Чтение онлайн

Ученый снова сделал паузу, вздохнул и стал рассказывать дальше:

— Они жили так, в недрах Луны, веками, и все эти века пытались установить связь с обитателями других миров. Их наука нашла способ передавать изображение, я полагаю, в виде радиоимпульсов, которые легко проходят через практически любую материю. Веками они посылали так визуальные сигналы, никогда не останавливаясь, и не получали никакого ответа, пока, наконец, мы с Таунсендом не получили их сообщения и не ответили на них. И затем, после того, как мы проговорили с ними несколько дней, лунные жители предложили нам потрясающий эксперимент, который они могли бы провести с нашей помощью. Они сказали нам, что не только звуковые и световые колебания могут быть преобразованы в радиоимпульсы и отправлены в пространство, но что то же самое можно сделать и с материей. Звуковые волны, световые лучи, радиоволны и сама материя — это всего лишь четыре различных вибрации в эфире, отличающиеся друг от друга только уровнем вибрации. Радиоволны могут передаваться любым способом, с помощью любых устройств, независимо от частоты, которая при этом используется. Мы можем распространять их, и каждый радиоприемник улавливает их и преобразовывает обратно в звуковые волны. И вот теперь мы с Таунсендом проделали то же самое со световыми лучами в наших телеаппаратах. А потом лунные люди сказали нам, что это можно сделать и с веществом. Все, что для этого было нужно, по их словам — это увеличивать частоту колебаний материи до тех пор, пока она не преобразуется в радиоволны, а затем направить эти радиоволны в пространство к приемному устройству, которое сможет их уловить и активировать, снова снизить их частоту, что приведет к тому, что они снова станут материей. На самом деле это не сложнее, чем передача звука или света. По их словам, они давно знали, как это делается, и у них было готовое к использованию устройство для передачи вещества. Мы должны были построить подобный аппарат для приема материи под их руководством, чтобы можно было перебросить через пространство с Луны до Земли радиоимпульсы, которые преобразуются в карты, книги, модели оборудования и так далее, чтобы они смогли наглядно изучить нашу жизнь, а мы — их жизнь.

— Это предложение было слишком привлекательным для ученого, — рассказывал Говард, — я не мог не согласиться на него, и к тому же, я еще и публично анонсировал наши первые попытки общения с лунными жителями и пообещал рассказать о своем эксперименте. А если бы я мог переместить на Землю одного из лунных людей, никто не смог бы усомниться в моих утверждениях. И они были не против этого! Правда, мне пришло в голову одно возражение, и я спросил лунных людей о разнице в силе тяжести на Луне и на Земле — не было бы им слишком тяжело передвигаться по нашей планете? Но они не придали этому значения и сказали, что им известен метод уменьшения собственного веса до любой желаемой степени, путем воздействия какой-то силы, которая приводит к изменениям в самой их атомной структуре. Таким образом, они могли уменьшить свой вес до прибытия на Землю и передвигаться здесь свободно.

Итак, мы с Таунсендом начали работать под руководством лунных людей и построили аппарат для приема материи. Его основной частью был плоский диск из гладкого металла диаметром около восьми футов, который приводился в действие сложным электрическим устройством. Это устройство предназначалось для использования электрических токов, понижающих частоту электроимпульсов, чтобы превратить радиоволны обратно в материю. И должен признаться: хотя мы с Таунсендом и построили эту штуку собственными руками, мы почти ничего не понимали в ней. За каждой деталью нашей работы наблюдали лунные люди с помощью своего телевизионного оборудования. Когда, наконец, все было закончено и мы были готовы к испытанию, лунные люди велели нам полностью затемнить лабораторию, чтобы ни один луч света не проникал внутрь. Мы запротестовали, заявив, что тогда ничего не увидим, и они, поразмыслив над этим, предложили средство исправить это. Они дали нам инструкцию, как изготовить очки необычного вида, надев которые, мы могли бы видеть в темноте почти так же хорошо, как они. Эти очки передают изображение в глаза, с ними мы довольно хорошо видели в полной темноте — все вокруг казалось освещенным странным фиолетовым светом. Они очень похожи на флюороскоп, через который можно отчетливо видеть рентгеновские лучи и другие волны, невидимые невооруженным глазом.

