Чтение онлайн

«Обалдеть, ей мало четвероногих в своей постели, еще и пернатых захотелось!» – подумала я.

Но сильнее моё любопытство дразнило желание поглядеть, во что превратится чванливый Док, если его как следует довести? В черного петушка или…

– Крупные? – спросила я Минику, имея в виду крылья. Как и, в принципе, общий размер этих субъектов.

– Что?? – вылупилась она на меня. – А мне откуда знать! Ты же не думаешь, что я… А-а-а, - протянула она через мгновение, - ты про рост?

– А про что же еще? – произнесла я и тут же поняла, куда унесла Волчицу ее буйная фантазия! Еще более озабоченная девица, чем Сирены! Вот, кто бы с легкостью нашел с моими «сестренками» общий язык. – Проехали. Говори про рост, - предупредительным жестом пресекла я еще один вариант втянуть меня в дальнейшие хихиканья о размерах и внешности.

– Тёмные как мы ростом, - досадливо фыркнула девушка, но согласилась принять мои условия общения, - возможно, чуть выше или внушительнее. Как вервольф при неполном обороте.

– Понятно, - продолжила я прикидывать, насколько опасен Док, если вдруг он и есть тот самый Тёмный.

В любом случае, в мрачном свете последних демонических данных - проверять умение лекаря трансформироваться не хотелось бы.

С Миникой мы проработали до обеда. Док так и не объявился, как, впрочем, и его пациенты. Откуда последние вызнали, что врачебный прием на сегодня отменен – загадка.

Как мы потом втроем обедали с волкообразными – вообще отдельная история:

– Положить тебе добавки, Ги? – радушно хозяйничала Миника на кухне, в которой я привыкла считать хозяйкой СЕБЯ!

– Нет, спасибо. Как прошел твой первый день?
– царапал оборотень мне нервы своей непривычной вежливостью.

– Я ожидала большей скуки, но ничего, - милая улыбка, которую хочется немедленно стереть с лица Волчицы.

– Подожди еще пару десятков таких же дней, а потом недель… месяцев, - с вредненьким удовольствием перечислила я, пронаблюдав, как меняется в лице Серая оптимистка, - и ты получишь насыщенную порцию скуки на годы вперед, - закончила я мысль, протягивая ей свою тарелку. – Не откажусь от добавки, Мини.

– Давно не ела вкусной пищи? – самодовольно заметила сегодняшняя добровольная повариха.

– Ага! И, по-моему, нам с Гиймоном страшно повезло, что ты такая отменная кухарка! – восклицаю я, переводя взгляд на поперхнувшегося вервольфа.

Гиймон неудачно усмехнулся, и теперь бурда, сварганенная Миникой, норовила вылиться из фыркающих ноздрей оборотня. Понимаю, эту модницу, прожигающую меня сейчас ненавидящим взором, кухаркой еще не величали. Но оборотень быстро взял себя в руки, и выяснилось, что он у нас дипломат, умеющий разбавлять обстановку. Соком:

– Миника, тебе подлить еще сока Хэшинок? – спросил Гиймон подругу, продолжив есть как ни в чем не бывало.

Минуточку! Соком?!

– У нас всё это время был сок?? – уставилась я на вервольфа, судя по замороженному виду, согласного сейчас вконец подавиться поднесенной ко рту ложкой, лишь бы не отвечать на мой неудобоваримый вопрос.

– Эм-м… сок? Нет. Да-а… то есть… - мигом потерял оборотень способность членораздельно общаться.

– То есть он был, но не для меня? – подсказала я, стараясь не смотреть на ухмыляющееся личико Миники.

– Сок я держал для…

– Не пленниц?! – взорвалась я накопившимся негативом, вскакивая с места и опираясь обеими руками на стол перед Гиймоном.

– Не повышай на меня голос, - как по команде встал вервольф в такую же позу напротив меня.

– Мой голос – хочу и повышаю, - заявила я, глядя в упор на того, кто поднес фитиль к моей вспышке.

– Пленница, говоришь? – издевательски блеснул Гиймон глазами. – В таком случае получается, мне решать, что тебе позволительно, а что нет.

– И вправду, вот это заявление, Моника! Ты бы еще сказала: «Мой Голос - захочу и применю». Чудесно бы прозвучало из уст Сирены, - встряла Миника.

– Не лезь! – цыкнула я на виновницу всего этого балагана.

– Не вмешивайся! – поддержал меня оборотень. Ого!

– Ну как знаете, - неожиданно согласилась Волчица, чинно удаляясь из гостиной. – Пожалуй, оставлю вас выяснять кто кого тут будет и дальше... угнетать.

– Какая же ты… взбалмошная! – возмутился вервольф, когда дамочка его породы покинула нас.

– А ты – жадина! – изрекла я, проследив, чтобы алое платье Миники наверняка исчезло за захлопнувшейся дверью. – Пожалел мне какого-то сока.

– Я его не прятал.

– Нет?

– Я о нем забыл.

– Особенно напряженно ты о нем не вспоминал, когда я говорила, что надоел кислый кофе и чай на тухлой воде?

– Ты не просила сока, - привел оборотень полу-разумный довод.

– Потому что я о нем не знала! – воскликнула в ответ. – Прикинь.

– А я за-памя-то-вал! – гавкнули на меня. – Прикинь. ...Что бы это ни значило… - сник вдруг Гиймон, заставив меня усомниться, может реально забыл?..

– И вообще зачем из-за подобной ерунды закатывать истерики? Я что плохо с тобой обращался?
– поднял он на меня обвиняющий взгляд.

– Неплохо обращался?! – словно ножом полоснул он открытую рану в моем сердце.
– Ты хоть представляешь, как это звучит, Ги-и? – механически передразнила я ту, что бы никогда не услышала в свой адрес такого. – Словно я домашний питомец!

– Ты ведешь себя неосмотрительно, - понизив голос, изрек внезапно Гиймон.

– Рискую нарваться на неприятности? – хмыкнула я затрясшимися губами, которые были не в состоянии произнести что-то еще, не сорвавшись в всхлип.

– И на очень большие неприятности, - глухо произнес оборотень, уставившись на мою улыбку, будто дергающуюся в неестественном шпагате.

– Дай-как подумать, - наигранно постучала я пальцем по вздернутому вверх подбородку, спрятавшему мою слезливую слабость, - что ты еще можешь мне сделать? К примеру, разрешишь и своей… любимице мне браслетиков подарить? – покрутила я перед его синим взором вторым запястьям. – Уверена, она бы тоже со мной «хорошо обращалась»! – едко огрызнулась я.

– Она Серая! – зашипел он на меня, сверкая опасными зрачками. – Догадываешься, что это означает? Я даже не уверен, что мне сказали правду, - неожиданно перешел вервольф на шепот. – Миника - надёжная. Но лишь сама по себе. А под приказом Альф никто не может принадлежать себе. И поэтому нельзя было показывать, что мы с тобой близки. Но ладно с этим, - махнул он рукой. – Ники и так всё сразу сообразила. Однако мы всё еще могли держаться сухо! К чему было срываться при ней?? А тем более сбегать? Как я, по-твоему, должен был объяснить, что моя пленница вправе вот так вот уходить?!