Луны и Творцы
Шрифт:
Мирко на секунду вырвался из объятий губ Калист и заговорил, попутно целуя её шею, не в состоянии уже остановится, уходя всё дальше и дальше, вдыхая её запах, касаясь её, желая её, как глоток воды в знойной пустыне из сказаний.
— Калист, ты великолепна. Ты самая лучшая, истинно…
Он поцеловал её в ключицу и услышал лёгкий рваный звук ее сбивчивого дыхания, обрывистого и такого живого…что он не смог предать её доверие.
Внезапная интуитивная боль в груди.
Мирко остановился с таким диким калейдоскоп чувств, что описать он бы их и не смог.
Продолжение являлось кощунством, чем-то неверным и, с его точки зрения, аморальным.
Он откинулся назад и специально больно ударился затылком о деревянную стену за самим собой.
Это слегка проясняло разум, занятый лишь любовью.
— Калист, пожалуйста, это не ты.
Он посмотрел на лицо девушки и ужаснулся. По её щекам беззвучно шли ручьями слёзы. Она рыдала.
— Луны! — мужчина притянул творца к себе в объятия. Девушка начала всхлипывать и вздрагивать. — Калист, ну, только не так. Не плачь. Я знаю, что дурак и всё всегда порчу.
Странно, но и у Мирко на глазах появились неясная влага, чувства также прорывались наружу.
Тепло её тела согревало мужчину и на место желанию пришло чувство сопереживания и нежности, что было куда более глубоким и… правильным.
Мирко погрузил свою руку в волосы девушки, аккуратно гладя их и приговаривая на ухо всякие глупые, но утешающие слова. Мужчина иногда и сам не понимал, что говорит, но это помогало. Калист понемногу успокаивалась.
Она крепче обхватила Мирко и сильнее зарылась в его рубашку. Запах цветущих деревьев белого ореха и зелёного чая ударил в нос вновь.
— Дорогая моя, а я ранее думал, что это город так благоухает, а это всё время была ты, верно? Помнишь, нашу первую встречу, тогда, в городе? Цвёл белый орех, и я встретил тебя. — он смахнул слезу с глаза. — Калист, прости. Я не отверг тебя, просто… я не хочу так. Ты самая лучшая девушка, что я видел, самая лучезарная, талантливая творец, та, что заставляет… хм. В общем, лучшая. У меня закончились эпитеты.
Вновь он прошёлся по её волосам.
Она перестала вздрагивать и тихо проговорила:
— Я сама виновата. Поставила тебя в дурацкое положение. Прости. Если хочешь, мы можем продолжить и…
— Ох. — Мирко скривился. — Самое плохое для меня, Калист — это когда ты за что-то извиняешься передо мной. МНОЙ. Не смей так делать. Я тот самый плут, а ты идеал правильности.
Она обняла его сильнее и Мирко сделал тоже самое.
— Я… я просто подумала, а что, если мы погибнем. Просто и без прикрас. Ведь то существо на пристани, его не смог победить даже Фитсрой.
— Этот напыщенный тысячелетний мешок с песком? Калист, у меня подозрения, что он был очень даже плох в своё время и выделяется сегодня лишь из-за своих небольших знаний, что внезапно из маленькой лужи превратились в океан в сравнении с нашими.
— Мирко, ты знаешь, о чём я…
— Да. Я думал об этом. Но ты же меня и переубедила. К тому же тебя явно гложет что-то иное, верно?
— Я пыталась написать речь для Фей.
— Да, уж, дед Сали сделал нам отличный подарок, чтоб его. — пробурчал Мирко. — Скинул сестрёнку на нас, а сам исчез, как ракушки после прибоя. Молодец, ничего не скажешь.
— Мирко, мы причастны к случившемуся.
— Возможно, но не так, как ты думаешь… — пространно выразился Мирко. — За пару дней, люди Астерзаля никак не могли успеть доплыть до острова. Он всё предугадал. Родители Фей были обречены.
— Ты… ну, не побудешь со мной? Я имею ввиду просто объятия. Я после нескольких исследований пришла к выводу, что они помогают с…
Девушка немного изменила свою позу в некотором стеснении и уселась на коленях мужчины боком.
— Не оправдывайся, Калист. Я кончено же останусь. Как же иначе? Луны, я вообще уже не знаю, что говорю. — он усмехнулся. — Просто первые попавшиеся слова. Глупо, да? Да я вообще дурак.
— Не говори так. — сказала она ровно дыша. — Если бы не ты — я бы была мертва и много раз. Пусть ты иногда и прямолинеен, но ума тебе не занимать. Про качества тебя, как человека, я и говорить не буду. В тебе есть великое терпение. Это заставляет восхищаться.
— А ещё я хорош собой и конечно же скромен. — он усмехнулся.
— Я лю… — она заведомо остановилась.
— Не надо, Калист. Только не эти два слова. — он нежно погладил девушку по руке. — Истина не в них. Они удел — детей.
Творец прильнула к мужчине и поёжилась. Мирко обнял её, чувствуя, как девушка медленно засыпает, понемногу расслабляясь.
— Мирко, ты самое дорогое, что есть у меня. — молвила она своим нормальным голосом, без примеси хмеля. — Ты спас меня, сделал лучше. Я хочу, чтобы у нас всё вышло. Чтобы мы были счастливы. Мы обязаны получить хотя бы частичку этого.
— Калист, ты тоже. Ты тоже. И мы сможем. Должны.
Мирко аккуратно поцеловал Калист в лоб и закрыл глаза, сев поудобнее. Его рука продолжала гладить волосы девушки, а его разум, наконец за несколько дней, медленно нашёл покой. Здесь, с его любимой женщиной.
***
Фитсрой стоял на носу корабля, всматриваясь в горизонт. Заходящее солнце было не самым лучшим спутником творца, но мужчина любил так стоять и раздумывать… в другой жизни, до пленения в клетке его самым близким человеком.
Рана на плече почти заросла, но боль всё ещё терзала его. Руки мужчина держал сложенными за спиной.
«Тысяча лет. Столько возможностей упущено. Столько воды утекло. Рокс, жива ли ты вообще? Судя по моей охране, слугам и тем фанатикам — вряд ли. Но где же тогда моя парная регалия? Рокс, где же ты?»
Мужчина вздохнул. В радиусе нескольких метров не было ни души. Все, матросы, их офицеры и даже первые знакомцы в новом мире обходили его стороной. Первые и вторые просто боялись, а третьи не знали всеобщего. Лишь Калист болтала с ним периодически при помощи артефакта. Даже оксианского, что знал Император без трона и земли, не хватало для общения, ведь и этот язык успел измениться до едва заметной узнаваемости.
Он вздохнул и вновь посмотрел вдаль.
«Мир пал и возродился. Удивительно. Почему именно сейчас? Зачем этому миру Император? Возможно, и не нужен. Плевать мир хотел на людей.»
Солнце едва освещало морскую гладь томным оранжевым светом.
— Нам нужно попасть в Зеркальный Город. Если он всё ещё функционирует — то это единственное место, что сможет помочь мне разобраться. Будущие и прошлое. Я должен увидеть и осознать. Наверняка что-то ещё осталось, а если так…, то мы сможем сразиться с этими существами из сказок. — говорил он шёпотом, хотя даже если бы он и кричал во всю глотку его всё равно никто бы не понял.