Лунная пленница Синего узника
Шрифт:
– Так ты только поэтому потратил время на мои поиски? – опустошенно спросила я, больше не контролируя собственные эмоции.
– Дело ведь не в соке?
– покачал он головой, нацелив всю допытывающуюся синеву своих радужек в мои глаза.
– Спроси ты уже о том, о чем в действительности хочешь знать.
– Зачем? И так же ясно, что твой ответ мне не понравится, - попробовала я отвернуться.
– Ничего не было, - произнес он еще более неожиданно. И слишком по-человечески. Слишком неправдоподобно и избито. Слишком согревающе для моей души, истыканной острыми льдинками. – Не было близости с Миникой после ее возвращения!
Гиймон не сказал: «Не было после тебя». Или «после нас с тобой». Но смысл был и так понятен и… пугающе желанен! Но что, если я сейчас поверю, растаю, а потом мне вонзят в сердце уже не льдинок, а настоящий айсберг? Я выстою? Справлюсь снова?..
– Почему ты сбежала? Посчитала меня настолько беспринципным? Твёрдошёрстным? – заскользили в глазах Гиймона чувственные искорки, намекающие на мою важность для оборотня.
Запрещенный ход! Обычно после такого гипнотического вопроса я теряю остатки мозгов, которые начинают влюбленной желейкой стекаться в лужу перед оборотнем.
Мы так и стояли напротив друг друга, опираясь на видавший виды безразличный стол. Глаза в глаза. Дефект чувств в дефект. Закидон в закидон…
– Мони, - хрипло выдохнул он, потянувшись ко мне. – Не стоило бежать. Ты могла бы просто подождать. Спросить, - перевёл Гиймон весь свой недельный запас слов в одном разговоре.
– Я извёлся, гадая, куда ты могла подеваться! И что с тобой. Я никогда еще так не… не боялся, - превратился глубокий тембр вервольфа в глухой стон, когда он поймал меня за задрожавшие руки.
И терновая изгородь моей обороны пала. С треском… срываемого с моих плеч платья… груза сомнений, требований гордыни. Всё стало неважным.
Осталась лишь голая связь двух переплетенных судеб.
Оборотень в один прыжок перемахнул на мою сторону и, скинув оставшиеся приборы со столешницы, усадил меня перед собой. Поцелуи сменялись легкими покусываниями, а обжимания дикими ласками.
Со мной он был впервые таким. Я была с ним в последний раз… была в последний раз...
Глава 24. Моника.
Чудесное утро нового дня. Я вспорхнула с постели… Ладно, будем реалистами: зевая и потягиваясь, я уже ближе к полудню заставила себя свесить ноги на холодный каменный пол. Сонные глаза приоткрылись, поглядели на окно и снова прикрылись, дав мне еще пару минут на избавление от дремотины.
Не знаю, чем питаются изнеженные Волчицы на «необитаемых» островах, населенных нелюдью, но держать Минику вдали от кухни до обеда я посчитала гадким.
Гиймона уже и подушка простыла к тому моменту. Но это понятно. У него обязательный рейд вдоль береговой линии. Скорее, бы уже Служба Безопасности приняла решение: оставлять кристалл на Острове или вывозить в клан Чёрных вервольфов!
А то сидим тут, ждем не то жестокого нападения, не то плутоватого ограбления со стороны Серых оборотней. А основная проблема в том, что магический камень уже давно не в топях Третьего Болота. Ведь Гиймон его вынес оттуда еще в день встречи со мной.
А мы так и не выяснили, сообщила Миника Серым Волкам об этом нюансе или нет.
Ох! Как же приятно это самое МЫ!
– Доброе утро, - услышала я вдруг за спиной елейный голосок Волчицы. – Не хотела тебя будить, но на моем этаже не подают кофе.
Резко обернувшись и чуть не вывернув себе шею, я зыркнула возмущенным взглядом на беспардонную девицу.
– Вообще-то это общая гостиная, - невозмутимо выдержала она мои гляделки. – И Ги давно ушел. Кстати, он велел тебе разобраться с шумным скопищем Болотных у пристройки.
– Велел? – вскинула я брови, не сдержавшись.
– Тебе виднее, - пожала Миника плечами, проплыв к выходу с кружкой в руках.
«И что это было?» - смотрела я ей вслед.
Попытка указать мне на место подстилки в жизни вервольфа?.. Арр-р! Да пошла она в… в вонючие топи Гоблинских уборных! Достала со своими недомолвками.
Зато проснулась я теперь окончательно и бесповоротно. И, злобно стуча посудой, приготовила себе максимально сытный завтрак. Нужно же заесть чем-то выброс желчи в результате общения с Серой Кикиморой.
В результате, сбросив негатив на покусанную ветчину, к Болотным жителям я шла уже бодрой поступью хозяйки:
– Что за шум, а Дока нет? – спросила я, приближаясь к бушующей толпе островитян.
– Он есть! – зарычал на меня гигантских размеров Орк. – Почему все антропоиды врут, что его нет?
– Антропоиды? – вылупилась я на образованного Орка.
– Док говорил, так называют человеко-похожих вроде тебя, - пояснила крошка-Нереида, выглядывающая из-за одной ноги Орка.
– И какой Антропоид тут с утра лгал, будто Дока нет сегодня на Острове? – поинтересовалась я, греша на Минику.
– Смотритель и сказал.
– А Дока не на Острове нет. Гиймон Озёрный говорит, что Дока вообще не бывает.
– Это как? – не поняла я.
– Не существует, говорит, других Антропоидов тут у нас, - вызвалась Мегера перевести мне сказанное. – На Острове, говорит, только две дамы и Смотритель Гиймон Озерный. Ну и вервольфы всякие могут пожаловать.
– Но Волки эти, если сунутся, - поддержал другой Орк, - их надо бы словить и Смотрителю снести.
– Но целыми! – предупреждающе толкнула того в плечо рядом находящаяся Оркчанка.
– Ясно, что не по частям, - вмешался Тролль, которого тоже, по идее, существовать не должно бы. – Иначе не сможут сказать, зачем явились сюды. Вервольфы ж тебе не Мегеры, чтоб из кусков обратно собирались в живую нежить!
«Забавненько! – выдохнула я, стараясь сконцентрироваться на важном. – И всё же, а почему Гиймон упорно отрицает наличие Дока в списке реальных? Может, действительно того не видит? Да и Миника тоже, кажется, поддерживает это помутнение зрения. И слуха.»
– Так, выстраиваемся цепочкой и идем за мной! – скомандовала я.
– А куда? – пробасили сбоку.
– Искать доказательства, что Док у нас есть! – ответила я максимально зычным криком.
– Да! Да-да-да!!! – поддержали меня собравшиеся.
– А как понять, кто за кем стоит? – полюбопытствовал щупленький Нереид.
– Эм-м, - задумалась я, понимая, что, если велю им вспоминать, кто пришел первее, начнется форменный мордобой. – По росту! – воскликнула я, в конце концов, не найдя более нейтрального отличия. – Кто выше, тот вперед.