Чтение онлайн

— Нет! Смотри! Я хочу, чтоб ты видела! — речь его становилась невнятной, и Хэлен уже больше чувствовала, чем понимала, что он говорит. Огромный зверь поднимался с земли. Тишина наступила внезапная и оглушающая.

Он смотрел на неё, низко опустив лобастую голову. Тихий угрожающий рык вырывался из оскаленной пасти.

*Вот и всё… — прошептала Хэлен сама себе. Замерла, уже не чувствуя ни рук, ни ног.

Волк медленно пошёл на неё. Лапы были с почти человеческими длинными пальцами. Вот только когти на них были, как у хищной птицы — острые и загнутые.

— Беги! И я не убью тебя сразу! — невыносимый и знакомый голос возник в голове, словно призрак. Хэлен развернулась и припустила в лес со всех ног.

Чёрная стена леса проглотила её, встретив мхом под ногами и ветками в лицо. Она бежала так, как никогда не бегала. Сердце сумасшедшей птицей рвалось наружу. Больно-то как… Почти невыносимо.

Пару раз она упала, споткнувшись о корни. Какая-то особенно острая и зацепистая ветка полоснула по щеке, оставив кровавый след. Только Хэлен ничего этого не чувствовала. Она мчалась, не видя дороги… Да и какая тут могла быть дорога?.. Волк шёл по пятам, медля, растягивая удовольствие. Только из тьмы слышались тяжёлые удары лап о землю, да довольный рычащий смех. Охота была особенно увлекательна для него сегодня.

Девушка выбежала к огромному старому дубу. Под ногами мягко шуршали мёртвые листья. Из черноты кустов и валежника раздавался скрипучий рык. Волк наслаждался погоней — Жертва была беззащитна и слепа перед ним. Можно было не таиться, не спешить.

Куда же теперь? Да и есть ли смысл? От него не убежишь…

— Не думал, что ты так быстро сдашься, — из-за деревьев вышла огромная тень.

Луна выглянула и снова спряталась, оставив в кромешной тьме небольшую поляну, посреди которой вырос великан-дуб. Девушка прижалась спиной к его широкому корявому стволу.

— Ну, так что? Ты уже готова? — только угли-глаза сверкали, да молния жуткого оскала поблескивала из тьмы.

Все слова растерялись. Она облизнула пересохшие губы. Дыхание разрывало грудь.

— Ты не Волчица… Луна сыграла злую шутку с тобой. Со мной, — он был уже настолько близко, что Хэлен чувствовала горячее, обжигающее дыхание. Ростом в холке он был примерно ей до плеча. Клыки сверкнули и ухватили её за халат. Он слегка мотнул головой и Хэлен повалилась на землю, как кукла. Волк смеялся и наступал. — Не попытаешься уговорить меня? Ну, хоть слово.

Хэлен замерла. Он стоял над ней, почти касаясь мордой лица. Влажное быстрое дыхание из раскрытой пасти опаляло кожу. Его лапы были по обе стороны её плеч.

— Всё так просто. Даже жаль. Я ждал большего.

Рука Хэлен помимо воли взметнулась и пальцы увязли в густом меху на груди Волка. Она уперлась в него и попыталась оттолкнуть — сильнее прижалась ладонью, но не смогла хоть на миллиметр его отстранить. Он зарычал и улегся огромным, тяжёлым телом поверх неё. Девушку словно прессом прижало к земле. Рука болезненно изломилась в локте. Она вскрикнула от боли. Волк встряхнулся и выпустил её руку из-под себя.

— Неожиданный поворот событий… Что-то подобное уже было. Очень давно…

Алый язык мелькнул среди бритвенно-острых клыков. Ей было тяжело. От мохнатого тела шёл жар. Чёрные губы Волка приподнялись в жуткой улыбке.

— В тебе такая сладкая кровь… Я помню её вкус, — и шершавый горячий язык слизнул капли крови, что набежали на её щеке. — А знаешь, почему? Я чувствую в тебе Её кровь. Той суки, что на небе сейчас сидит и смотрит, как её дочь попалась в лапы Волка. Интересно, что она чувствует? Не жаль ей тебя, подкидыш?.. Нет, не жаль. Иначе спасла бы свое дитя. И если даже матери не жаль, то почему должен жалеть тебя я? Натешиться с тобой, отомстить за то, что она с нами сделала. Напиться твоей сладкой крови.

*Ну, так что ты ждешь?

— Я не хочу, чтобы всё кончилось слишком быстро. Это ты вечно торопишься, дитя, — он рванул ворот халата. Треск ткани, и Хэлен зажмурилась, снова окунувшись в ужас той ночи, когда он настиг её на парковке. — Страшно, да?.. М-м-м-м… Ты даже не знаешь, какое это наслаждение — твой страх. Сердце, как птица, трепещет, уже утеряв надежду. Как бы я хотел вернуть тебе голос, Русалочка. Чтобы услышать по-настоящему тебя.

Клыками он ухватил её за шею. Девушка поняла, что это конец. Вот только он замер и отпустил.

— Ох, мне нравится твой запах… Страх… И ещё кое-что… — длинные когтистые пальцы распахнули остатки халата. Шершавая ладонь прижалась к груди, оцарапав нежную кожу, которая в мертвенном свете Луны отливала серебром. — Я не насытился тобой ещё. Никак не могу привыкнуть. Что же ты молчишь? Скажи что-нибудь…

*Что сказать тебе, Дэро? — она с трудом выдавливала из себя слова.

— М-м-м… И всё?

*Ты зря тянешь время. Ночь не бесконечна.

Огромная лапа жадно скользила по ней, стягивая рваную ткань.

— Мне хватит… Коснись меня.

*Я не собираюсь ублажать тебя перед ужином, — холодно ответила она, сжав руки в кулаки.

— Неужели? А если я оторву тебе руку? Такие тонкие, хрупкие косточки… Ты даже не почувствуешь. Поначалу, — угроза прокатилась волной паники по позвоночнику. — Давай же! Я жду, — тихое утробное рычание.

Девушка неуверенно подняла руку и зарылась пальцами в шерсть на его загривке. По мохнатой спине пробежала крупная дрожь.

— Ещё… — простонал Волк, теснее прижимаясь к ней.

Хэлен скользнула второй ладонью к его груди, проникая сквозь шерсть к тонкой человеческой коже. Он прижал уши к голове и уткнулся ей в шею, часто дыша. — Не останавливайся, подкидыш, — глухо простонал, спина под её ладонью была как из железа.

*Может, тебе ещё и за ухом почесать? — с издевкой проронила она, — Наверно, блохи донимают?

— Глупышка, у нас нет блох. Откуда им взяться на человеке? Не пытайся меня взбесить. Ты живешь, пока мне нравится то, что ты делаешь.

Хэлен перебирала пальцами жёсткую, тёплую шерсть, медленно двигаясь от головы к плечам, по спине. Он сладострастно рычал.

*Я хотела узнать… А хвост у тебя есть? Мне не видно из-под тебя.

— Я знаю этот анекдот, Красная Шапочка. И это — точно не хвост. Не пытайся успокоить себя.

Она неуверенно поерзала под Волком, чувствуя, что-то, что между ними сейчас, при всём желании, нельзя принять за хвост.

— Не дёргайся, — влажный язык мазнул по щеке.

*Не смей! Слышишь? Не смей! — злоба и беспомощность взыграли в ней с новой силой от этого лёгкого прикосновения.

— Хэлен, ты забыла, что я чувствую твое вранье? И не только вранье. Скажи, разве близость смерти не заводит?