Мы с Таунсендом изготовили две пары очков в соответствии с их указаниями, а потом еще одну запасную пару и сообщили лунным жителям, что все готово. И только вчера утром мы запустили в действие аппарат для улавливания материи. Лаборатория была полностью затемнена, но мы видели все, что находилось внутри, освещенным слабым фиолетовым светом. Из диска донеслось жужжание, и мы замерли в ожидании. Через несколько минут мы почувствовали внезапный порыв ветра, а затем на гладком принимающем диске возникли пятеро лунных людей! Они сошли с диска и встали лицом к нам, их движения были тяжелыми и неуклюжими, но большая сила тяжести явно не мешала им передвигаться. Правда, я заметил, что они, как мне показалось, тяжело дышали из-за более плотного воздуха. Мы уставились на них, а они на нас. Я много раз видел их на экране нашего передающего устройства и уже более или менее привык к их странному виду, но когда они предстали передо мной во плоти, в нескольких футах от нас, они показались мне чудовищными. Я заметил, что каждый из них держал в руке-плавнике короткий стержень из зеленого металла. На мгновение в лаборатории воцарилась тишина, мы молча смотрели друг на друга, а затем меня охватил внезапный страх. Невероятность всего этого поразила меня, как удар, и я в панике бросился к двери — и увидел краем глаза, что Таунсенд шагнул навстречу к пяти лунным существам. И тут одно из них издало хриплый рык. В тот момент, когда я распахнул дверь, этот лунный житель поднял свой металлический предмет, и из него вырвалась полоса белого огня — она ударила в Таунсенда, и он бесследно исчез там, где стоял, от него осталось лишь небольшое облачко белого пара, которое мгновенно растворилось в воздухе!

Все это произошло, наверное, за три секунды. Когда я схватился за дверную ручку, лунный человек, стоявший ближе всех ко мне, направил на меня свой жезл, но в этот момент я распахнул дверь, и жаркий утренний солнечный свет хлынул внутрь, осветив его — только его одного, не остальных. И тогда я понял, почему они так настаивали, чтобы мы затемнили лабораторию. Когда солнечный луч упал на пришельца, он издал хриплый рев, а затем выпрямился и словно съежился, засох, как живое растение, брошенное в печь. Прежде чем остальные успели что-либо предпринять, я выскочил за дверь и помчался через поляну, чтобы укрыться в густом лесу, где, едва дыша, спрятался за большим деревом. К этому времени двое наших слуг-филиппинцев услышали шум и вышли из дома на улицу. Они с удивлением оглядывались по сторонам, и я крикнул им, чтобы они возвращались в дом, но прежде чем они поняли меня и успели что-либо сделать, из открытой двери лаборатории в них ударили белые лучи. Как и Таунсенд, филиппинцы исчезли, и на их месте на мгновение повис густой белый дым, обозначая их местоположение — а затем он растаял.

Дверь лаборатории после этого захлопнулась и закрылась изнутри. Я знал, что существа, находившиеся там, не осмелятся выйти на солнечный свет вслед за мной, поэтому весь тот день я слонялся вокруг здания, наполовину обезумевший от страха и ярости, прячась за деревьями. Я не видел, что происходило внутри. Дверь и ставни на окнах оставались закрытыми. Однако я слышал скрежещущие звуки, доносившиеся изнутри, и низкие, ворчливые голоса. С приближением темноты мне стало еще страшнее. До захода солнца я успел забраться в наш жилой дом с другой стороны и набил карманы едой, а также взял с кухни длинный нож для разделки мяса и засунул его за пояс. Вооружившись таким образом, я вернулся в свое укрытие за деревьями. Я предполагал, что с наступлением темноты пришельцы смогут выйти из лаборатории, и не хотел покидать это место. Единственной мыслью, которая пришла мне в голову, была мысль о том, чтобы пробраться внутрь и разбить принимающий материю аппарат. Надо было только дождаться темноты, и я стал ждать, забравшись в большую развилку на одном из самых высоких деревьев. Скорчившись там, я наблюдал за лабораторией и ждал.

Когда стало совсем темно, пришельцы выбрались наружу и двинулись по поляне. Было очевидно, что их стало больше, что с Луны прибыли еще «гости» — по поляне шли двадцать пять или тридцать существ. И казалось, что их число постоянно растет — они прибывали небольшими группами по двое или трое. Потом они начали выносить из лаборатории какие-то инструменты и детали и собирать какую-то сложную машину. Ее устройство и назначение были мне так же незнакомы, как незнакомо эскимосу устройство радиоприемника. Всю ту ночь я наблюдал, как они работали над этим большим и сложным аппаратом, а прибывших в лабораторию лунных жителей становилось все больше и больше. Когда наступил рассвет, они с первыми проблесками солнечных лучей поспешили в здание и закрылись в нем. Но через час после восхода солнца, некоторые из них, пятеро или шестеро, отважились снова выйти на улицу, одетые в странного рода костюмы или доспехи, металлические на вид, которые закрывали их тела целиком. В этой броне они выходили прямо на солнечный свет и не подвергались его воздействию, и было ясно, что доспехи были созданы именно с этой целью.

