Чтение онлайн

Мужчина внутренне рассмеялся горьким, едва ли не истерическим смехом.

«А что чувства? Разве Богов интересует, что думает я сам? Нас двоих могут убить в любую секунду. Размазать, расчленить или сжечь. Такова реальность. Любовь в такой ситуации не значит ничего… Потому я и

избегаю её упоминать.»

— Мирко… — Калист тепло коснулась его ладони. — Ты мне тоже очень дорог.

— Как считаешь, мы умрём? — вновь странная фраза с его уст.

В его фразе не было ни смеха, ни радости. Лишь уныние и некое ощущение смерти, что лижет пятки, как языки огня.

— Возможно. — односложно ответила Калист. — Я думаю, так или иначе, да. Вопрос лишь когда.

— Уф, ну, и ответ. Я ожидал от тебя чего-то более напутственного и поднимающего боевой дух.

— Мы ещё не поженились.

— Ты считаешь это остановит мглу?

— Ну, наша брачная ночь явно зажжет парочку факелов радости в непреступной тьме.

— Калист, мне положено шутить про любовные утехи, а не тебе. — молвил Мирко, стараясь не впадать в бессилие.

Девушка неожиданно шутливо хлопнула Мирко по заду, вызвав взгляд удивления в свой адрес.

Калист подмигнула Мирко и мужчина слегка расслабился.

— Надо немного подостыть… — сказал он.

— Да, согласна. Нам просто нужен небольшой отдых.

Было видно, что Калист напряжена, а её слова служили именно тем подбадриванием, о котором и говорил мужчина ранее.

— Отдых. — мечтательно протянул Мирко. — Да, это то, что нам нужно.

Последний пролёт пара осилила едва ли не быстрее, чем в самом начале подъёма.

Мирко зашёл в Обсерваторию первым

Глава 10, часть 2:

Конец, что был началом.

В нос сразу же ударил отвратительный запах гнили, от которого оранца затошнило.

— Чтоб тебя, Калист, тут кто-то сдох! — Мирко заслонил нос и рот рукавом своего ламинированного пластинчатого доспеха.

Калист же подняла неожиданно легко тянущийся ворот части платья, что всё ещё было на девушке с самого начала спуска, закрыв рот и нос тканью.

— Наконец-то. — послышался знакомый, до боли скрипучий голос. Мирко и Калист вздрогнули и обернулись на звук.

— Щепка? — спросила Калист.

— Он самый… — послышался влажный кашель. — Я пришёл убить вас.

Глаза Мирко заслезились. Запах был ужасен. Сладковатый и бьющий прямо в нос.

— Где-ты, паскуда! — выкрикнул мужчина.

Света в Обсерватории не было, а витражи были завешаны тканью. Запах усилился и послышалась возня.

Щепка вышел из тьмы огромного окуляра. В его руках виднелась глефа.

— Как… кх-кх, хорошо, что вы сохранили моё оружие. Премного благодарен.

— Ты вообще цел? — вымолвил Мирко, всё ещё держа у носа свой рукав.

— А разве не похоже. — хриплый смех, переходящий в кашель. — Всё идёт именно так, как нужно.

Он скинул халат со своих плеч и Мирко выругался.

Артерии и вены когда-то мужчины были полны черноты, кости грудины, казалось, выступали из под кожи, натягивая её, а поверхность тела

была невероятно светлой, едва ли не прозрачной, пергаментной.

Кожный покров в ряде мест отсутствовал вовсе, наводя на мысли о вяленом на солнце мясе с характерной желтизной по краям и волокнами, будто бы ниток.

Странным было и отсутствие органов Щепки, что были явно заменены на невообразимого вида механизм, имеющий что-то общее с циферблатом часов, с той лишь разницей, что это устройство являлось чем-то немыслимым, ачеловечным, противным самой природе, ведь именно благодаря этому механизму, казалось, мёртвое тело всё ещё функционировало, хотя и в явной агонии (весь торс мужчины был пронизано множеством и множеством трубок и шестерёнок).

Казалось, что циферблат заменил ему сердце, а чёрная лимфа — кровь.

Мирко всё же вывернуло наизнанку.

Калист сразу же подошла ближе, прикрывая мужчину.

— Щепка, — заговорила она, ничуть не поддавшись отвращению, — то что с тобой сделали Архонты возможно ещё исправить. Нет никакого смысла в кровопролитии.

— Ты хотя бы сама веришь своим словам, Кианэйт? — он вновь закашлял. — Я мертвец. Я им был уже полгода назад. Регалия в моём теле высосала из меня все соки. А жить я хотел… Архонты провели какие-то манипуляции. Вставили в меня этот механизм, соединив с уже имеющейся регалией.

— Я всё равно не вижу смысла сражаться.

— Вы убили Шаду.

— Мы этого не делали. Её заставил это сделать какой-то творец.

— Надин. — молвил Щепка.

Калист смерила взглядом разлагающееся тело.

— Если так, то повторюсь, зачем тебе этот бой?

— Если бы не вы, то она бы была жива.

— То есть ты хочешь убить нас «просто потому что». — Калист кивнула. — Что ж. Каждый имеет право на выбор своего жизненного пути и у тебя он был изначально неверным.

— Рубишь с плеча, ведьма. — вновь кашель. — Вы оба — никогда не жили в Предместьях, трущобах этого города, не сражались за объедки, не убивали своих родных, ради шанса прожить хотя бы сезон, как сейчас. Мне пришлось сделать столько кровавого… Но я бы сотворил это вновь, ради того, чтобы прожить эту короткую, но полную впечатлений жизнь. Архонты дали мне всё, когда я был ничем. Они сдержали все свои обещания, ни разу не обманув. Я плачу лишь за свои собственные ошибки. Это не их вина, что я был недостаточно осторожен. — он улыбнулся, что смотрелось крайне неестественно на его лысом и морщинистом лице с жёлтыми пятнами пигментации. — Хотите узнать единственную вещь, которую я бы изменил?

— Валяй, окорок. — сказал Мирко, утирая рот рукой и борясь с вновь возникшим рвотным позывом.

— Тогда, в Часовне. Разговоры. Надо было убить вас сразу же по выходу из сооружения. Какие-то минуты… Судьба. Два удара и всё бы случилось иначе.

Щепка бросился вперёд, продолжая зловеще улыбаться.

Мирко скривился и вознёс Грацию для удара, однако та неожиданно ушла в пол. Мужчина уставился на кати.

Глефа уже летела в голову Мирко, однако Калист спасла его. Разряд молнии влетел в Щепку, откинув гниющее тело назад.

«Грация!!! Что ты творишь?!»

“Хозяин. Вы всё равно умрёте. Пусть это будет сейчас. “ — её голос был обиженным и даже скорбным.

Мирко выругался, не в силах совладать со своими собственными руками.

Взгляд Калист прошёлся по мужчине, что глупо пытался встать ровно, и дёргался из стороны в сторону, желая вырвать меч из несуществующих

пут.

***

Калист отправила ещё один разряд в Щепку.

Противник вновь загорелся, его тело пошло трещинами, однако оно в миг вернулось к прежнему состоянию, и Щепка опять пошёл в бой.