Чтение онлайн

– Я хочу отдельный кабинет и два выходных в неделю, - твердо заявила я.

Обожаю, когда он так обескураженно выгибает дужки бровей!

– Тебе говорили, что удивление тебе очень к лицу?
– заулыбалась я, глядя на оборотня, опешившего от перепадов моего непостоянного настроения.

Если что, я даже причину таких всплесков эмоциональных знаю! Это, видимо, волчье бешенство заразно. Вот я и подхватила от Гиймона поцелуйно-капельным путем синдром «Неприязненного Восхищения»!

– Отдельный стол и один выходной, - согласился мой необузданный босс на компромисс, потерев лоб. Однако я успела приметить чарующую улыбку, мелькнувшую на его хмурых губах.

Чует моё упрямство, что я всё же докопаюсь до этого Волка!

Но а теперь - новость дня: я обзавелась должностью!

Даже двумя!

Отныне я главная экономка в этой рухляди и по-совместительству – секретарша первого тирана острова всея!

Нет, статус пленницы не отменили. Просто теперь у меня еще и сверхурочная работенка прибавилась...

Однако, вынуждена признать, что строить Болотных оказалось делом не легким.

К примеру, недавно Гиймон Лютый потребовал экономить казеную бумагу. Ее доставки, видите ли, снизились в зимний сезон.

– А разве сейчас зима? – удивилась я, вытягиваясь в направлении подоконника, где мы установили мой рабочий столик.

– Ты это специально? – как-то уже устало обвинил меня Гиймон.

– Что именно? – приготовилась я отбивать очередную атаку, развернувшись к вервольфу верхней половиной туловища.

В результате нижняя очутилась возлежащей на подоконнике. Причем в довольно пикантной позе, на которую Гиймон и не преминул мне с упреком указать:

– Скажи, что не с целью соблазнения крутишь перед моим носом своей... своей...

– Попкой? – от души повертела я бедрами, пританцовывая на запыхавшемся терпении оборотня.

– И запястья покажи! – рыкнули на меня.

– Нате! – протянула я к нему обе руки. И соединив ребра ладоней, с придыханием произнесла, - всё, что пожелаете, только не гневайтесь, - изобразила я немую мольбу, приведя несчастного Волка в полный раздрай чувств и эмоций.

Он выскочил из-за стола. Сделал грозный шаг ко мне. Отступил. Вернулся. И пулей вылетел вон.

Ха! Так тебе, обвинитель озабоченный!

– Вот это называется «соблазнять», - крикнула я ему вдогонку.

А бумагу всё же надо поберечь. В этом Гиймон был прав. И я сейчас же направилась к вечно строчащим жалобы Мегерам, чтобы научить их пользоваться письмо-шарами.

Это такие летающие переливчатые мячики, из которых вылетают фосфоресцирующие в воздухе буковки.

Разумеется, только если их правильно потрясти, а не выронить при первом же неуклюжем замахе... вдребезги... как это сделала я. Нечаянно. Под дикие завывания хватающегося за голову Гиймона.

Ну и зачем было так орать?? Подумаешь, Эрик какой-то записочки ему в этом шарике посылал...

Наутро же всё равно новый влетел в окно.

Короче говоря, наша бережливая задумка удалась. И вскоре обрадованные Мегеры, которых я избрала в помощницы, счастливо захлопали в ладоши. И в отличие от меня поломали всего два шарика, когда ими друг в дружку пробно швыряли.

Итог: теперь все доклады, донесения, отчеты и прошения Болотных жителей собирают устно, а затем вписывают для меня в письмо-шарики две мои синеватые вице-секретарши.

Я же их потом с умным видом зачитываю вслух Гиймону, давясь смехом от написанной там, по большому счету, несуразицы. Вервольф в ответ окидывает меня строгим взглядом, прячущим в радужках синие смешинки.

Срывается Гиймон все реже и реже. Но всё чаще молча грустит. В такие моменты я стараюсь его не беспокоить и тихо пережидаю опустившееся на вервольфа безмолвие.

А затем всё незаметно возвращается к сумасбродной норме нашего с ним совместного существования.

Например, недели через две после внедрения письмо-шаров в практику, я что-то искала в пристройке Мегер-помощниц.

И каково же было моё офигение, когда в одном из ящичков я нашла целую кипу исписанных бумаг.

Большие, плотные листы, с одним единственным предложением: «Заявление такого-то такого-то вписала в письмо-шар»

– Это что??
– возмущенно воззрилась я на своих уникальных помощниц.

– Отчет о том, что мы выполнили твое задание, - пояснила своим завывающим тембром одна из тех редких дружелюбных Мегер, которые согласились сотрудничать с людьми и вервольфами.

– Вы хоть понимаете, что было целью всей этой затеи?? БЕРЕЧЬ БУМАГУ!!! А не использовать ее для ненужных документов!!!
– кричала я покруче Гиймона.

– Ну так, на документы мы ее и не тратили, - резонно ответила вторая Мегера, абсолютно не замечая полного отсутствия логики в их действиях.

Начинаю понимать, как расшатались нервы изначально выдержанного и, по его словам, молчаливого Синего вервольфа.

Мне вот нескольких недель тут хватило, чтобы начать превращаться в… Гиймона! Надеюсь, не посинею со временем!..

И что самое нелепое, это то, что я так и не смогла доказать Болотным девицам, что они своей инициативой писать лишние «отчеты» сделали только хуже.

А пиком сегодняшнего казуса был приход миротворца в лице самого Гиймона, который со всей невиданной доселе уравновешенностью внушал мне:

– Возьми себя в руки. Твои крики слышно от вершины башни до Дальней топи, - увещевал он меня.
– А ты не пробовала объяснить Мегерам спокойно, в чем они не правы?

– Ты издеваешься?!
– пошла я на него дикой фурией.
– Это мои фразы.

– Не понимаю, в чем ты меня обвиняешь, - изобразил Гиймон недоумение, еще больше распалившее меня:

– В том, что ты украл мои высказывания!
– и почувствовав, что еще немного, и лишусь последних крупиц выдержки, я метнулась к башне. Смутно отдавая себе отчет в том, что мое поведение сейчас почти в точности повторяет срывы оборотня.

Однако в отличие от моей реакции на его истерические припадки негодования по поводу и без, Гиймон не стал игнорировать моё состояние. Напротив! Меня догнали, поймали и… обняли!

– Ну всё, всё, - приговаривал мой возмутитель, ласково поглаживая меня по головке.
– Я знаю, Болотные умеют довести, - по-доброму усмехнулся он, прижимая меня к успокаивающей твердости своей горячей груди.