Чтение онлайн

Дэро хотел ответить, чтоб доброжелатель засунул свои угрозы куда поглубже, но проснулся. Хэлен мирно спала у него на плече и чему-то улыбалась.

Волк некоторое время озирался по сторонам, обдумывая увиденный только что сон. А если не сон? Что за сила прокралась в мысли? Знаем мы, кто любит предлагать заранее невыгодные сделки, а потом разводить руками — сами, мол, знали на что шли. По спине побежал холодок. Слишком уж много сил различного цвета вмешиваться стали в их жизнь.

За окном мирно переговаривались голуби. Было уже около полудня. Замок спал. А где же Нуара?

Волк осторожно высвободился из объятий жены. Хэлен, измученная тренировками и нервным напряжением последних дней и ночей, спала как убитая.

Наскоро одевшись, Дэро спустился в столовую. Шаги разбегались от него глухим эхом. Беспокойство начало овладевать мужчиной.

В спальню дочери он уже вбежал, но и там не нашел ребенка.

— Нуара?!

Самый древний страх, самый жуткий и острый, страх потерять ребенка, впился в Волка.

Он бежал по коридорам, окликая дочь, заглядывал в двери, которые были не заперты.

Казалось, что замок вымер, и Волк все еще не проснулся, что происходящее — лишь продолжение того сна, ледяного, зыбкого.

Мужчина выбежал во двор. Солнце жарким золотом заливало простор каменного подворья.

— Нуара?! — крикнул, сколько хватило сил.

Со стороны конюшни послышалось яростное ржание. Волк метнулся на звук.

Кровь остановилась в жилах, когда он увидел то, что происходило в деннике. В самом дальнем углу конюшни стояла его девочка, а рядом с ней стоял маленький кудрявый мальчик, одетый в белую хламиду. В руке мальчика был нож. Нуара смотрела на него и поднимала ладошку, закрываясь от удара.

Волк взвыл, рванулся изо всех сил, какие были и каких никогда не было, но он не успевал, никак не успевал! Огромная иссиня-черная тень выломилась грудью из стоила, разбрызгивая щепу и кровь, грохоча окованными копытами по камню, высекая из него искры. Волк видел, что если нож не успеет коснуться его дочери, ее затопчет безумный в своей неукротимой ненависти конь.

Уже в воздухе кости прорвали мышцы, кожу, меняя форму за одно невероятно длинное мгновение, выпуская клыки из ощеренной пасти. Волк летел спасть свое дитя и не успевал.

Лошади шарахнулись в своих стоилах — запах волка будил в них древний генный страх смерти. И только черный Ворон не заметил взревевшего оборотня, что летел к ним распластавшись в невероятном прыжке.

Жеребец встал на дыбы, ударили копыта, обрушивая невероятный по силе удар.

Волк грянул всем телом о гладкий круп жеребца, который уже разворачивался к нему, пытаясь ухватить зверя зубами. В ноздри ударил запах крови и озона. Совсем обезумевший оборотень, не замечая вцепившихся в него зубов коня, поднырнул под его брюхом, прорываясь к дочери. Нуара стояла прижавшись к стене конюшни, бледная, перепуганная до немоты.

Волк протянул лапу, чтоб закрыть девочку собой, защищая от копыт безумного жеребца, но тот навалился на него всем весом, оттесняя в сторону, ломая подвернувшуюся под копыто лапу. Волк кубарем откатился в сторону, не замечая боли. Перед глазами мелькнула разможженная по камням стоила кудряво-золотистая голова.

Ворон встал между Волком и девочкой, фыркнул возбужденно, ударил передними копытами так, что брызнул раскрошенный камень. Конь не сводил с оборотня безумных фиолетовых глаз. И только сейчас из-за его спины послышался сдавленный, испуганный вскрик девочки. Стараясь не делать резких движений, Волк двинулся вдругорядь, в попытке обойти свирепого коня. Не тут-то было! Ворон не подпускал его к дочери, каждый раз взвиваясь на дыбы и ударяя копытами.

