Чтение онлайн

– Он любит ее, - Аль-Хазрад легко читал мысли собеседницы, и это испугало королеву.
– Конечно, не так, как любят супругу или наложницу, но... Что ты собственно знаешь о внутреннем круге посвященных?

– О чем?
– переспросила Зейнаб, сдвинув брови.

– Стыдно, - покачал головой Аль-Хазрад.
– Стыдно столько лет жить в самом сердце Лотеаны, считаться едва ли не королевой Арелата и не знать о главном, что связывает древнейшие роды этого государства. О том, например, почему люди их крови никогда не согласились бы терпеть тебя в своем кругу. А в Арвене признали господина.

Зейнаб вспыхнула.

– Сразу видно, что ты простая фаррадская шлюха, лишь по воле норлунга поднявшаяся туда, где стоишь.

– Ты оскорбляешь меня.

– Я говорю правду, - пожал плечами маг, - а правда всегда оскорбительна. Ты ничего не знаешь, глупая женщина, решившая поиграть в политику. Северные династии плотно связаны узами тайного родства - родства духа и родства крови. Члены их союза не поднимают друг на друга руку. Их отношения горячи настолько, что они готовы рискнуть ради одного из своих головой. И любовь, которую они питают друг к другу, - не братская и не сестринская. Это чувство на грани плоти и духа. Понимаешь, женщина? Аль-Хазрад сощурился.
– Что ты можешь понять? Ты - капля из мутного потока сотен и сотен племен. Они же - народ из народов - одинокие, среди толп и орд дикарей, родные в океане чужаков, вечно готовые протянуть друг другу руку, для того, чтобы сохранить свою избранную тайную семью.

– А Арвен?
– удивленно протянула Зейнаб.
– Почему они приняли его? Ведь он норлунг.

– Я уже сказал тебе, что их родство не исчерпывается кровью. А ты так и не поняла, - укоризненно покачал головой Аль-Хазрад.
– Они считают его одним из своих. По духу. Это для них гораздо глубже. Но чтобы окончательно ввести короля в круг посвященных, им понадобилась кровь. То есть соединение его крови с кровью принцессы Орнейской. Тогда он получит такую силу, какой не владел никто. У норлунга откроются глаза. Побороть его будет невозможно, - маг тяжело осел в каменное кресло.
– Мы должны остановить Арвена, пока он не соединился с принцессой.

Заложив за спину руки, Зейнаб ломала пальцы. Она ненавидела сейчас каждый миг, прожитый с королем, каждое его слово, обращенное к ней. Ненавидела не за то, что он выбрал другую женщину. У него и раньше их было много! И даже не за то, что ради этой женщины он хотел лишить ее, Зейнаб, короны. Такие чувства давно отволновались в груди наложницы. Душная волна ненависти давила на фаррадку потому, что из слов Аль-Хазрада она поняла: Арвен никогда не принадлежал ей. Он еще до рождения был предназначен другой. Эта другая просто являлась недостающей частью его самого.

– Будь ты проклят, - прошептала Зейнаб, сжимая кулаки.

– Вот как славно, - засмеялся "могильщик".
– Мне кажется теперь, когда ты кое о чем знаешь, мы с тобой поладим.

Женщина подняла на него темный от ненависти взгляд.

– У тебя есть сын, Зейнаб, - с расстановкой сказал маг.
– Он у меня в руках, поскольку я, - "могильщик" снова засмеялся каркающим смехом, временно исполняю обязанности Хагена, короля Беота. Итак, Бран находится в моей полной власти...

– Что ты собираешься с ним сделать?
– в ужасе воскликнула королева.

– С ним? Ничего, - заверил ее Аль-Хазрад.
– Разве что отправить его из Арелата в более надежное место. Ведь у меня, как ты понимаешь, нет относительно его коронации таких широких планов, как у нашего друга Хагена, - маг потряс лампу, висевшую у него на шее, и оттуда раздалось сдавленное хрипение.
– Так вот, - удовлетворенно продолжал он, - я собираюсь отправить маленького Брана, о, конечно, с няньками и охраной, в более выгодное для его пребывания место.

– Выгодное? В каком смысле?
– Зейнаб сощурила глаза.
– Для кого это место более выгодно? Неужели для Брана?

– Конечно, нет, дорогая моя, - покачал головой маг.
– Как приятно иметь дело с догадливыми женщинами! Ты все правильно поняла. Это место выгодно мне или вернее той силе, которую я представляю, - его голос стал жестким.
– Сила имеет Место. А Место имеет Силу. Оно может удержать Львиного Зева, как в ловушке, если мы его туда заманим. У меня есть то, чем твоего мужа можно заманить.

Зейнаб все расширяющимися глазами смотрела на собеседника. Его речь казалась бессвязной, и в то же время в ней была железная логика. Брана хотят поместить где-то, куда Арвен обязательно придет за ним, и тогда капкан захлопнется. Но что, если вместе с отцом пострадает и мальчик?

– Где это место?
– стараясь не выдать волнения, спросила королева.

– К западу от Гэльского побережья есть каменный круг, называемый Хороводом Великанов.

– На пустошах?
– в ужасе взвыла Зейнаб.
– Да неужели ты считаешь, что я отпущу своего ребенка туда? Ты в своем уме, Аль-Хазрад?

– Твоего мнения никто не спрашивает, женщина, - сухо заявил "могильщик".
– Я решил и поступлю, как задумал. Ты можешь только подчиняться и исполнять, если не хочешь лишиться сына.

Зейнаб осознавала всю бесплодность спора.

– А мне будет разрешено поехать с ним?
– тихо спросила она.

– Нет.

– Но почему?
– возмутилась женщина.
– Ведь это мой ребенок.

– Во-первых, у меня на тебя другие планы. А во-вторых, мальчик уже поехал.

– Как поехал?
– не поняла Зейнаб.
– Когда? Какой дорогой? Я не видела каравана, уходившего из столицы.

– Его везут по тайным подземным тропам, вырытым малым народцем, усмехнулся Аль-Хазрад.
– И он будет на месте как раз вовремя. А на тебя возложена миссия пойти к Арвену, благо теперь, в связи с возвращением принцессы Астин в Орней, мы знаем, где он, и сказать, куда именно он должен явиться за сыном. Если же он не придет, судьба мальчика будет плачевна. Впрочем, я все напишу ему, и тебе останется только передать королю мое послание, а также долго, слезно молить его не обрекать единственного сына на гибель.

– А что если я не пойду?
– Зейнаб очень не нравилось, когда ею помыкали.

– Разве ты враг своему ребенку?
– пожал плечами Аль-Хазрад.
– Ты волчица, Зейнаб, хищная, умная тварь, жаждущая добычи, но и волки любят детенышей, - он выдержал паузу.
– Ты пойдешь и сделаешь то, что я сказал. Не вздумай меня обмануть, - маг резко выдвинулся вперед и приблизил свое лицо к лицу инстинктивно вздрогнувшей Зейнаб.
– Я насквозь вижу твои скользкие маленькие мысли. Иди, я тебя больше не задерживаю.

Королеву-самозванку довольно грубо выпроводили из подземелья. Темную повязку, закрывавшую глаза Зейнаб, сняли только тогда, когда она оказалась в стенах города, на какой-то грязной, забитой лачугами улице. "Могильщики" растворились в ночной мгле так же быстро, как и возникли. Женщина осталась совсем одна. Ни охраны, ни провожатых.

У сточной канавы на четвереньках стоял какой-то пьянчуга.

– Эй, красотка!
– он уцепился обеими руками за плащ Зейнаб, когда та пробиралась мимо.
– Подожди, мы можем весело провести время!