Лягушонок-Малышонок и мальчик Ваня
Шрифт:
Дрожащими руками я посадил лягушонка в карман куртки, и пошел в направлении, которое мне указывал лягушонок. Я не понимал, что со мной происходит. Все казалось каким-то сном. Наконец, возле одного дома лягушонок меня остановил. Голос из кармана произнес:
– Они в этом доме. Зайди, и просто потребуй назад то, что они у тебя забрали. Не бойся, они не смогут причинить тебе вреда. В тот самый момент, когда они захотят тебя тронуть, я и приду на помощь.
Честно говоря, я минут пять боялся войти во двор. Хотя лягушонок и был волшебный, но он маленький, и я не был уверен, что стоит ожидать от него какой-то защиты. Наконец, на лай собаки выглянул один из них. Тут уж делать нечего, я пошел ему навстречу, однако ноги мои подкашивались. Он преградил дорогу. В тот момент мне показалось, что он выглядел испуганно, увидев как я направляюсь к нему. Он сказал:
– Чего тебе надо?
Я ответил, что требую назад деньги и тележку. Он опешил. И сказал, чтобы я зашел в дом. Я зашел, хотя мне было страшно. И обомлел: их тут находилась уже целая компания, человек десять! Все ребята сидели за столом, окутанные клубами сигаретного дыма. На столе находились бутылки с водкой и какая-то закуска. Увидев меня, они обомлели не меньше. Но быстро пришли в себя, и стали усмехаться надо мной. Мне показалось, что их смех фальшивый, словно они встревожены моим приходом. Вскоре один из них опомнился, и сказал:
– Эй, ты чего пришел, а ну вали отсюдова!
Только он хотел подойти ко мне, чтобы вывести меня на улицу, как замер на месте в неудобной позе, готовясь сделать очередной шаг. Сначала остальные не поняли, что происходит. Второй хотел подойти ко мне, но внезапно с большой скоростью отлетел через всю комнату в угол, причем пролетел спиной вперед, а не лицом, словно его волокла какая-то неведомая сила, и там в углу он свалился на пол. На потолке у них висел какой-то крюк. Третий из них внезапно сам собой оказался подвешенным штанами за этот крюк, и растерянно махал руками. Тут уж остальные поняли, что происходит что-то странное. Упавший в углу поднялся, а первый так и продолжал стоять, не в состоянии сдвинуться с места, как восковая фигура. Тогда я решился сказать:
– Отдайте то, что забрали!
Эти парни теперь были готовы на все. Они мне отдали и сумку на колесах, и деньги, которых, как я потом пересчитал, оказалось больше, чем они у меня забрали. Когда они мне все это отдали, то стоявший неподвижно парень наконец сдвинулся с места, и начал двигаться. Я заметил ужас в его глазах. А парень, висевший на крюке, сорвался (штаны порвались). Приземлился он удачно, прямо на ноги, не получив никаких повреждений, кроме порванных штанов. Задерживаться здесь я не стал, и быстренько выбрался на улицу, оставив кампанию моих бывших обидчиков восстанавливаться после перенесенных потрясений.
Уже когда я находился за пределами этого дома, лягушонок мне сказал:
– Ну вот, твоя сиюминутная проблема решена, но подобные чудеса не будут повторяться в твоей жизни. Любой станет героем, когда Лягушонок-Малышонок у него в кармане. Но в жизни редко происходят чудеса. Данное чудо – лишь аванс для тебя, чтобы ты понял, что можешь побеждать обстоятельства. А дальше тебе придется действовать самому. И здесь главное – сломать рабское мышление в твоей голове. А иначе так ничего не изменится. Эти ребята отдали тебе деньги, потому что увидели то, что их устрашило. Но когда их впечатление от увиденного пройдет, они решат, что это все им померещилось от чрезмерного употребления алкоголя. И если они не усвоили для себя урок в главном, что нельзя брать чужое, то когда их эмоции улягутся, они вновь начнут тебя обижать. Но только если ты им это позволишь! А теперь прощай! Мне пора, да и тебя уже ждут родители, чтобы возвращаться с тобой в город.
Лягушонок выпрыгнул из кармана, а потом быстро убежал и скрылся из виду. С одной стороны я был счастлив, что все так удачно закончилось. И в то же самое время у меня оставался шок, от которого я еще не отошел. Я чуть не забыл, что продукты, которые просила купить бабушка, еще не куплены. Купив все необходимое, я пошел домой. Дома уже волновались все. Ведь уже давно пора было уезжать, а меня все не было. Кое-как я успокоил родителей, которые переживали, что мы опаздываем на поезд, поскольку билеты куплены заранее. Потом мы уехали.
