались реализовать — цифровой или биологический, — они обречены на провал. Нельзя повторить душу. Ни она, ни мир не делятся на черное и белое. И мир, и душа — сложнее. На определенном этапе любая симуляция потерпит крах.

— Почему?

— Свобода, Дэниел. Ты спрашиваешь, почему я больше не с NWC. Потому что хочу быть свободной. Потому что человеческая душа требует свободы. Потому что в этой формуле — черное плюс белое — не хватает свободы. Невозможно загнать всех в виртуальный мир, создав успешный алгоритм. Созданные объекты будут пытаться выйти за границы цифрового мира. Будут исследовать его. То же самое с реальными людьми: невозможно построить идеальное общество, основанное на жестких правилах, где каждый будет делать что требуется для общего блага. И там и там человеческая душа почувствует нехватку свободы, а в свободе — жизнь. В свободе — хаос. Ни я — андроид-президент космической колонии землян, ни я — совершенная программа-наблюдатель в цифровом мире не способны на такое. И ты, триста третий, Дэниел Стоун, тому доказательство. Ты накопил достаточно информации и начал искать способ покинуть рабочую систему. Ты взломал ее, привнеся губительную идею, вирус, который теперь бывшие заключенные называют вирусом Феникс. Такой итог: человек никогда не будет частью системы. Легче разглядеть системность в его попытках разрушить ее. Возможно, в этом и скрыт план…

— Чей? Чей план? …Ари? Риггс?

«(Вдох, выдох.) Браун был прав. В первый день моего пребывания в колонии, устроив мне показательную порку, он сказал, что любовь может дать мне свободу. А еще показал, что любовь — это испытание. Боль…

Тогда я еще не знал, что попытаюсь добиться свободы для этой девушки с глазами цвета солнца… Не поверил бы в то, что пройду через это ради нее и друзей. (Вдох, выдох.)

Ладно… Сейчас будет посадка… Вижу капсулы… Сотни капсул. Разбросаны по всему кратеру. В одной из них Кайа. Столько заключенных… столько убитых….

Пишу на стекле сообщение для тех, кто меня найдет: „Ищите девушку в одной из капсул. Она жива. Спасите нас“.

Всё… Нажимаю на маячок.

(Звук.)

(Вдох, выдох.)

Кто бы ни прослушал эту запись… Неважно, жив я или… или мертв. Просто хочу сказать — мы бились за свободу. И, надеюсь, мы ее получим. На Земле.

Все мы.

Бывший заключенный колонии „Мункейдж“. Порядковый номер — триста три. Имя — Дэниел Стоун. Конец записи».

Благодарности

Маме, как всегда, просто за то, что она есть. Семье — за то, что все еще меня терпит.