Чтение онлайн

“Но стоило ли оно того, Хозяин?”

— Конечно же стоило. Ты что забыла, как он меня едва не отправил в Сады Охранительниц?

Свистки стражи стали куда ближе. Мужчина понял, что звук исходит уже почти с соседней улицы.

“Калист Аэмора Кианэйт, наша нанимательница. Однако вы, кажется, желаете совокупиться с ней.”

Мирко подавился, даже позабыв про то, что истекает кровью в плече и ноге.

— Кхм-кхм, Грация… ты же женщина, верно? Откуда только у тебя такие грубые мысли?

“Я клинок, Хозяин. Ваша воля для меня закон. Если вы хотите, то я могу стать…”

— Нет! — отозвался он быстро. — Ты мне вполне нравишься женщиной.

“На секунду мне показалось…”

— НЕТ-НЕТ-НЕТ!!!

Мирко мог бы поклясться, что его клинок улыбается в ответ.

— Я немного не про это хотел сказать… — молвил мужчина, бредя к повозке и опираясь на кати, как на трость. — Во-первых, она высокопоставленный творец и стоит в иерархии Шпильграда куда выше меня. Причем, на башен так сто.

“Но это вас не останавливает…”

— Во-вторых, мы работаем на эту женщину. А отношения нельзя строить вокруг общего дела, особенно когда речь идёт о делах под покровом лучей солнца. — мужчина сделал вид, что не услышал очевидный подкол в его сторону от разумного клинка. — В-третьих, наша нанимательница, как мне кажется, не интересуется подобными шалостями, что прискорбно. В-четвёртых, это не дальновидно— делать предметом обожания руку, что кормит тебя, а затем выдаёт самоубийственные задания.

“Однако, Хозяин, вы продолжаете на неё работать. Мне видится здесь некий элемент детской игры, когда один из игроков не признаёт своего поражения, делая вид, что не услышал или не заметил, что проиграл.”

— Ну, и, в-пятых, — мужчина достиг повозки и резким движением откинул ткань, что покоилась на чём-то маленьком и прямоугольном, — ты права, эта леди водит меня за нос уже полгода, бесцельно отправляя на вылазки, за хорошие деньги, конечно, но…

Мужчина взял со дна повозки одинокую небольшую книжицу, размером с ладонь.

— … но я её люблю.

“Хозяин, но может же сложиться и так, что она специально желает избавиться от вас.“ — Грация сказала эти слова излишне натужно, будто бы скрывая своё разочарование.

Мирко застыл.

— Хмммм… — протянул он, рассматривая потёртый переплёт. Затем он залихватски ухмыльнулся. От этой ухмылки всегда кто-то из служанок в корчмах краснел и отводил глаза, а более зрелые и зажиточные дамы, мечтательно и недвусмысленно прикусывали нижнюю губу, томно смотря вслед Белому Ворону в его чёрно-белых одеяниях. — А может ты просто ревнуешь, что моя леди выбрала столь экстравагантный способ изъявить своё расположение ко мне?

“Хозяин, я не умею ревновать. Я клинок и моя единственная задача — оберегать вас, убивая врагов.“

— Все женщины так говорят. — он пожал плечами и сразу же скривился от боли.

Мирко заложил книгу себе за пазуху и обернулся, чтобы обыскать труп Щепки, однако…

— Грация?

“Хозяин?”

— Куда делся этот проклятый кусок мяса, что мы вместе разрубили пару минут назад?!

Свистки стражников стали слышны уже из-за поворота ближайшей каменной стены.

Мужчина смачно выругался, проклиная себя за глупость, ведь он уже и раньше видел на что способен Щепка, и бросился в соседний переулок, держась за рану на плече. Ворон прекрасно понимал, что без кати он бы уже давно упал без сил, ведь Грация каким-то образом придавала воину живучести и выносливости, невзирая на то, что она отказывалась считать себя регалией времён Осколочной Империи.

“Я не могла его видеть, Хозяин. Следовало бы сначала обыскать тело на предмет наличия регалий, что, очевидно спасают ему жизнь раз за разом, однако ваш выбор для меня закон. Кто я, чтобы ставить Вашу воля под сомнение?“

Мирко хмыкнул.

Мужчина мог бы почувствовать в словах Грации едкий сарказм и желчную иронию, если бы действительно не знал кати в течении десяти лет совместного смертоубийства. Она ни разу не предавала Ворона и не обманывала. Хотя и иногда у Мирко действительно прокрадывалось сомнение насчёт правильности своих мыслей. Казалось, что Грация имеет свой характер, однако по какой-то причине прячет его. Расспросы обычно ни к чему не приводили, поэтому Мирко и бросил это дело, смирившись с данностью.

«Надо добраться до лекарей во Дворце. А ёще лучше к самой Калист, которая и залечит раны. Да побыстрее!»

“Поддерживаю, Хозяин. Ваше состояние я бы не назвала приемлемым. Я как могу останавливаю кровотечения, однако рано или поздно вы умрёте. Кровь не бесконечна.”

«Как обычно, спасибо, Грация. Без твоей эмоциональной поддержки я бы не смог и шага ступить.»

“Рада вам помочь, Хозяин.”

Мирко скрылся в путанном лабиринте улиц Среднего Города Имперского Яруса, оставляя за собой недоумённых жителей Шпильграда, с заспанными глазами, смотрящих сквозь окна на возмутителя спокойствия.

***

Мирко взбежал по широкой лестнице Хрустального Дворца с наиболее возможным грохотом. Он специально вёл себя от силы шумно, дабы его заметили и услышали даже в его относительно бесшумных сапогах. Мужчине по-настоящему нравилось будоражить своим видом дворцовую челядь и разного рода знатнюков, приходящих в бешенство от одного лишь вида крови, чего уж там говорить о грязи.

Вот один из государственных чиновников как раз выходил из дверей одного из кабинетов и Мирко отвесил ему шутливый поклон, сняв шляпу и услышав проклятия в свой адрес, от которых его ухмылка стала ещё шире.

Несколько слуг выбежали ему на встречу с ошарашенным видом, осматривая его изорванный камзол и грязные сапоги, оставляющие след по полу (ламинированные латы Мирко снял раньше, когда ему обрабатывали раны симпатичные девушки-лекари).

— Мастер Мирко! — вскричал мажордом, Норик, в ливрее бело-золотого цвета Великого Дома и эмблемой в виде головы мифического животного — льва с рогами и гигантскими клыками, торчащими из его пасти.

— Да? — Мирко остановился и бросил Норику свой изорванный плащ, который приземлился ему прямо на голову, и мажордом яростно замахал руками, пытаясь сбросить путы, выкрикивая ругательства. — Ну, думаю, поговорим попозже… — наёмник повёл плечами и подмигнул паре красивых молоденьких служанок, от чего те зарделись и принялись мять подолы своих платьев.

Насвистывая весёлую мелодию шулерской кадрили, Мирко двинулся вперёд. Торшеры со свечами освещали ему путь, ведь вернулся во Дворец Мирко уже вечером, не желая слоняться по пустым этажам монументального сооружения, ловя лишь раздражённые взгляды уставшей стражи.

«Как много тут правил и как это утомляет.»

Наконец наёмника оставили в покое, посчитав, что легче уж прибрать за Мирко по факту совершённых им злодеяний над чистотой Дворца, нежели пытаться остановить его до совершения преступлений.