Чтение онлайн

– Не боишься, что мы можем сесть в тюрьму? Или плохие парни найдут нас и прикончат? Разве тебе не хочется испытать последний оргазм? – подначивал Хукер. 

– Нет! 

Он поцеловал меня, и каким-то образом, стоило мне расслабиться, как его рука пробралась к моей груди. Оказывается, со словом «нет» дела у гонщиков обстоят плохо. В их словаре нет такого слова. 

– Только не перед псом, - заупрямилась я, оттолкнув руку Хукера. 

– Пес не видит. 

– Нет, видит. 

Бинз как раз выбрался из багажного отделения и примостил свою корму на заднем сидении. Я чувствовала его дыхание на своей шее. 

– А ты станешь дружелюбнее, если он не будет смотреть? – поинтересовался Хукер. 

– Нет. Ты не мог быть утихомирить свое либидо? У меня есть пара мыслей. Мы могли бы поговорить с наводчиком Шлепка. 

– Ты хотела сказать, мы могли бы выбить из него все дерьмо? 

– Ну да, ладно, мы могли бы выбить из него все дерьмо. В любом случае, мне кажется, что есть шанс что-нибудь у него узнать. Или мы могли бы забраться в НИОКР Уэво. 

– НИОКР Уэво в Мексике, - возразил Хукер. – Не то чтобы добраться туда было нереально, но полиция, скорее всего, держит мой самолет на земле. Мы могли бы полететь чартерным рейсом. Но это рискованно. 

– Как насчет его жилья? У Рэя Уэво есть дом в районе Конкорда? 

– У Оскара был дом на озере Норман. Не уверен, что он часто им пользовался. Насколько я знаю, миссис Оскар была не в восторге от Северной Каролины. Иногда я слышал, что Оскар в городе, но он ни разу не попадался мне на глаза. Полагаю… он занимался делами и просто хотел сбежать из Хиксвилла. Не думаю, что у Рэя здесь есть какое-нибудь жилье. Хотя где-то должен быть корпоративный кондоминиум. 

– Я что-нибудь упустила? 

– Киллеров. Жеребца и Лысого. Прихвостней Уэво. Мы можем попробовать выудить что-нибудь у них. 

– Ты имеешь в виду что-нибудь вроде признания в убийстве двух человек? 

– Ага, - подтвердил Хукер. – Само собой, нам придется выбить из них это признание. 

– У тебя уже навязчивая идея. 

– Мои таланты ограничены. В сущности, я хорош только в трех вещах. Могу водить машины. Могу выбивать из людей дерьмо. Ну, и третью вещь ты знаешь. Она заставляет тебя сильно стонать. 

– Никогда я не стонала! 

– Дорогуша, ты стонешь. 

– Ты меня смущаешь. Давай вернемся к выбиванию дерьма из людей. С кого ты хотел бы начать? 

– С наводчика, Берни Миллера. – Хукер набрал номер на мобильном телефоне. – Мне нужна помощь, - сказал он в трубку. – Нет. Не такого рода помощь, но спасибо, возможно, она понадобится мне попозже. Сейчас мне просто требуется кое-какая информация. Адрес Берни Миллера, наводчика Шлепка. 

Слушая ответ, Хукер прижал телефон плечом к уху и начал копаться среди хлама на приборной панели и в кармане на дверце. Он выудил ручку и мятую салфетку из «Данкин Доунатс» (сеть фаст-фуда – Прим. пер.), сунул их мне в руки и продиктовал адрес. Закончив разговор, он завел мотор. 

– Миллер недавно развелся, так что если нам немного повезет, мы застанем его дома одного. 

– Кому ты звонил? 

– Чокнутому. Он предложил воспользоваться его самолетом, если мне понадобится по-быстрому смотаться из страны. 

Чокнутый водит тачку «Пива Крэнка». Он один из самых опытных водителей и по-настоящему хороший парень. Чокнутый всех знает, а о гонках, наверное, позабыл больше, чем я смогу узнать за всю свою жизнь. 

– Адрес, который ты мне продиктовал, находится на озере, - доложила я Хукеру. – Недешевое местечко для простого наводчика. 

– Миллер мог бы дать тебе финансовую консультацию, пока мы будем его бить, - предложил он и, нажав на газ, вывел машину из здания цеха. 

Сама по себе дорога к дому Берни Миллера была короткой, но у меня начался приступ паники, так что поездка показалась бесконечной. К полудню мы добрались до нужной дороги, заканчивавшейся тупиком. Дом выглядел новым. На вид ему было не больше двух лет. В опрятном и ухоженном дворе располагались гипсовые цветочные клумбы и кусты, пока не доросшие до звания пышной растительности. На подъездной дорожке был припаркован серый «таурус». 

– Ну, и как это делается? – спросила я Хукера. – Мы просто поднимемся на крыльцо, позвоним в дверь, а потом врежем ему, как только он откроет? 

Хукер послал мне широкую ухмылку: 

– Вживаешься в образ садистки? 

– Просто интересуюсь. Возможно, подобный подход будет слишком груб для парня, у которого на подъездной дорожке припаркован серый «таурус». Скорее он подошел бы при разговоре с каким-нибудь типом из трейлера. 

– Вообще-то я в свое время тоже пожил в трейлерах. 

– И что? 

– Да так, к слову пришлось. 

– И часто тебя поколачивали? 

– Нечасто. Обычно я открывал дверь с оружием в руках. 

Я внимательно посмотрела на дом. 

– Это может затормозить наше интервью. Сложновато выбивать дерьмо из человека, который открывает дверь с пистолетом в руке. 

Хукер сбавил скорость, перейдя на холостой ход у соседнего с Миллером дома. Мы медленно миновали нужное нам здание и доехали до перекрестка в конце квартала. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Хукер поехал обратно. Потом прижался к обочине и припарковался. Теперь мы находились на противоположной стороне улицы. И снова на расстоянии одного дома от цели. 

– Не похоже, чтобы ты сильно торопился, - проворчала я. 

– Я провожу разведку, - заявил Хукер. 

– А я было подумала, что у тебя сердце в пятки ушло. 

– Мое сердце никогда никуда не уходит. Вот зудящая мошонка и напрягшийся сфинктер – это да, это бывает. Диарея иногда случается. Но сердце всегда остается на месте. 

Бинз поднялся, дважды повернулся вокруг себя и плюхнулся обратно, громко вздохнув, как умеют только собаки. 

– Так мы ждем, пока твой сфинктер расслабится? – поинтересовалась я у Хукера. 

– У меня нехорошее предчувствие. Не нравится мне эта машина, стоящая посреди подъездной дорожки. Я знаю кучу народу, которые никогда не пользовались гаражом, но здесь что-то не то. И я не могу представить Берни за рулем серого «тауруса». 

Гаражная дверь поползла вверх, и мы оба пригнулись. Из гаража Берни донесся звук заработавшего двигателя. Потом оттуда выбежал Жеребец и залез в «таурус». Автомобиль завелся, сдал назад по подъездной дорожке и остановился, работая на холостом ходу, перед домом Миллера. Из гаража задом выехал голубой «лексус», двери гаража опустились, и «лексус» вырулил на улицу, пристроившись вслед за «таурусом». За рулем «лексуса» сидел не Берни. Это был Лысый.