Чтение онлайн

Ноги слушались с трудом, то ли онемели от холода, то ли затекли. Горячее дыхание вырывалось из груди со свистом, еще немного и я заболею, подхвачу обыкновенную простуду, а мне никак нельзя болеть, по крайней мере до тех пор, пока не выясню, что за чертовщина со мной приключилась.

В особняке горел свет и когда я постучала, дверь открыл дворецкий, изумленно взирая на меня и забыв о своих обязанностях.

— Прошу прощение, Ваше Высочество, — покаянно бормотал он через пол тайма, впуская меня в дом и распоряжаясь на счет горячей ванны и обжигающего отвара с имбирем и лимоном. — Мы не ждали вас. Ходили слухи, что вы приболели, но мы то знаем…

— Что знаете? Рассказывай…

— Я могу быть предельно откровенен?

— Да, я жду.

— На дегустации что-то произошло, вы же знаете, что сын Марко работает на кухне консульства, слуги шептались, вы замерли неподвижной статуей, сплетничали о проклятии. Был грандиозный скандал, консул позволил себе лишнего в отношении Цессы Теаны и его объявили персоной нон-грата. Три уна назад он покинул Ориум, а нового пока не прислали, кандидатуру нужно согласовывать, но пока ни один из кандидатов не подошел.

Ха, зная, кто одобряет замену, думаю еще очень долго консульство не буде иметь официального представителя, подумалось мне, но сейчас меня интересовал другой вопрос.

— Как долго я была…кхм…статуей?

— Терил, Ваше Величество, мы так волновались за вас, — на последних словах его голос дрогнул, но Мартош, мужественно сдержал скупую мужскую слезу, лишь несерьезно шмыгнув носом.

— Я постараюсь больше не каменеть, — хмыкнула я.

У меня было подозрение под действие какого заклятия я попала, и если мои догадки подтвердятся, то ставленник премьер-министра очень вовремя убрался в Демистан, только вот думаю, что я могу себе позволить не мараться об него, а нанять для этого лучшего (после меня) наемного убийцу. Уверена Теневой поможет мне в этой маленькой просьбе, учитывая наше длительное и плодотворное сотрудничество.

— А кто-нибудь приходил в дом? Спрашивал обо мне?

— Да, о вас справлялась Цесса, Её Сиятельство герцогиня Рейдж и еще несколько человек, записки и карточки ждут вас в кабинете, так же в дом пытался неоднократно проникнуть консул Кроу и несколько его человек, но защита дома не пустила их, сигнализируя и блокируя на входе. Снять её им не удалось, и они ушли ни с чем.

— Мартош, благодарю, — сказала я, дождавшись, когда наполнят ванну и направляясь за ширму, — вы можете быть свободны. Завтра жду периодику за тот период, что я была не в себе, — на этом предложении я хмыкнула, — а также свяжитесь для меня с нотариусом. Я бы хотела встретится с ним в первой половине дня.

Оставшись наедине со своими невеселыми мыслями и горячей, исходящей обжигающим паром ванны и ароматным дымком горьковатого отвара, я практически провалилась в сон, погрузившись по нос в кипяток. Мысли лениво, словно жирные гусеницы, переползали с цветка на цветок, с одной на другую. Не помню, как я вышла, но промокнув тело от влаги я, собрав силу в кулак, дошла до разобранной постели и ухнула в неё, словно в пропасть.

Я металась во сне, бежала куда-то, силясь успеть. Вязла в топкой жиже болотного цвета, но упорно ползла, с трудом переставляя покрытые налипшей грязью, словно военным сапожищем, ноги, вырывая с корнем мелкую, колючую травку немногочисленных сухих кочек и цепляясь за высохшие стебли глубоко пустившей корни полыни, я всё же выбралась на сухую поверхность.

Последнее, что я увидела, когда осознанный сон сменился чернильной пустотой — лиловые глаза Азама, или Фатиха.

Я в них запуталась.

Во сне.

Или наяву.