— Папа, он тебя боится! — крикнула срывающимся голоском Нуара. Девочку трясло, она все еще испуганно прижималась спиной к стене.

Волк остановился, неуклюже поднялся на задние лапы во весь рост, спрятал жуткие клыки. Шерсть медленно втягивалась в кожу, хрустели суставы, вставая на свое законное место. Лохмотья одежды нелепо свисали, нисколько не прикрывая наготу, вернувшего себе привычное обличие, тела. И вот уже стояли, не спуская друг с друга глаз, человек и конь. Последний нервно всхрапывал, не доверяя человеку, который пах, как Волк, только что был Волком, да и смотрел все еще волчьими глазами, с яркими желтыми бликами.

— Тихо…Тихо…- Дэро поднял здоровую ладонь в осторожном жесте, — Ты же меня знаешь. Я тебя не обижу…А ты отойди от моей дочери.

Нуара не стала дожидаться, пока Ворон успокоится и проскользнула в объятия отца, тут же разразившись рыданиями. Он крепко прижал к себе дочь одной рукой — вторая свисала непослушной плетью вдоль тела.

— Не бойся… Все кончилось.

— Па-а-ап, прости…я не думала, что он злой. Я просто хотела поиграть…- всхлипывала девочка.

— Все хорошо. Ни в чем ты не виновата. Пойдем-ка отсюда…- Дэро глянул в сторону изуродованного тела ребенка, встал с корточек и понес дочь в сторону замка. Вслед за ними громко зацокали копыта.

Из замка к ним несся полуголый Кочерыжка, размахивая отломанной в спешке ножкой дубового старого стола вместо молота, который он, судя по всему, не нашел в спешке. Змей же материализовался сразу рядом с Дэро, тоже довольно всклокоченный, но с саблей наголо. Этот с оружием не расстается никогда. Следом за Кочерыжкой бежали Лана и Хэлен. Хэлен все еще в ночной рубашке.

Все это людское разнообразие окружило их, засыпало вопросами. Змей только хмуро глянул и скрылся в распахнутых воротах конюшни. Од настороженно и боязливо поглядывал в сторону Ворона, который и не подумал отойти от Дэро и девочки, которую тот прижимал к себе. Хэлен протянула руки к дочери, но Волк проигнорировал этот жест — он просто не мог разжать объятия. Страх потерять дочь еще не отступил, щерил клыки где-то в самой глубине, не позволяя отдать ребенка даже матери.

— Идемте в дом, — коротко бросил он, прерывая поток вопросов и возгласов.

Нуара даже лица не подняла, вжавшись в плечо отца.

— А этого куда? — Кочерыжка ткнул в сторону Ворона ножкой от стола. Конь возмущенно фыркнул и попытался укусить того за протянутую руку. Од отскочил и обиженно отбросил ножку в сторону.

Дэро обернулся, поморщившись — сломанная рука кровоточила и безбожно болела.

— Ворона не трогайте. Это он Нуару спас, не я.

Хэлен остановилась и бесстрашно подошла к жеребцу. Тот попятился. Тонкая ладонь легла на вороную грудь. Конь остановился, косясь фиолетовым глазом на девушку. Вытянувшись на носочки, она обняла жеребца за шею. Ворон стоял недоверчиво, терпеливо ожидая, когда его отпустят.

— Хэлен, ему не нравится. Отпусти парня! Не любит он эти ваши нежности и не понимает их, — Дэро взошел по ступенькам, не оглядываясь. Понятно уже, что бешеный Ворон не причинит зла Хэлен.

В столовой был страшный беспорядок. Стол покосился и все, что на нем когда-то стояло, валялось на полу разлитое и раскрошенное неопрятными кучами, стулья сметены в торону. Судя по всему, Од, когда понял, что творится что-то неладное, метнулся нетрезвым, но решительным вепрем, в поисках хоть какого-то оружия и, не найдя ничего подходящего для своей комплекции и роста, отломал в спешке ножку у добротного стола.