Луна - это моё проклятье
Шрифт:
– Так зачем вы прибыли сюда, полковник?
– Я же сказал, проводить эксперименты. Те пленки, данные, анализы, которые вы присылали в центр, заставили нас засекретить по первой категории все работы проводимые здесь. Группа военных экспертов, считает, что нужно использовать необычные свойства ваших пациентов в иных целях. То есть научиться руководить ими в необычном состоянии сна и самое важное, продлить это состояние хотя бы на какой то длительный промежуток времени или насовсем.
– Иначе говоря, хирургическим вмешательством закрепить за ними эти свойства на всю жизнь.
– Вот именно.
– Они же здоровые, нормальные люди, полковник, почти дети. Кончиться этот лунный период и это необычное, как вы говорите, состояние исчезнет. Они вернуться домой и будут чувствовать себя как все...
– Вот этого и не надо. Надо, чтобы они оставались такими, как есть.
– И у вас есть решение, как это продлить?
– Естественно. Нужно под черепную коробку вставить 7 раздражительных электродов, две пластины конденсатора, микросхему и батарейку питания.
– А если у вас ничего не выйдет, они же будут калеки на всю жизнь. Эти операции еще никто не проводил.
– Вот мы первые и проведем. Вы не беспокойтесь. Метода отработана. Мы уже оперировали с десяток пациентов.
– Тоже лунатики, откуда они?
– Да, нет. Это отходы с сумасшедших домов...
Наступила пауза.
– Нет, я не могу позволить кромсать здоровых детей. Я сейчас позвоню Марине Сергеевне.
– Пожалуйста.
Тетя Таня набирает номер.
– Але... Позовите, Марину Сергеевну... Марина, это я привет. Очень хорошо, что тебя застала... Приехал, сидит напротив меня... У меня незакончена программа, самый важный период, управление пациентами в полете... Конечно... Думаю недели две, три... У парня наверно это свойство до сентября, а у девушки подольше... Успеет, сейчас июль... Хорошо, передаю.
Она протягивает трубку полковнику.
– Возьмите, Марина Сергеевна хочет поговорить с вами.
– Здравствуйте, Марина Сергеевна... Да, да, готово... Помочь ей, ну конечно... Раздражители наклеим, сам буду сидеть за аппаратурой... Три недели, ясно... До свидания.
Он бросает трубку.
– Ну что убедились. Программа утверждена и подписана. Вам дается три недели, до первого августа, завершить вашу часть исследования, потом они поступают в мое распоряжение.
– Убедилась...
– А как же их родители? Они же не дадут согласия на проведение такой операции, - сказала тетя Лида.
– А мы их спрашивать не будем. Скажем, что лечим пациентов и никак не можем вылечить.
– Боже мой, какой ужас.
– Где наши комнаты?
– спрашивает полковник.
– Лида, проводи их, пожалуйста.
Слышны шарканья ног и стук дверей. Я подождал немного и тихо убрался подальше от этой дачи, на пляж.
Деревенские девчонки уже там и встретили меня недоброжелательно.
– Привет, - сказал я им.
Они недружно поздоровались.
– Как у вас в деревне, все нормально?
Наступила заминка. Наконец Варя сказала.
– Шел бы ты от сюда.
– Чем я вам насолил?
– Вас, паразитов, уничтожать надо. Пошел...
Я хотел успокоить их. В это время Таня сказала.
– Вон твоя... бежит. Наверняка тебя зовут.
Я оглянулся. К нам бежала Ира.
– Игорь, Игорь, идем на дачу, мама хочет с тобой познакомиться.
Она не дошла до нас метров восемь и встала. Я пошел к ней.
– Ты чего такой?
– почувствовала Ира во мне перемену.
– Они только что меня прогнали.
– Не переживай. Пошли, мама такие вкусности привезла...
– Я уже не переживаю.
Что бы показать деревенским, что мне на них наплевать, я обнял Ирку за плечи и повел ее к даче.
Ирина мама расспрашивала кто я, где живу, кто родители и массу глупых ненужных вопросов. Я вежливо терпел и отвечал. Она дала мне два пирожка и я понял, что пора отваливать. Ирка уже догадалась, что ее мама не будет давать мне "вкусности" и насупилась.
– Вы извините, - сказал я, - меня ждет медсестра, делать процедуры.
– Да, да, - обрадовалась мама.
– А тебе, Ирочка, не надо на процедуры?
– Нет.
Я вышел и услышал, как за дверью пронесся "ураган". Дочь с яростью обрушилась на мать...
Вечером Ирина мама уехала, а меня действительно позвали в процедурный кабинет. Полковник был одет в белый халат, рядом стояла женщина, которую он привез.
– Ну- тес, молодой человек, сейчас мы вам кое что подклеим. Софья, обратился он к женщине, - подбрей ему волосы на затылке, вот здесь и вот здесь, за ухом, а также на макушке.
Женщина профессионально выбривает голые плешины и полковник наклеивает на эти места коричневые колпачки.
– Вот и все, - любуется он моей головой.
– Софья, готов аппаратуру.
Маша смотрит на меня с состраданием.
– Господи, что они с тобой сделали?
– Здорово изуродовали?
– Да уж красивее от этого не стал. Ложись спать.
– Как неудобно. Мне некуда повернуть голову.
– Бедненький. Я тебя понимаю.
Она гладит меня по щекам.
Мы летим над озером. На другом берегу вспыхивает костер. Ира направляется к нему. Я стараюсь ее остановит.
– Ира, стой.
В ответ смех и она ускоряет полет. Я несусь за ней и не могу догнать.
– Ира...
У костра нас заметили темные фигуры и заметались. Раздались крики ужаса.
– Демоны... Вона, демоны. Сюда летят.
Фигуры шарахнулись от костра в разные стороны. Ирка заливается от смеха.
– Ира, назад, - кричу я.
Она не долетает до костра метров десять и замирает, парит над водой. Я подлетаю к ней и вижу, как остекленевшие глаза устремлены в пламя...
– Ира, назад.
Я беру ее за руку и тут что то стало давить на голову. Кто то приказал мне отходить влево. Тащу Ирку и наконец отрываю от костра. Мы летим влево, команда меняется, теперь мы несемся по прямой к другому берегу. Опять изменение команды, Ирка стала рваться, я ее отпустил и тут вспыхнул синий прожектор. Ирка понеслась к нему, а мне опять что то надавило на голову и я свернул...
Нас приводят на дачу. Ирку, как всегда, первой кладут спать. После Маша приходит ко мне.
– Как ты себя чувствуешь?