Чтение онлайн

— Не нужно, — Елена поворачивается ко мне.

— Не мучай себя.

Она подходит, прикасается к моему лицу. Под её пальцами уже проступает шерсть.

— Попробуй еще раз, — прошу я.

— Может, просто нужно время.

Елена закрывает глаза, концентрируется. Я вижу, как напрягается каждая мышца её тела. На секунду мне кажется, что получилось — её глаза желтеют, зрачки сужаются в вертикальные щели. Но потом она вскрикивает от боли и падает на колени.

— Серебро, — шепчет она.

— Оно всё еще внутри. Я чувствую его.

Я поднимаю её, несу на диван. Трансформация замедляется — я контролирую её усилием воли, хотя это причиняет почти невыносимую боль. Но сильнее болит мое сердце, глядя на любимую.

— Иди, — Елена почти выталкивает меня.

— Тебе нужно завершить превращение. Я справлюсь сама.

Вернувшись на рассвете, я чувствую неладное еще у ворот. Запах — чужой, металлический. Запах оружейной смазки и антисептика. Дверь в дом не взломана, но замок открывали. Я замираю, прислушиваясь.

В доме тихо. Слишком тихо.

Я проскальзываю внутрь, двигаясь бесшумно. Трансформация почти завершилась в обратную сторону, но я всё еще сильнее человека. Запах становится отчетливее — и к нему примешивается запах крови. Елениной крови.

Она сидит на кухне. Напротив — Керженцев. Его шея и плечо перебинтованы, правую руку он держит неестественно прямо. На столе пистолет — явно с серебряными пулями.

— А вот и второй, — Керженцев улыбается, но глаза остаются холодными.

— Мы с Еленой Сергеевной как раз обсуждали вашу… ситуацию.

Елена бледна. На её виске кровоточащая ссадина, запястья стянуты пластиковыми стяжками.

— Как ты нас нашел? — я медленно вхожу на кухню, оценивая расстояние до Керженцева.

— О, это было несложно. След серебра. Оно оставляет особый… след, скажем так. Который могут обнаружить определенные приборы.

Он делает паузу.

— Или определенные существа.

Только сейчас я замечаю второго человека — точнее, не совсем человека. В углу кухни стоит высокий худой мужчина с неестественно светлыми глазами. От него не пахнет ни человеком, ни оборотнем — что-то иное, незнакомое.

— Вы думали, что знаете всё о мире сверхъестественного? — Керженцев качает головой.

— Вы даже не представляете, насколько он обширен. И насколько опасен.

Я пытаюсь поймать взгляд Елены, но она смотрит только на Керженцева — с ненавистью и странным любопытством.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я, просчитывая шансы. Они невелики. Я ослаблен после ночных приключений, Елена ранена и связана, а их двое — и у одного явно нечеловеческие способности.

— Для начала — информации, — Керженцев подается вперед.

— Кто вас создал? Когда это произошло? Сколько вас?

— Никто не создавал, — отвечает Елена прежде, чем я успеваю остановить её.

— Мы родились такими.

Керженцев переводит взгляд на неё, потом на меня, потом снова на неё. Глаза прищуриваются. Он явно заинтригован и просчитывает варианты.

— Интересно. Очень интересно, — его голос становится мягче.

— Знаете, я изучаю таких, как вы, многие годы. Встречал разные виды оборотней по всему миру. Но врожденные способности — большая редкость.

— Мы не экспонаты для твоей странной коллекции, — я делаю еще шаг вперед, но останавливаюсь, когда Керженцев поднимает пистолет.

— Нет, конечно нет. Вы гораздо ценнее, — он улыбается.

— Вы мои новые партнеры.

— Что? — Елена и я произносим это одновременно.

— Я предлагаю вам сделку. Вы работаете на меня — ваши способности могут быть крайне полезны в моем бизнесе. А я взамен не только сохраняю ваши жизни, но и помогаю Елене восстановиться.

Я смотрю на Елену. Её глаза загораются надеждой — несмотря на ненависть к этому человеку, возможность снова обрести полную трансформацию для неё слишком соблазнительна. Я словно читаю мысли. Она думает, что главное — поправиться, а затем можно попытаться изменить расклад сил.

— Ты можешь ей помочь? — говорю я.

— Серебро не отравило её навсегда?

— Серебро, которым я стрелял — особенное, — Керженцев достает из кармана маленький флакон с прозрачной жидкостью.

— И у меня есть средство, нейтрализующее его действие. Видите ли, я не только охочусь на сверхъестественных существ. Я исследую их. И иногда… использую.

— Не верю тебе, — говорю я, хотя знаю, что Елена готова рискнуть.

— Не нужно верить. Нужно просто попробовать, — он ставит флакон на стол.

— Это первая доза. Дальнейшее лечение — после вашего согласия на сотрудничество.

Елена смотрит на флакон, потом на меня. В её глазах борются желание исцелиться и страх предать наши принципы.

— Что именно ты хочешь, чтобы мы делали? — спрашивает она.

Керженцев откидывается на спинку стула.

— То же, что вы и делали. Охотились. Только теперь — по моему списку.

Керженцев ошибся, когда решил, что может нас приручить. Когда дело касается оборотней, особенно рожденных такими, как мы с Еленой, свобода — не просто слово. Это часть нашей природы.

Мы соглашаемся на его условия. Что нам остается? Елена принимает первую дозу лекарства, и, удивительно, но оно действительно помогает — её движения становятся плавнее, а ночью она показывает мне руку, на которой пальцы наконец полностью трансформируются в когти.

— Он не врал, — шепчет она, пока мы лежим в комнате, которую Керженцев выделил нам в своем загородном доме. Нас не запирают — какой смысл, если Елене нужно лекарство, а сбежавших оборотней выследит странный напарник Керженцева, от которого по-прежнему исходит запах чего-то древнего и нечеловеческого.

— Нужно узнать больше об этом существе, — шепчу я, зная, что в доме наверняка прослушка. Мы разговариваем на языке жестов, который я выучил еще подростком и, когда мы начали охотиться, научил Елену.

— Он — ключ ко всему.

Проходит несколько месяцев. Мы выполняем поручения Керженцева — выслеживаем людей, которые, по его словам, "экспериментировали с опасными ритуалами". На самом деле, это конкуренты его бизнеса, который, как выясняется, связан с артефактами и редкими сверхъестественными ингредиентами. Елена получает свои дозы, становится сильнее, но лекарство не бесконечно — мы зависим от Керженцева.