Чтение онлайн

Она бросила взгляд на короля, и Жосс заметил в ее взоре смесь укора, снисходительности и нежности – так смотрят матери на своих любимых сыновей. В глазах Алиеноры, подумал он, даже такой король, как Ричард, не мог бы сделать ничего предосудительного.

– Мой господин Аквинский, – обратилась к нему королева, – я слышала о твоем усердии в Хокенли и благодарна за твое участие в раскрытии преступления, грозившего расстроить добрый ход вещей в нашем аббатстве.

– Я был не один, моя леди, – поспешил сказать Жосс, словно намекая на то, что похвалу следует воздавать тому, кто этого заслуживает. Ведь на самом деле не он, а Элевайз раскрыла убийство. Убийство, которое не было убийством.

– Я знаю, – произнесла Алиенора, – и, поверь, я уже выразила мою признательность аббатисе Элевайз, высоко оценив ее действия. Она чудесная женщина, мой господин, не правда ли?

– Чудесная женщина, – эхом откликнулся Жосс.

Он пытался представить Элевайз накануне визита королевы. Волновалась ли она? Трудилась ли не покладая рук двадцать четыре часа в сутки, чтобы быть уверенной в совершенстве каждой малейшей детали?

Нет. Это не было похоже на аббатису. Жосс слегка улыбнулся. Гораздо более вероятно, что Элевайз искренне сказала бы: «Аббатство настолько хорошо, насколько наши усилия позволяют это сделать. Мы не можем работать еще лучше. Пусть королева увидит нас такими, какие мы есть».

– Ты улыбаешься, сэр Жосс?

Может быть, ей почти семьдесят, подумал Жосс, но ее голос все еще обладает силой вызвать в мужчине трепет.

– Простите меня, моя леди, – сказал он, – я думал об аббатисе Элевайз.

– И твои мысли были таковы, что вызвали у тебя улыбку?

Жосс заставил себя посмотреть королеве в глаза.

– Самую малость, ваше величество. Хотя уверяю вас, леди, я не имел в виду ничего неуважительного.

– Конечно, нет, – спокойно сказала Алиенора. – Возможно, тебе будет интересно узнать, что аббатиса также, говоря о тебе, не смогла сдержать улыбки.

Королева знала – должна была знать! – что ему хотелось услышать, о чем говорили эти две сильные женщины. Почему упоминание о Жоссе Аквинском заставило Элевайз улыбнуться? Но Алиенора, по-прежнему полная озорства, лишь помахала перед носом Жосса этим лакомым кусочком и тут же убрала. Королева не собиралась ничего ему рассказывать.

Ричарду, очевидно, наскучила их беседа о людях и событиях, о которых он не имел никакого представления. Он барабанил рукой по подлокотнику кресла, бубнил себе под нос какую-то песенку; наконец, не в силах больше сдерживать свою неутомимую энергию, король вскочил, потянулся и сказал:

– Моя леди мать, почему просто не сказать ему?

– Мой сын не очень любит сидеть и слушать, пока другие беседуют, – сказала Алиенора с легкой иронией. Она снова взглянула на Ричарда любящими глазами. – Особенно когда разговор не касается вооружений, боевых коней, кораблей или плаваний в заморские края.

Ричард вспыхнул, потом – все-таки она была его матерью и, возможно, единственным человеком на свете, перед кем он сдерживал свою горячность, – произнес:

– В нашем английском королевстве есть много домов и поместий, которые мы можем пожаловать нашим подданным, если они захотят заплатить справедливую цену. – Остановив взгляд на Жоссе, он вдруг отбросил заранее заготовленные фразы и перешел на более дружеский и неформальный тон: – Какого ты мнения об Англии, Жосс? Тебе она понравилась?

– Сир, я видел лишь малую часть, – ответил Жосс. – И я был занят делом некоторой важности…

– Да, да, да, я знаю все это. – Ричард нетерпеливо взмахнул рукой, словно отгоняя слова Жосса. – Но Англия красивая страна, не так ли? Во всех этих лесах хорошая охота, здесь неплохой климат.

С языка Жосса готово было сорваться: «Неплохой климат? Должно быть, вам чертовски повезло, сир, в те несколько месяцев, что вы провели здесь!» – но он промолчал. Несмотря на свое дружелюбие, Ричард все же был королем.

Все еще не понимая, зачем его вызвали, – хотя уже и начиная догадываться, – Жосс кротко ответил:

– Мне очень понравилось то, что я увидел в Англии, сир. Воспоминания моего детства сослужили хорошую службу, а впечатления, полученные мной во время последнего посещения, тем более убедили меня, что это – страна, в которой я мог бы жить счастливо.

Мудро ли это? Ведь всем известно, что король собирается в крестовый поход; может, было бы более дипломатично просить о разрешении отправиться вместе с ним?

«Но я не хочу этого, – подумал Жосс. – Всемогущий Господь, я уже достаточно навоевался!»

– Мой сын желает наградить тебя в знак нашей благодарности за твою помощь в разрешении хокенлийского дела, – вмешалась Алиенора. – Он желает…

– Хочешь получить английскую усадьбу, Жосс? – спросил Ричард. – Есть несколько превосходных поместий – кстати, иные из них лежат не столь далеко от Хокенли, – которые я в полном праве дарить, пусть даже Клеры вцепились в те края, словно клещи в кошачью… – Он остановился, бросив взгляд на мать. – Э-э… в кошачье ухо. Что скажешь, а? Возможно, это будет скромное поместье, ведь ты у нас холостяк, но зато за разумную цену.

– Ричард, – спокойно произнесла его мать. – Мы согласились, что это должен быть подарок, разве не так?

Ее ударение на слове «подарок», подумал Жосс, лишний раз подчеркивает, насколько чуждо Ричарду это понятие.

– Ну что ж, пусть будет подарок, Жосс, в виде небольшого поместья, – сказал Ричард. Благожелательное выражение на его лице сменилось более серьезным. – Полагаю, оно должно быть недалеко от Лондона, чтобы мне было легче тебя вызывать, когда я в Англии, или чтобы до тебя без труда могли добираться те люди, которые будут заниматься моими делами в мое отсутствие. Кто знает, – добавил он, театрально всплеснув руками, – вдруг случится какое-нибудь новое событие, которое поставит под угрозу мир в том уголке нашего королевства?…

Ага, подумал Жосс, вот она, цена.

Был ли он готов ее заплатить? Хотел ли он за драгоценное вознаграждение в виде поместья – пусть даже маленького поместья – стать человеком короля Ричарда? Человеком, на которого Ричард сможет положиться, который будет ждать его указаний и который, когда возникнет в том необходимость, ринется в бой ради короля?

Ричард отправляется в Святую землю, подумал Жосс. Без сомнения, он намеревается остаться там и воевать до тех пор, пока Святой город не будет вырван из рук неверных и снова не окажется у христиан.

Одному Богу известно, как долго все это продлится.

«Он нуждается в таких людях, как я, – с неожиданной ясностью подумал Жосс. – А я недавно обнаружил, что больше не чувствую себя своим в моем собственном доме, и потому нуждаюсь в том, что он мне предлагает. Должен признать, я нуждаюсь в этом намного больше, чем он – во мне».

Жосс почувствовал, что Ричард наблюдает за ним и ждет его ответа. Так же как и Алиенора.

– Ну? – поторопил его Ричард. – Принимаешь ли ты эти условия, Жосс Аквинский?