Луны и Творцы
Шрифт:
— До встречи, Мирко. У меня тоже возникла работа и, думаю, вместе поизучать нашу драгоценность не получится.
— Ну, вот опять… Стой, ты только что назвала книженцию «драгоценностью»? Пфф, да там даже картинок нет. Какая такая драгоценность?
Калист, улыбаясь, исчезла в окне, оставив Мирко без удовольствия продолжать свои любимые словесные перепалки.
Девушка села обратно за стол и попытался собрать свои мысли в подобие чего-то целостного.
«Правитель второго государства в мире сошёл с ума и нарёк своего сына мифическим Спасителем. Он же дал мне крайне «важное» дело — учить Раайана этикету, наплевав на все мыслимые и немыслимые законы бытия. И, к тому же, он едва не уничтожил бесценный артефакт эр, что уже минули. Просто прекрасно! Ещё не хватало, чтобы Низведённый постучался в дверь, и я точно уверюсь, что я сплю наяву. Сон во сне другого сна. Бррр, как же это всё глупо!»
Калист раскрыла книжку и достала из причёски Антрацит.
— Что ж, пришло время выяснить, насколько просто ты справляешься со старооксианским, ведь понять из этих слов я могу разве что четверть… — молвила девушка и пустила потоки всех четырёх стихий в кусочек минерала.
Меч-кати*1- национальный изогнутый меч с односторонним лезвием из Северо-Западных Принцевств. Аналог катаны в мире Веридиса.
Глава 2: Мир, что был дарован в книгах
«… стоило давно разобраться в вопросе государственности на Веридисе. Регентство Спасения — это скорее полумера, при том совершенно глупая, как мне кажется. Не должно быть престолонаследия в такой серьёзной структуре, как Союз. Это заведомо провальный вариант, когда каждый Великий Дом старается пропихнуть своего человека на Хрустальный Престол, прикрываясь пророчеством и подводя его к своему кандидату. Да, возможно, это звучит крамольно с уст той, кто сама была венчана на королевское правление Энарэрой в Тарантале, однако я понимаю, что монархия без надзора — ничем не лучше того, что было при Вечном Императоре. Люди, де-юре восставшие против власти безумца, выбрали себе на роль правителей тех же безумцев, только лишь с той поправкой, что они не живут вечно, а лишь каких-то две или три сотни лет каждый. Никто из моих заклятых соратников, кроме лишь одной меня, не сложил с себя бремя власти в уговоренный срок. Они творцы и они правят и будут править. Это очередная ошибка… Ведь сражались мы двести лет назад не за продолжение Империи, а за её разрушение и будущее, где все будут равны между собой. А что у нас получилось? Надежды разбились о действительность. Свобода и справедливость? Нет же, Парламент был создан и просуществовал всего три недели, а потом был упразднён из-за потери управления над ситуацией в процессе «самопожирания». И всё это происходило в то время, как разрушались Дамбы Вечности, что в настоящем свело весь наш прогресс, накапливаемый веками, на уровень I Эры, лишив нас почти всего…»
***
Фей стояла с широко раскрытыми глазами и наблюдала за горящими ярким светом огнями Шпильграда под лучами двух Лун-Охранительниц, и за сотнями башен и шпилей, пронизывающих вышину, и за аккуратными силуэтами кораблей и лодчёнок, курсирующих взад и вперёд по Заливу гигантского города.
Девушка засмеялась и отвела одну руку в сторону, держась другой за грот-мачту средних размеров торгового судна, на котором она путешествовала из своего дома в столицу всего цивилизованного мира.
Встречный ветер весело и приятно колыхал свободно лежащие на плечах волосы песочного цвета, волнистые на концах.
«Шпильград.» — подумала молодая девушка с неким трепетом. — «Я так долго хотела попасть в этот город. Столько бессонных ночей в обнимку с путеводителями и картами, столько слёз, пролитых в залах для обеда с моими родителями в попытках уговорить их опустить меня… Ах, как же я желала этого всем сердцем!»
Девушка вновь прижалась к мачте, чтобы расслабить мускулы на руке. Флаг Юго-Восточной Торговой Компании Шпильграда с якорем и стилизованным гербом города (десятком разновеликих шпилей, устремленных в ночное небо) едва не угодил девушке по лицу из-за очередного порыва ветра.