Дядя Вова умолк, и посмотрел внимательно на Ваню. Ваня спросил:
– А как потом сложилась твоя жизнь?
– А потом я вернулся в школу. И поначалу было все, как прежде. Сначала меня пытались в школе обижать, как и прежде. Но во мне словно какая-то пружина сорвалась. Всякий раз я словно чувствовал слабость своих обидчиков. И постепенно я научился брать инициативу в свои руки. Во мне исчез всякий страх показаться слабым. А у тех, кто меня обижал, этот страх был достаточно силен. Конечно, мне было непросто, ведь физически они меня превосходили. Но я понял одну вещь: они имеют рабское мышление. А потому их действия легко предугадывались. А я с того времени мыслил совершенно по-другому. Прежде всего, я перестал желать авторитета. И я этот авторитет получил. Уже в следующем году я был лидером в классе, хотя совершенно к этому не стремился. Об этом можно много рассказывать, как все это происходило… но послушай, Ваня, не воспринимаешь ли ты это, как сказку?
Дядя Вова ласково посмотрел на Ваню. Ваня улыбнулся, и ответил:
– Нет, дядя Вова, я верю. что ты говоришь правду.
И Ваня принялся рассказывать о том, как он сам встречал Лягушонка-Малышонка, и как тот ему помогал. Дядя Вова слушал с неописуемым восторгом. Потом он воскликнул:
– С того времени я никогда больше не видел этого лягушонка, так что даже сам сомневался, было это правдой, или мне померещилось… но возникает вопрос: а что же это за лягушонок? Неужели ему более тридцати лет? Ведь лягушки не живут так долго!
Но ответа не имелось. Ваня решил, что если он снова встретит этого лягушонка, то обязательно расспросит его, в чем его тайна. Хотя он догадывался, что лягушонок-малышонок являлся ему не для того, чтобы совершать чудеса, а чтобы научить Ваню обходиться без чудес.
– Я тоже так думаю, – сказал дядя Ваня.
Так Ваня и дядя Вова разговаривали еще долго, пока бабушка не позвала их ужинать.
Глава 4. Как Ваня и Сережка ночуют в домике на кладбище.
Время шло, и Сережка стал снова общаться с Ваней. Маша тоже часто приходила к бабушке, и без конца расспрашивала Ваню, куда же делся Лягушонок-Малышонок. Ей очень хотелось вновь его увидеть. Она рассказывала о нем всем окружающим, но поверил ей только Миша, мальчик лет пяти, живущий по соседству. А Миша, в свою очередь, рассказал про Лягушонка-Малышонка своим родителям, и те ему возразили, что говорящих лягушат не бывает. Он уже был готов поверить авторитетному родительскому мнению, но тут же усомнился:
– А дед Мороз ведь бывает, почему же говорящего лягушонка быть не может? Вы же сами мне рассказывали, что это дед Мороз подарки под елку на новый год кладет! А теперь говорите, что чудес не бывает. Как же так?
Родителям Миши пришлось уйти от ответа.
А Сережка, Ваня и Маша становились все более дружными, и их теперь можно было часто увидеть вместе. Правда, играли они вместе только у бабушки, или у тети Светы. Если Сергей и Ваня отправлялись гулять далеко, то Машу они с собой обычно не брали, потому что она была очень маленькой,и сильно уставала от длинных прогулок. Но для Сережи и Вани в этом не возникало проблем. Теперь они гуляли вместе совсем не так, как в прежние дни. Ведь Сергею больше не приходило в голову заниматься дурными шалостями. Оттого с ним теперь стало интересно проводить время: ведь он был сам по себе веселым и ловким. Как-то раз они гуляли по деревне, и проходили мимо пруда, где когда-то давным-давно дядя Вова, который был недавно у них в гостях, встречал Лягушонка-Малышонка. Ваня очень хотел снова увидеть это крошечное чудо, перевернувшее его представление о жизни. Но рассказ дяди Вовы, который его так обрадовал, в то же время был огорчительным: ведь дядя Вова с тех пор никогда больше лягушонка не встречал. А Ваня видел его дважды. Будет ли у него еще шанс встретить синего лягушонка? Но он вспоминал, что лягушонок, когда улетал с вороной Каркушей, обещал ему, что встреча у них еще состоится. И Ваня утешался этой мыслью.
Конец ознакомительного фрагмента.