Чтение онлайн

– Все прекрасно! – Стефан не успел придумать ничего вразумительного, но Ален опередил его, подхватив инициативу. – Просто друг мой немного перебрал, встать не может. Мы справимся.

– Бро, пошли домой… – промямлил Стефан, пытаясь выглядеть как можно более пьяным. Он специально растягивал и жевал слова, как это делают люди под влиянием алкоголя.

– Да-да, уже идем, не волнуйся. Спокойной ночи вам!

Ален отсалютовал полицейским и повел Стефана настолько быстро, насколько тот мог перебирать ногами.

Стефан покачал головой, отмечая, что Ален все-таки не безбожно тупой. Может включить смекалку и вовремя сориентироваться в ситуации.

За короткое время побега от полицейских Стефан успел привыкнуть к ощущениям и сделать несколько дыхательных циклов для её успокоения. Конечно, в условиях ходьбы это было не так эффективно, но почти пять веков практики приручения боли помогли.

Удивительное дело: он отринул все эмоции, кроме скуки, безразличия и гнева, но вот от боли отделаться не смог. Да, он привык к ней, научился с ней жить, но забыть – нет. Она была постоянным напоминанием о том, что Стефан совершил.

– Мы вообще правильно идем? – спросил после длительного молчания Ален.

– Да. Не волнуйся, мы идем под мост не прямо сейчас.

Пакет с продуктами, висевший на руке, впился прямо в язву. Сделав глубокий вдох и приготовившись к очередному приступу боли, Стефан достал из кармана левую руку, на которой висел пакет, и быстрым движением всучил Алену.

– Неси его. Я не могу.

Ален тут же принял пакет.

– У тебя так дрожат руки…

– Заткнись.

Стефан вскоре сказал Алену повернуть налево. Затем они пошли направо и оказались в трейлерном парке.

– Тащи меня в самый конец парка.

Такая компания и сомнительная поддержка энтузиазма не вселяли. Стефан воспринимал это как плату за потерю бдительности. Если бы он не распинался перед Аленом и не слушал, как тот распинается перед ним, то приступ боли словил бы уже в трейлере, а не валяясь посреди улицы.

Через пять минут они очутились на отшибе парка. Стефану всегда нравилось месторасположение своего трейлера, потому что он был вдали от остальных, но сейчас, когда ноги еле шевелились, дальний путь был сродни пытке.

Их встретил маленький, местами ржавый трейлер. Стефан купил его лет шесть назад у пьянчуги, погрязшего в долгах и продающего за бесценок имущество ради погашения хотя бы части. Очень удачно поблизости оказался Стефан и купил его. Никакой официальности, разумеется, – все на словах, но это даже лучше.

Стефан жил в этом трейлерном парке последние восемь месяцев. Он исколесил достаточно городов на доме. Жизнь в этом месте устраивала. Да, есть минусы, начиная теснотой и частым пополнением запасов воды, заканчивая дебошами соседей (это еще одна причина, почему Стефан разместился подальше), но это лучше, чем предыдущие ночлежки.

Стефан осторожно выпутался из хватки Алена. Ощущение чужих прикосновений было инородным, а остаточное тепло на коже вызывало ощущение липкости, будто Стефана замарали.

Ален колебался, отпустить ли Стефана. Тот собирался забрать пакет у Алена, который сквозь сомнения произнес:

– Ты точно уверен, что тебе не нужна помощь?

– Дай пакет.

Забота бесила. Он направился к фургону, но чувство, что кто-то смотрит вслед, заставляло тяжело вздохнуть.

– Чего стоим, кого ждем? – бросил через плечо у самой двери Стефан. – Я тебя никуда не приглашал. Вали куда хочешь.

Ален переминался с ноги на ногу, покусывая губу. Стефан вопросительно поднял бровь: нерешительность Алена озадачила. Он молчал как рыба.

– Ну? – Стефан разорвал возникшую между ними неловкую тишину. Он не хотел и не мог ждать, потому что руки все ещё болели, и надо было как можно быстрее с этим разобраться.

Когда ответ снова не последовал и Стефан уже решил уйти, Ален сказал:

– Что с твоими руками? Почему они так дрожат? Это из-за них тебе так больно?

– Не твоё дело, – ответил Стефан. Машинально и на автомате. Так он отвечал тем, кто совал нос в его дела.

То есть практически всем людям.

– Ты не можешь мне помочь с ночлегом? Я тебе помог, так что…

– Ха, вот как ты заговорил! А я думал, ты бескорыстный.

Как бы ни хотелось это признавать, но Ален много раз за вечер выручил Стефана: предотвратил попадание под колеса, купил сигареты, уберег от излишнего внимания полицейских и довел до дома.

Это все равно ничего не значило.

– Ты не поможешь? – Ален попытал удачу еще раз.

– Я не пущу тебя в свой трейлер.

– Почему? – Ален все не унимался. Стефан, если бы руки были в порядке, устало потёр бы переносицу.

– Потому что это мой трейлер. Я не обязан пускать туда тех, кого не хочу. Моя собственность, понял? И в нем слишком мало места для двоих.

Ален вздохнул и беспомощно посмотрел на Стефана. На самом деле положение паренька довольно бедственное: ни денег, ни еды (кроме злосчастной булки), ни одежды – ничего. К тому же его привели к чёрту на куличики в какой—то трейлерный парк. Местность он вряд ли знает, да и уже темно.

Ладно, он ведь и правда сделал сегодня для Стефана слишком много.

– Вон там диван, – Стефан ткнул пальцем на старый бордовый диван рядом с трейлером. Ален проследил за пальцем и оглядел потенциальное место ночлега. – Принесу одеяло.

Вероятно, такой расклад Алена не сильно впечатлил. Спать зимой на улице, когда ночная температура ощутимо падает, несмотря на теплый климат, никому бы не понравилось. Но это единственное, что Стефан могу предложить. Услуга на услугу.

Он скрылся за дверью и вернулся с одеялом. Протянул его Алену. Тот его принял и спросил напоследок:

– А как зовут тебя?

Стефан держался за наполовину закрытую дверь фургона. Он колебался, взвешивая за и против, – сказать ил все же послать?

– Стефан. Вали уже спать и не капай на мозги.

Стефан закрылся в фургоне и выдохнул с облегчением. Он проследил за тем, как Ален подошел к дивану, развернул одеяло. Дальше Стефан зашторил окно.

***

Он встал у раковины, вытащил бутылек спирта из пакета, поставил его на стол. Снял куртку и толстовку, стараясь не задевать руки, и с неудовольствием обнаружил на предплечьях огромные черные коросты вокруг ран. Раны были свежие и не затянувшиеся.