«Как хорошо, что Мама и Папа всё-таки отдали меня на попечение Дедушке Сали! Возможно, это самое лучшее, что могло со мной произойти за все мои восемнадцать лет жизни! Остров Белого Древа — это хорошее место, безусловно. Там много всего для спокойного отдыха и лёгкого ни от кого не зависящего времяпровождения. Однако там живёт от силы всего-то десять тысяч человек. Это просто несправедливо. Каждый, кто увидит тебя, сразу же кланяется и спешит убраться восвояси, как можно скорее, лишь бы не прослыть «гнусным пройдохой» из-за простого разговора с единственной дочкой главы Соляного Отделения Ю-ВТКШ*. Несправедливость, как она есть. Можно подумать, будто эти портовые потные и грязные мужланы такие уж и привлекательные… Пфф, иногда мне кажется, что меня считают за какую-то древнюю вазу, с которой можно лишь сдувать пыль по праздникам, но ни за что не трогать, ибо развалится от прикосновения, как тысячелетний манускрипт. Однако надо признать, я могу понять родителей, так как я единственная, а братьев с сёстрами у меня нет. Речь скорее совсем не о грубом расчёте, а о том, что родители меня действительно любят. Все это очень ценно и дорого мне, но пора собираться в путь, а не стоять в заводи. И предложение Дедушки тут было очень кстати…»
* Юго-Восточная Торговая Компания Шпильграда
Фей услышала, что кто-то кричит ей с палубы внизу. Она посмотрела себе под ноги и заметила капитана корабля, неистово махающего своей двууголкой— «лодочкой», как её называли по-морскому.
— Я вас не слышу, Сармон! — бросила Фей капитану «Флейты Жизни». — Подождите пару минут, и я буду внизу!
Было ярко заметно даже на таком расстоянии, что капитан побелел и стал нервно теребить рукав своего шейного платка.
Фей с весёлой улыбкой вытянула ногу вперёд и шагнула в воздух.
Она смеялась, падая, и лишь у самой палубы, воспользовалась потоками воздуха, чтобы создать себе «подушку», однако всё же не совсем рассчитала и ощутимо приземлилась на ноги, завалившись вперёд, размахивая руками, подобно птице, внезапно понявшей, что перья её отсутствуют.
— Госпожа Дедаст, вы в порядке?! — подлетел к Фей капитан и сразу же поднял её с палубы. Он, как и ожидала девушка, был бел как соль. — Моё нутро едва не ушло во мглу! У вас ничего не сломано? Здесь десятки метров.
— Сармон, не переживайте так. — Фей принялась успокаивать мужчину. — Вы же знаете, что я творец. Для меня подобные падения — пустяк.
— Госпожа, тем не менее, каждый раз, когда вы проделываете что-нибудь этакое, я не знаю к чему мне готовиться. То ли писать письмо о смерти дочери вашим родителям, то ли радоваться, что вы не расшиблись в лепёшку на этот раз.
— Сармон, перестаньте, пожалуйста. Вам осталось потерпеть меня каких-то полчаса, и вы уплывёте обратно на остров Белого Древа.
Капитан промокнул потный лоб тряпицей.
— Я воздам молитвы Оле и Данэ*, когда это произойдёт…
— Ну-ну, Сармон, что вы так негативны. Во мне есть много плюсов. Вспомните шторм. Кто вытащил наш корабль из крена?
— Вы.
— Ну, вот же.
— Только в этот же крен его загнали именно ВЫ своими экспериментами над потоками воздуха и воды.
— Это всё лишь лирика. Важен результат. — Фей положила руки себе на пояс и улыбнулась от чего лицо капитана скисло ещё сильнее.
*Имена двух Лун-Охранительниц, используемые в церковной речи, молитвах и словах крайне религиозных последователей религии Лун.
Так прошло пол часа, и бригантина пришвартовалась к большой земле. Матросы, подгоняемые капитаном, сбросили на берег трап и вот Фей уже спускалась на земли Шпильграда.
Улыбка не сходила с её уст.
«Все эти люди… Это не какой-то там захудалый порт Белого Древа! Сотни и сотни носильщиков, портовых грузчиков и каких-то чиновников в камзолах цветов самого великого Местоблюстителя. Как же это захватывает дух!»