Защищенные таким образом, они снова взялись за работу с машиной, и все сегодняшнее утро продолжали заниматься этим делом. В конце концов, незадолго до полудня, работа, казалось, была закончена, потому что пришельцы накрыли машину большим квадратным листом черного металла, принесенного по частям из лаборатории и собранного в единый лист на месте. Таким образом, на вид эта штука выглядела, как ровный черный куб, со сторонами около пятнадцати футов в длину, на мой взгляд, и с расположенным на его передней поверхности сложным пультом управления с множеством кнопок и рычажков и с большим блестящим стержнем в центре. Назначение этой штуки по-прежнему было для меня полной загадкой, но после того, как я отступил назад и некоторое время рассматривал ее, один из шести лунных людей подошла к ней и начал какие-то манипуляции с пультом. Несколько мгновений он нажимал кнопки и вертел рычаги управления, а затем взялся за центральный рычаг. Он медленно потянул его на себя, и из машины сразу же донесся глубокий ритмичный пульсирующий звук. По мере того, как стержень выдвигался из куба, пульсация замедлялась. А затем, внезапно, весь свет вокруг меня разом погас, и я остался в полной темноте, а машина, пульсировала все громче, не давая мне ничего расслышать.

На несколько мгновений я остолбенел, а потом вспомнил об очках, которыми мы пользовались в темноте. Я сорвал с себя очки, когда убегал из здания, и машинально сунул их в карман, а кроме того, там уже лежала запасная пара. Я достал одну из пар и надел их. Мир преобразился мгновенно: все на поляне и вокруг меня словно бы озарилось слабым фиолетовым светом, и я смог разглядеть, что происходит перед лабораторией.

Шестеро лунных людей стояли возле машины и снимали с себя броню, а дверь лаборатории была распахнута. Теперь цель создания машины была ясна: это было устройство, которое стирало весь свет, как солнечный или звездный, так и искусственный. Точнее, оно стирало видимую нами часть спектра, но оставляло ультрафиолетовые волны, которые видели лунные люди, и благодаря этому, я тоже все видел с помощью специальных очков. Возможно, машина противопоставляла световым волнам равные и противоположные им вибрации, которые нейтрализовали их и, таким образом, делали наш мир безопасным для лунных людей, позволяя им без страха выходить на улицу. Как далеко простиралось могущество этой машины, на какой площади она уничтожала свет? Надо полагать, по всей Земле.

Затем лунные люди снова принялись за работу на поляне, за исключением троих из них, вооруженных стреляющими белым огнем стержнями, которые остались охранять нейтрализующий свет аппарат. Остальные принесли из лаборатории большие куски гладкого металла, разложили их на земле и начали соединять вместе. Я знал, что эти секции были доставлены с Луны на принимающий материю диск, и задался вопросом, каково было их назначение. Шли послеполуденные часы, и я вернулся на свой пост на дереве, наблюдая и размышляя. Но по мере того, как лунные жители продолжали свою работу, мне, наконец, стала ясна ее цель. Они строили на поляне огромный плоский металлический диск диаметром где-то в сотню футов, который был увеличенной копией диска, принимавшего материю в лаборатории. А рядом с ним они установили устройство, приводящее его в действие — тоже похожее на то, что мы собрали в лаборатории, но более крупное. И тогда, наконец, я понял, каковы были их намерения, а также понял, как сильно недооценил их и какое зло сотворили мы с Таунсендом. Без сомнения, лунные люди веками мечтали о нашей Земле. Они жили в темном подлунном мире, в пещерах, и могли посылать себя в космос в виде радиоимпульсов, но без принимающего устройства на Земле эта способность была бесполезна, поэтому в течение многих веков они тщетно посылали сигналы на Землю, надеясь установить связь с кем-нибудь из живущих там и убедить их построить для них такую станцию приема материи. И мы с Таунсендом сделали это!

Мы сделали для них то, что было их целью на протяжении веков, и помогли им закрепиться на Земле. А теперь они строили новый, более мощный аппарат для приема материи, который должен был стать достаточно большим, чтобы они смогли за короткое время доставить полчища своего народа с Луны на Землю. И я не сомневался, что на Луне у них есть настолько же большой и мощный передающий аппарат.

Было ясно, что машина, которая уничтожила весь свет на Земле, была частью их плана. Под покровом глубокой тьмы, которую она породила, они смогут свободно расселиться по всей планете и покорить все, что когда-то смогли покорить наши предки, а мы, земляне, не сможем помешать им, дезориентированные полным отсутствием света. Именно это было намерением лунных жителей, когда они связались со мной — «выключить» на Земле свет навсегда, поскольку они могут жить только в темноте. Наконец-то мне все стало ясно, и я осознал тот разрушительный ужас, который мы выпустили на свободу на ничего не подозревающей Земле.