Утром, попивая крепкий тай и наслаждаясь намазанным на тост сливовым конфитюром, я тщательно прошерстила предоставленные слугой газеты. Во всех изданиях от официальных ведомостей до самого низкопробного жёлтого издания, в котором реклама средства от облысения соседствовала со статьей про параллельные миры, я с восторгом взирала на набросок парящего в небе гигантского виверна. Его Величество Себастьян явил миру свою вторую ипостась, давая понять оппонентам, что он та сила, которую стоит бояться, и только глупец не прислушается к очевидному.

Мне потребовалось еще пара леоров чтобы понять, что со мной было, благо за долгое время я приобрела немало редкой литературы. Особый упор всегда делался на книги по одной определенной тематике — ментальной магии, коей в совершенстве владел мой главный антагонист премьер-министр. Оказывается на меня было наложено заклятие «безмолвие истины», сложное в исполнении, но совершенно безотказное, если желаешь заткнуть человека. Его нельзя засечь, нет ни одного признака по которому можно понтять, что помещение под заговором, оно функционировало лишь в ограниченном пространстве и требовало колоссальных энергетических затрат. Обычный полог тишины можно обойти. Это трудно, но реально, а вот «безмолвие» — нет.

Заклятие было двухфазным и действовало с отсрочкой. Под него попадал каждый, кто когда-либо пытался рассказать информацию под грифом «секретно» случайно или специально подслушанную в стенах консульства. Вот почему так беспечно была открыта дверь, возможно ловили на живца, а может просто не посчитали нужным её запереть, зная о последствиях. То, что меня оставили в стенах консульства, а например, не отправили в больницу, говорит о том, что Кроу не стал рисковать, приди я в себя вне стен консульства — могла бы попросить политического убежища, что, впрочем, я собиралась сделать немного позднее. А вот то, что обо мне забыли, оставив пылиться как треснутую статую говорило о том, что Ворон не смог предусмотреть всё.

Консула выдворили из страны, уверена, Кроу надеялся заменить его другим надежным человеком из своего окружения. Да только Цесс Ориума встал в позу и отказывался утверждать кандидатуры, отсеивая одного за другим ставленников нового правительства, заставляя премьер-министра бесится от бессилья. Есть такие вещи, на которые власть Ворона не распространяется, и, судя по всему, Себастьян Виверн намерено злил фактического правителя Демистана.

Моё наслаждение от чтива периодики и вдумчивое размышление о происходящем прервал дворецкий, оа сообщил, что меня желает видеть Ардуино Бруно, преподаватель медицинской Академии, министр здравоохранения и отец нынешней Цессы по совместительству. Если я и удивилась столь раннему и неожиданному визиту, то ничем не выдала своего изумления, а как радушная хозяйка встала, приветствуя гостя и распорядилась о свежем тае.

— Чем я обязана столь внезапному появлению моего учителя на пороге? — спросила я, искренне улыбаясь. Несс Бруно был отличным человеком и замечательным преподавателем, говорят рождением Цесс Себастьян обязан именно ему, тот долго был личным лечащим врачом монаршей пары.

— Я искренне беспокоился о вашем здоровье. Вчера Теа прислала записку о том, что вы пришли в себя и сегодня с утра, как только подошло приличествующее время для посещений — сразу направился к вам, — естественно, что соглядатаи шпионили у каждого консульства, хотя думаю посольство Демистана сейчас занимает лидирующие позиции по обилию новостей.

— Благодарю вас, но со мной, как ни странно, все хорошо, я чувствовала себя ужасно вчера, все же сильное проклятие не проходит даром ни для кого.

— Разрешите хотя бы легкий осмотр, во избежание так сказать, последствий…

— Моих знаний вполне хватило для того, чтобы считать показатели и сделать выводы, но если вам так будет спокойней, — согласилась я. Возможно я что-то не увидела, а более опытный в диагностике несс Бруно сможет разглядеть, то, что вызовет опасения.

После непродолжительного осмотра он облегченно выдохнул, как будто и вправду переживал о моем здоровье и подвел итог: